Виктор Исьемини - Странные приключения Ингви, короля-демона из Харькова

Сэр Валент коротко кивнул, повернулся и зашагал, гремя доспехами, в сторону, где его ждал оруженосец с конем — маршалу предстояло во главе отряда кавалерии сопровождать отступающее войско побежденного врага и убедиться, что оно покинуло пределы страны и держит путь к Гонзору… Война и впрямь была окончена.

Глазами не увидетьМозгами не понять.

Мрак. Вертикально стоящее облако совершенно непроглядного мрака:

— Сестра.

Свет. Яркий, приятный зеленоватый свет заполняет все пространство за исключением того, что занято облаком мрака:

— Брат. Знаешь, брат, мне все не дает покоя то, о чем ты сказал мне в прошлый раз…

— Знаю. Для того и сказал.

— Я хочу понять…

— Спрашивай.

— И все же, зачем ты связываешься с теми, другими людьми — они дики и необразованны, они не в силах понять.

— Именно поэтому.

— То есть? — свет меркнет.

— Ха-ха! — мрак доволен, он теплеет и расплывается шире. — Моя сестрица растеряна. Напугана и растеряна. Ха-ха! Впрочем, умение мыслить никогда не было твоей сильной стороной.

— Не издевайся!

— Прости. Я постараюсь объяснить. Ты когда-нибудь присматривалась к людям повнимательнее?

— С тех пор, как заметила твой к ним интерес.

— Среди них есть маги.

— Так называемые — в основном, фокусники и шарлатаны.

— В основном — да, но есть и настоящие. Ты замечала, что происходит с твоими эманациями в их присутствии? Разумеется, нет — ведь ты являешься в Мир в растворенном, так сказать, виде, — мрак ехидно хихикает, — а ты попробуй, сконцентрируйся!

— Что ты хочешь этим сказать?

— Именно то, что сказал. Прими телесный облик и явись к ним. Найди мага. Вникни. Ощути.

— И что я должна ощутить?

— Маг-человек творит чудеса.

— Ну?

— Ладно, так и быть. Все дело в том, что он творит чудеса, используя твои эманации. Либо мои. Они называют их маной.

— Что значит «используя»?

— Человек поглощает твои эманации, перерабатывает их каким-то образом, преобразует в собственные чары — это и есть их магия.

— Но какая же здесь связь с?..

— С ЕГО возвращением? Прямая! ОН вернулся, предположим, — мрак мечется и пульсирует, он необычайно возбужден, — но вернулся в таком виде, что угрожает Миру и нам… ОН исходит мощью, накопленной за века… ОН опасен… Кто же встанет на ЕГО пути? Разумеется, мы — но под силу ли нам…

— И причем здесь люди с их жалкой магией, основанной на нашем же могуществе?

— Ты внимательно слушала мое описание механизма этой «жалкой магии»? Я сказал: «Человек поглощает твои эманации, перерабатывает их, преобразует в собственные чары». Ключевое слово здесь — «поглощает».

— Ах вот что…

— Ты поняла, сестра?

— Мудро. Действительно, мудро… Но правда ли все то, что ты сказал? Ведь ты отец лжи и мастер обмана… — свет переливается и вспыхивает золотистыми искрами.

— Проверь меня. Прими телесный облик. Явись в Мир. Встреться с людьми. Найди мага. Проанализируй свои ощущения. Кстати, твой телесный облик был необычайно хорош.

— Ты до сих пор?..

— Почему бы и нет?

— Еще чего! Страшно подумать, что могло бы стать плодом такого союза — какие-нибудь монстры… Крылатые змеи, например…

— Или, может быть, люди?..

Облако мрака начинает расползаться, теряя форму, растворяясь в окружающем его свете, но и свет при этом блекнет, принимая в себя частицы мрака. И вот уже нет ни мрака, ни света — есть только тусклое, бесформенное нечто… или, может быть, ничто…

ГЛАВА 40

Вступление победоносной альдийской армии в столицу королевства обернулось, разумеется, праздником и триумфом — весь народ чествовал короля-победителя и своих воинов, столь мужественно отстоявших независимость державы от посягательств захватчиков-имперцев. В городе царила праздничная суматоха, повсюду слонялись пьяные добродушные люди, на рынке энмарцы, удержанные в Альде войной (они боялись по пути в Империю оказаться в районе боевых действий, где купца только ленивый не грабит, вопя: «попался, вражеский лазутчик!»), увлеченные теперь общим веселым подъемом, выставили множество диковинных и дорогих товаров, прежде провозимых транзитом в более богатые страны…

На сей раз обошлось без молебна — ибо побеждены были не враги Мира, в общем-то, однако собор получил причитающуюся ему дань — ярко-алый рыцарский доспех, необычайно богато украшенный, да пару чудовищных шипастых дубин, которые удалось разыскать на болоте, помимо этого от имени короля Ингви епископу была вручена довольно значительная сумма наличными — «на нужды храма». Денежное вознаграждение получили также рыцари, их воины, ополченцы, обозные слуги, горожане, чинившие крепостные стены — словом, все, принявшие хоть какое-то участие в войне…

Сэр Валент, вернувшись из похода в Ничейные Поля, доложил, что неприятельская армия держит путь на север, несомненно направляясь в Гонзор — куда же им еще-то… Ингви принял маршала в тронном зале в достаточно торжественной обстановке, правда, без своих магических эффектов. Выслушав рыцаря, король ответил:

— Благодарю вас, сэр маршал, этим вашим сообщением война и впрямь завершена. Окончательно и победоносно. Полагаю, это была самая опасная война, ведшаяся Альдой за последние сотни этак полторы лет — как по-вашему, господа? Ну, ладно… В Гранлот вы, разумеется, заглядывали?

— Да… Заезжал по дороге, — хмуро кивнул маршал.

— И конечно, застали там полный разгром?

— Ну-у… Не то, чтобы совсем полный… Стены-то целы, — маршал сделал вялую попытку улыбнуться.

— Сэр Валент, если пятисот золотых не хватит на возмещение убытков — прошу вас, без стеснения скажите мне. Я хочу, чтобы вы не пострадали никоим образом, ведь это по моей просьбе вы отказались от защиты своего владения ради общих интересов.

— Ваше величество… — бравый воин был ошеломлен, сумма, назначенная ему, была громадной и в несколько раз превышала нанесенный ущерб, — я лишь исполнил свой долг…

— И замечательно исполнили! Сэр Мертенк, распорядитесь выдать маршалу эти деньги из казны — надеюсь, столько там наберется?

— Да, ваше величество, однако осмелюсь заметить, что выданные по случаю победы суммы заметно выходят за пределы двух тысяч.

Канцлер был смущен чудовищными размерами денег, буквально ежедневно проходивших через казну — то приходящих, то тут же тратящихся, а ведь совсем недавно там не было ни гроша — пришлось пустить на продажу даже королевский гардероб. И было-то это совсем недавно… Или, может, давно? Время при нынешнем короле словно несется вскачь… Сколько всего изменилось…