Джон Толкиен - Возвращение короля

Отпраздновав день рождения старого Бильбо, четверо хоббитов задержались в Райвенделе еще на несколько дней, большую часть времени проводя с ним. Старик теперь выходил из своей комнатки только в столовую. Тут он был неизменно пунктуален и почти никогда не просыпал час завтрака и обеда.

Друзья садились с ним у камина и рассказывали все, что запомнили из своих путешествий и приключений. Сначала Бильбо пробовал за ними записывать, но он теперь часто засыпал, а проснувшись, восклицал:

— Удивительно! Необыкновенно интересно! Так на чем мы остановились?

Единственное, что его по-настоящему тронуло и живо заинтересовало, было описание коронации и женитьбы Арагорна.

— Меня, конечно, приглашали на эту свадьбу,— сказал он.— Я же столько лет ее ждал! Но когда дело до нее дошло, как-то не смог собраться. Тут у меня столько работы, а упаковываться всегда ужасно хлопотно…

Прошло две недели.

Однажды утром Фродо выглянул в окно и увидел, что за ночь все покрылось инеем и паутина бабьего лета стала белой. И он вдруг понял, что пора прощаться с Бильбо и трогаться в путь. Погода была еще теплой и тихой, будто сама природа не спешила вычеркивать из памяти чудесное лето, но все-таки был октябрь, и в любое время могли прийти ветра и холода. Путь предстоял неблизкий. Но даже не это подгоняло Фродо. Он не знал, почему, но в глубине души чувствовал, что должен спешить в Хоббитшир. Сэм был того же мнения. Как раз накануне вечером он говорил:

— Мы далеко были и много видели, но лучшего места, чем Райвендел, вряд ли найдешь. Не знаю, правильно ли я скажу, вы уж меня извините, но тут есть всего понемножку: и от Хоббитшира, и от Золотого Леса, и от Гондора, и от королевского двора, и от придорожного трактира, и луга тут, и горы, — и все-все. Но я, честно сказать, очень беспокоюсь о своем Старике. И чувствую, что надо уходить.

— Ты прав, Сэм. Здесь, действительно, есть от всего понемножку, кроме Моря,— ответил Фродо. И, помолчав, повторил, будто обращаясь к самому себе: — Кроме Моря.

В тот же день Фродо переговорил с Элрондом, и они решили, что назавтра хоббиты уедут. К большой их радости, Гэндальф объявил:

— Я еду с вами. Во всяком случае, до Пригорья. Есть у меня дело к Медовару.

Вечером они пошли попрощаться с Бильбо.

— Ну что ж, если надо, так надо,— сказал Бильбо.— Жаль, конечно. Мне вас будет очень не хватать. Было бы приятно знать, что вы рядом. Но что-то я теперь все время засыпаю.

Старик подарил Фродо мифриловую кольчугу и Жало, забыв, что уже один раз сделал ему этот подарок; потом дал ему три книжки, посвященные различным наукам и истории, переписанные его тонким, как паутина, почерком в разное время жизни. Книжки были в красивых переплетах, и на каждой стояло: «Перевод с эльфийского Б. Т.».

Сэм получил от него небольшой мешочек с золотом.

— Это все, что у меня осталось от сокровищ Смога,— сказал старик.— Тебе оно пригодится, если надумаешь жениться, Сэм.

Сэм покраснел до ушей.

— А вам, юные друзья, мне нечего предложить, кроме доброго совета,— сказал Бильбо Мерри и Пипину. Совет он им дал довольно длинный и закончил шуточкой, совсем в хоббичьем духе.— Смотрите не прорастите сквозь шапки. Если не перестанете расти в таком темпе, у вас карманов не хватит на покупку одежки.

— Но если ты хочешь прожить дольше Старого Тука, почему бы нам не перерасти Бычегласа? — смеясь, сказал Пипин.

Бильбо тоже рассмеялся и вытащил из кармана две красивые трубки, окованные узорным серебром, с перламутровыми мундштуками.

— Вспоминайте старого Бильбо, когда задымите из этих трубок,— сказал он.— Их для меня сделали эльфы, но я теперь не курю…— Тут голова его опустилась на грудь, и он заснул, а когда через некоторое время проснулся, то сказал: — Так на чем мы остановились? Ага, я раздавал подарки. Это мне о чем-то напоминает… Слушай, Фродо малыш, куда девалось Кольцо, которое я тебе когда-то дал?

— Сгинуло, дорогой дядя Бильбо,— терпеливо ответил Фродо.— Я ведь от него избавился.

— Жаль, жаль,— вздохнул Бильбо.— Я бы хотел еще разок на него взглянуть… Нет, кажется, я говорю глупости. Ведь ты за этим отправился в путь, да? Что бы от него избавиться. Трудно все ухватить, столько с этим связано всего, история Арагорна, и Белый Совет, и Гондор, и всадники, и харатцы, и олифаны… Ты правда одного видел, Сэм?.. А потом пещеры, Башни, золотые деревья и… кто же все это запомнит? Сейчас я вижу, что возвращался домой из моего Путешествия слишком прямой дорогой. Жаль, что Гэндальф не показал мне другие страны. Только тогда я опоздал бы на Аукцион, и у меня была бы уйма лишних хлопот. Сейчас-то, конечно, поздно. Я теперь думаю, что гораздо удобнее здесь сидеть и слушать, как про все это другие рассказывают. Во-первых, тут очень уютно и кормят хорошо, а во-вторых, эльфы всегда под рукой. О чем же еще мечтать?

   Убегает Дорога вперед и вперед,   Уходя от родного порога.   Пусть другие уходят теперь на восход,   А оттуда — подальше немного.   Пусть для них разветвляется заново путь,   А меня уж усталые ноги   На постель к камельку понесут отдохнуть   В освещенный трактир при дороге.

Произнеся последние слова затихающим шепотом, Бильбо свесил голову на грудь и крепко заснул.

Сумерки сгущались, огонь в камине разгорался, друзья смотрели на спящего Бильбо. Старый хоббит улыбался во сне. Некоторое время все молчали, потом Сэм огляделся, увидел, как тени танцуют по стенам, и, обратившись к Фродо, тихо сказал:

— Что-то мне кажется, что господин Бильбо охладел к своим книгам. Вы уж меня простите за дерзость, но нашей истории он, по-моему, не напишет.

Тут Бильбо открыл один глаз, будто услышал.

— Видите, я совсем соней стал,— сказал он.— Если у меня появляется время для того, чтобы писать, я теперь люблю только стихи складывать. Я все хочу спросить тебя, милый Фродо, не смог бы ты привести в порядок мои бумаги? Понятно, если у тебя есть желание. Ты бы собрал все записи и листочки, и мой дневник тоже, и взял бы с собой. Видишь ли, у меня нет времени, чтобы выбрать нужное и правильно все выстроить. И Сэм тебе поможет, а когда все будет в порядке, привези мне посмотреть. Строго критиковать я не буду. Обещаю.

— Конечно, я все охотно сделаю,— ответил Фродо,— и постараюсь поскорее приехать, сейчас ездить уже не опасно. У нас теперь настоящий Король, уж он быстро наведет порядок на дорогах.

— Спасибо, мой милый,— сказал Бильбо.— Ты снял большую тяжесть у меня с души.

И старик снова уснул.

Утром Гэндальф и хоббиты последний раз навестили Бильбо в его каморке, а потом простились с Элрондом и его домочадцами.