Ника Ракитина - Ясень

Их обвязывали за пояс веревкой и опускали в дыру. Едва ноги касались земли, хитрый узел распускался сам собой, и веревка взмывала вверх. А там уже ждал следующий…

Когда очередь дошла до Леськи, та с неожиданной силой обхватила Керин и закричала, что без нее не пойдет: пусть вяжут обеих!

— Леська, Леська, и не стыдно тебе? — увещевала Керин.

— Не стыдно! Страшно! Темно там!

— Ну, я первая, а ты ко мне… Ладно? — она обернулась к старшему стражнику. У того лицо передернулось, он с трудом кивнул, Керин отодвинула Леську, вскинула руки, чтобы легче было обвязать ее, попросила:

— Походен нам дайте, сколько сможете: там, и вправду, темно.

Старший выдавил:

— Дадим.

Темнота охватила Керин, и показалось, прошла вечность прежде, чем чьи-то руки подхватили ее, и жесткая веревка распалась.

— Это я, Гино, — проговорили над ухом. — Не бойся, что это у тебя?

— Посох, — Керин запрокинула голову, пытаясь разглядеть, что творится вверху.

Слабый свет едва очерчивал края отверстия. Потом он на миг затемнился, и тут же в вышине вспыхнул красный огонь, разбегаясь бликами по стенам пещеры.

— Леська? — окликнула неуверенно Керин.

— Я-а! — отозвалась та. — Походня тут. Ой, ловите!

Ее поймали, и Гино тут же забрал походню, а Леська припала к Керин и рассмеялась, как ни в чем не бывало.

Спустили Флену, за ней — Гента с охапкой незажженных походен. Велем тотчас же запалил их, раздал всем. Избранные взглянули друг на друга в этом зыбком жарком свете — и будто впервые увидели.

С высоты донесся затихающий дробный стук копыт.

— Ну что? — сказал Велем, — идем?

— Куда идем? — вскрикнула всегда молчаливая Мирна. — Куда?!

— Вперед.

— Погоди, Велем. Леська, присвети, — Керин взялась обеими руками за головку посоха, нажала тайную пружину. С едва слышным сухим треском посох распался. Как завороженные, смотрели Избранные на играющий алыми сполохами клинок.

— Меч… — прошептал Гино. — Откуда?

— А не все равно?! — Леська подпрыгнула и так взвизгнула от счастья, что прокатилось эхо.

Велем поймал рыжую за плечи, протянул руку к мечу.

— Нет, — сказала Керин. — Прости.

Керин шла первой, за ней: силач Велем и Леська — остальных она не видела. Ход расширялся понемногу, меловые стены потемнели, воздух стал спертым, застоявшимся. Вдруг тяжелый гул прокатился по пещере и затих на хрипе.

— Что это? — пискнула Флена.

— Дракон, что еще? — ответил Велем.

— Не пойду я дальше!

— Флена, — укоризненно начал Гент.

— А и впрямь, пусть девушки останутся, — подал голос Гино.

— Ты и оставайся, — огрызнулась Леська на ходу.

— Не спорьте, — сказала Керин. — Не всем же сразу идти. Флена, Мирна, Наири…

— Не останусь, — оборвала Наири хрипло.

— Хорошо. Гент, побудь с ними, им же страшно, — и Керин повернула туда, откуда доносился, нарастая, скрежет и хрип.

Гент сгреб круглолицую упрямицу Флену и понес за остальными, пыхтя сердито:

— Кто добрый, на том и ездят. Походней мне в нос не тычь…

Мирна, спотыкаясь, поспевала следом.

Все сильнее становился тяжелый смрад, а громыхающий рев заполнил пещеру, смешиваясь с гулом сыплющихся камней и мерными глухими ударами…

Потом впереди вспыхнули два кроваво горящих глаза…

Дракон полз, загребая камни когтистыми лапами, вытянув шею: оскаленные зубы сверкали в свете походен, костяной гребень на шее дыбился, а от гневных ударов хвоста содрогались стены.

Дракон был разъярен: он привык к ежегодным жертвам, к их доступности и покорной беспомощности. И его никогда не оскорбляли наглым блеском огня: он почти ничего не видел, — но уверенно полз на привычный и сладкий запах живой плоти.

— Назад! — крикнула Керин, обеими руками подняв над головой меч.

Дракон дернул головой, и Керин попыталась дотянуться клинком до шеи, но ее встретила оскаленная морда — клинок попал по желтым, твердым, как камень, зубам. Дракон втянул голову и наугад хватил растопыренной лапой — Керин, отскочив, секанула по ней. Дракон взревел. Его мощный хвост, вильнув, прошел у самых ног Керин. И тут Наири рванулась вперед и, взвизгнув, швырнула походню в оскаленную пасть и упала. Керин перепрыгнула через ее бесчувственное тело, рубанула с размаху.

Голова дракона качнулась, как у деревянной куклы, раздался сухой хруст, и черная кровь хлынула из раны. Зверь забился: дергались лапы, роя борозды в земле и расшвыривая камни. Острый коготь задел плечо Керин, она закричала. Тяжелый хвост метнулся, сбив с ног Лаймона, Леська сумела увернуться…

Потом дракон застыл огромной, уходящей во тьму, горой. Кровь текла из рассеченного горла, разливаясь шипящим озером. Унося беспамятную Наири, Избранные отступали перед этой кровью. И не сразу заметили, что свернули не туда. А когда поняли — возможности вернуться уже не было.

Они шли медленно: мешала усталость, да и путь был не из гладких — осыпи, валуны, внезапные трещины. Гино впереди освещал дорогу. За ним брел, опираясь на плечо Ратмы, Лаймон, потом Велем нес на руках Наири. Гент и Леська заботливо поддерживали выбившуюся из сил Флену, а перепуганная Мирна несла, стараясь не погасить, сразу две походни — свою и Леськину.

Керин шла последней.

Она не смогла бы сейчас повести их за собой, выбирать дорогу, указывать, куда идти — просто не хватило бы сил. Только двигаться, не выронить меч, не упасть, сделавшись обузой и без того усталым товарищам.

Они молча плелись темными запутанными ходами, не надеясь уже выбраться когда-нибудь на свет…

…Зачадив, погасли походни Мирны, и дальше Избранные брели почти в полной темноте — горел лишь светоч Гино…

…Надолго задержались у высокого уступа…

…Гино с трудом взобрался на него и помог влезть остальным…

…Керин, опершись на меч, долго смотрела вниз, в темноту; у нее кружилась голова.

— Мы никогда отсюда не выберемся! — крикнула Флена, и заплакала.

Они остановились, будто наткнувшись на стену. Только тяжелое дыхание слышалось в сумраке. Ушедший, было, вперед Гино вернулся, и красный отблеск огня упал на измученные лица.

— Неправда! — воскликнула Леська. — Мы дойдем. Иначе слишком несправедливо… Скажи, Керин!

— Мы дойдем, — сказала Керин. — Мы должны дойти.

Она протянула руку и взяла у Гино походню. Подняла, совсем невысоко, насколько хватило сил. И Избранные пошли за ней…

Минула, казалось, вечность, когда Гино вдруг остановился:

— Загасите походню.

— Ты спятил, что ли? — тяжело дыша, спросил Велем.