Сара Дж. Маас - Двор шипов и роз (ЛП)

Вонь этого места пропитала меня насквозь. Я давила подступающую тошноту, пытаясь вскарабкаться наверх снова и снова. Теперь фэйри хохотали и потешались.

— Мышка в ловушке, — сказал один из них.

— Плохо без табуретки-стремянки? — ликовал другой.

Табурет-стремянка.

Я обернулась к груде костей, затем с силой упёрлась рукой в стену. Твёрдая. Всё это место было покрыто грязью, и если это существо такое же, как и его мелкие безобидные собратья, то я могу предположить, что вонь — и, следовательно, сама грязь — это остатки всего, что прошло через его организм после того, как он начисто обсосал кости.

Игнорируя этот мерзкий факт, я ухватилась за искру надежды и схватила две самые большие и прочные кости, которые только смогла быстро найти. Обе длиннее моей ноги и тяжёлые — вгонять их в стену было тяжело. Не знаю, чем обычно питается это существо, но такие кости, по меньшей мере, могли остаться от кого-то размером с крупный рогатый скот.

— Что оно делает? Что оно замышляет? — зашипел один из фэйри.

Схватив третью кость, я глубоко воткнула её в стену настолько высоко, насколько смогла достать. Подобрав четвёртую кость, немного поменьше, я сунула её за ремень, переместив за спину. Проверив на прочность три кости несколькими резкими рывками, я втянула воздух сквозь зубы, не обращая внимания на щебет и хихиканье фэйри, и начала подниматься по своей собственной лестнице. Моей табуретке-стремянке.

Первая кость легко меня выдержала, и, хмыкнув, я ухватилась за вторую кость-ступеньку и подтянулась. Я уже забросила ногу на ступеньку, когда меня поразила другая идея, и я замерла.

Фэйри — не так уж далеко — снова закричали.

Но это может сработать. Это может сработать, если я всё правильно разыграю. Это может сработать, потому что это обязано сработать. Я спрыгнула обратно в грязь, наблюдающие за мной фэйри озадаченно зашептались. Вытянув кость из-за пояса, я с резким выдохом сломала её об колено.

Мои собственные кости обожгло болью, но эту я сломала — и теперь у меня есть два острых осколка кости. Это сработает.

Если Амаранта хочет, чтобы я охотилась, я буду охотиться.

Я подошла к середине ямы, рассчитывая расстояние, и воткнула две кости в землю. Вернувшись к курганам костей, я быстро осмотрела их, выискивая что угодно достаточно прочное и острое. Когда от такой нагрузки у меня разболелось колено, я стала ломать кости ногой. Одну за другой, я втыкала их в грязную землю под открытой ямой до тех пор, пока весь пол, кроме одного небольшого кусочка, не был усеян белыми пиками.

Я не перепроверяла проделанную работу — всё получится, или я окажусь среди тех костей на полу. Всего один шанс. Всё, что у меня есть. Но лучше, чем вообще ни шанса.

Я бросилась к своей костяной лестнице, игнорируя впившиеся в пальцы осколки, и взобралась на третью ступень, где поймала равновесие и вогнала в стену четвёртую кость.

И вот так я и выбралась из пасти ямы, едва не рыдая, снова оказавшись на открытом воздухе.

Проверив и закрепив за поясом внушавшие своим весом уверенность три кости, прихваченные из ямы, я ринулась к ближайшей стене. Я схватила пригоршню вонючей грязи и размазала её по лицу. Фэйри зашипели, когда я снова зачерпнула грязи, на этот раз тщательно размазывая её по волосам, затем по шее. Я уже привыкла к невыносимой вони, и потому мои глаза лишь слегка слезились, пока я быстро себя «разукрашивала». Я даже отвлеклась на минутку и выкачалась по земле. Каждый дюйм моего тела должен быть покрыт слоем грязи. Каждый проклятый дюйм.

Если существо слепое, значит, оно полностью полагается на обоняние — и мой запах будет моей величайшей слабостью.

Я втирала в себя грязь до тех пор, пока точно не уверилась, что от меня не осталось ничего, кроме пары серо-голубых глаз. Я обмазалась в последний раз, мои руки были настолько склизкими, что я едва могла выхватить одну из острых сколотых костей из-за пояса.

— Что оно делает? — капризно захныкал зеленолицый фэйри.

На этот раз ему ответил глубокий, элегантный голос.

— Она строит ловушку, — Рисанд.

— Но Мидденгард…

— Полагается исключительно на обоняние, — ответил Рисанд и, заметив его над краем рва, я сердито уставилась на него, а он только улыбался мне. — И Фейра только что стала невидимой.

Его фиолетовые глаза сверкнули. Я скрутила непристойный жест, прежде чем бросилась бежать прямиком на встречу с червём.

***

Оставшиеся кости я разместила на особенно крутых поворотах, прекрасно понимая, что не смогу повернуть на той скорости, с которой, надеюсь, буду бежать. Найти червя оказалось достаточно просто — фэйри столпились подразнить его, но я должна добраться до правильного места — я должна выбрать своё поле боя.

Я сбавила темп до вкрадчивых шагов и, услышав хлюпанье и скользящие звуки червя, прижалась к стене. Хруст.

Фэйри, наблюдающие за червём — десять из них с морозно-голубой кожей и чёрными миндалевидными глазами — хихикали. Я могла только предположить, что когда я навеяла на них скуку, они решили посмотреть, как умирает что-то другое.

И это замечательно, но только если червь всё ещё голоден — только если он поведётся на приманку, которую я ему предложу. Толпа зашепталась и заворчала.

Я выглянула из-за поворота, вытянув шею. На мне было слишком много его запаха, чтобы червь меня учуял, и потому он продолжал пировать, вытягиваясь всем свои округлым телом вверх, где один из фэйри болтал в воздухе чем-то, что больше всего напоминало волосатую руку. Червь заскрежетал зубами, а фэйри с голубой кожей загоготали, бросив руку прямо в его раскрытую в ожидании угощения пасть.

Я нырнула обратно за поворот и подняла клинок из кости, который сделала сама. Прокрутила в памяти путь сюда, вспомнила все подсчитанные повороты.

И всё же моё сердце будто бы застряло в горле, когда я провела острием кости по ладони, вспарывая кожу. Хлынула кровь — яркая и сверкающая точно брызги рубинов. Я позволила ей немного пролиться, прежде чем крепко сжать руку в кулак. Вскоре червь учует её.

Только тогда я поняла, что толпа притихла.

Едва не выронив кость, я снова выглянула за поворот в поисках червя.

Его не было.

Фэйри с голубой кожей ухмылялись мне.

И тогда, словно падающая звезда, вдребезги разбившая тишину, над гротом прорычал голос Люсьена:

— ВЛЕВО!

Я рванула с места, отскочив всего на несколько футов до того, как стена за мной взорвалась брызгами грязи, когда червь пробился сквозь неё и готовые рвать зубы оказались в нескольких дюймах от меня.