Андрей Янусов - Поворот судьбы. Книга 1

— Ты не передумал? — строго спросил он. Я помотал головой.

— Тогда держи. Это немного, но на дорогу должно хватить. Если попадёте в беду, не забывай, чему я тебя учил, — сказал он, протягивая мешочек с монетами, и обнял — Десять цуз, конечно, мало, но это всё, что у нас пока есть. Пусть удача соблаговолит тебе.

Я чуть не расплакался из-за не приятной мыслишки как с сёстрами, думая, что вижу его последний раз. Но я опять начал повторять себе «Я их ещё увижу», пока не появилась уверенность в своих словах. После объятий, сказав отцу «Берегите себя. Скоро вернусь», вышел из дому. На улице было светло, от двух светивших на небе лун — Горан и Лин. Горан был больше Лин в три раза и был он красного цвета, а Лин холодно-голубой. Есть легенда, что они раньше были живыми людьми и любили друг друга. Пока один из правителей древности, позавидовав их чистой любви, не приказал тёмному магу убить Горана и пригвоздить его душу к небу, а Лин доставить к правителю в качестве рабыни. Увидев смерть Горана, Лин покончив с собой, отправилась к любимому на небо. Вскоре, тот правитель, своей завистью к небесным влюблённым, начал разрушать свою страну, пока тёмный маг не убил его. Конечно, это глупая легенда и сказка для детей.

Небо заволокло тучами, погрузив Помидию в темноту. Во дворах домов издавали обеспокоенные приближающей грозой звуки животные. А в холодном воздухе чувствовалось напряжение людей перед сегодняшним рассветом. Я направился на место сбора. Шел по тёмным улицам, стараясь чтобы меня никто не заметил. Никого не было. Даже шагов патруля не было слышно. В окнах домов горел свет. Для всех эта была бессонная ночь. За поворотом от Жакиного дома, остановился. Там, где мы должны были собраться, стояли два человека, закутанные в темную одежду с капюшонами. Не разглядев их, сначала подумал, что пришли за нами. Я стоял, как вкопанный пока один из них не сказал второму:

— Где же их носит.

Голос Дороса. Встрепенувшись, я пошел к ним. Дорос и еще кто-то, меня не заметили, так как стояли спиной ко мне. Когда уже сзади них, положил руку на плечо Доросу. Дорос вздрогнул от моего прикосновения и оглянулся.

— Ив? Ты чего делаешь. Так меня и в могилу недолго отправить, — сказал Дорос облегченно. — Как ты так тихо подкрался к нам? Проклятая темень!

— Извини. Я думал вы меня заметили. — ничуточки не чувствуя себя виноватым, сказал я. В крови бурлил азарт. Представлялось, будто мы ночные демоны, которых нельзя поймать или увидеть.

— Жер, Лясь и Жак остались. — сказал Харук, вторым человеком был он. Они были облачены в лесду, а возле их ног стояли внушительные котомки.

— Дор, ты всем рассказал? — спросил я.

— Всем, кто меня хотел услышать. — ответил он.

— Надеюсь все поверили. — сказал я с надеждой. Если все поверят, вряд ли кто-нибудь придёт к ним утром. У всех, как и у нас будет шанс сбежать отсюда.

— Не хочу тебя огорчать, но это не так. — огорченно сказал Дорос. Я не понимающе на него посмотрел. Хоть в темноте моего взгляда не было видно, он как-то понял его.

— Многие мне не поверили. Даже слушать не стали. Они решили, будто я хочу прийти первым и стать десятником, пока они прячутся от солдат. Хотя бы Свирь понял, что я не вру. И то счастье. — ответил Дорос. Харук грустно вздохнул и прошептал:

— Мы дали им шанс скрыться. Пусть себя винят, когда поймут, что Дорос говорил им правду. Надо прислушиваться к людям, хоть это враги или маленькие дети…

Через две минуты после меня, к нам присоединились Лясь и Жер. Они рассказали нам, что деревню окружили солдаты. Оцепили. Очевидно для того, чтобы никто не смог сбежать. Дорос предположил, что недалеко от Журчащей у нас есть шанс улизнуть. Там росли густые колючие кусты с деревьями, поэтому поползём там от крайнего дома к лесу. Когда Жак остался последний, мы поняли почему он не пришел. У него отец фанатик войны и пьяница, мечтающий прославить свой род. Видимо, он захотел, чтобы его сын участвовал в сражениях и покрыл своё имя славой, а насчет смерти своего сына он даже не задумывался. Только мать по-настоящему любила Жака, а отец презирал и избивал его, говоря, что толку от него никакого. Мать умерла от лихорадки, когда Жаку было десять лет. Смерть матери подкосила его, что он чуть не покончил с собой. Мы в то время дружили втроем — Свирь, Жак и я. Я со Свирем, помог Жаку найти новый смысл жизни. После… Жак старался меньше времени бывать дома, а по возможности ночевал у нас или в берлоге. Я до сих пор не понимаю, как Жак вырос в такого жизнерадостного и любящего всех человека, с таким прошлым.

— Видимо, Жака не отпускает, его психованный отец. — сказал я, когда уже было понятно, что Жак не придёт. Жак никогда не опаздывал. А тут раз, и нету! Нечисто…

— Ты прав. Скоро рассвет, так что мы должны поторопиться, вызволяя его. Мы же его не бросим? — вопросил Дорос. На том и решили. Мы знали, что отец частенько запирает его в погребе на улице, за малейшую оплошность. Там было холодно и сыро, что находиться там было почти невозможно. Так как мы были возле его дома, нам оставалось лишь перелезть через невысокий, дряхлый забор и вызволить друга. Мы заранее договорились, что когда я вытащу его, свистну два раза и мы с Жаком убегаем на окраину, где нас будут дожидаться друзья.

Забор мы перелезли быстро. Оглядевшись, я побежал к погребу. А друзья заблокировали дверь дома, если вдруг отец Жака захочет выйти. Погреб был недалеко, так что возле него я оказался довольно быстро. Пройдя к погребу, отодвинул засов и резко открыл маленькую крышку.

— Жак, ты здесь? — позвал я тихо в темноту погреба.

— Что, еще кто-то другой может здесь быть, кроме меня? Тут, тут, — раздался в темноте голос Жака — Помоги вылезти, отец лестницу забрал.

Крепко держась, чтобы не упасть, свесился внутрь и протянул руку в темноту. Жак вцепился крепкой хваткой. Аж чуть руку мне не вывихнув! Надо было лучше Доросу идти, а не мне. Еле вытащив его из погреба, от усталости упал на землю. Жак, ощутив себя на свободе, радостно улыбнулся. Выглядел он плохо. Лицо и руки были покрыты ссадинами, одежда выглядела еще хуже, чем после драки в трактире. Только глаза радостно улыбались. Хоть темнота, но что-то можно разглядеть. Отдышавшись, закрыл погреб и два раза свистнул, после бегом с Жаком направились к месту сбора. Отбежав на достаточное расстояние от его дома, я остановился. Потом начал искать в своей сумке запасную одежду.

— Ты чего делаешь? — спросил, останавливаясь, Жак.

— Оденься, а то замёрзнешь. — сказал я, найдя штаны, толстую рубаху и отдавая ему. Жак лишь благодарно взглянул на меня и начал быстро натягивать одежду. Дальше мы шли пешком в сторону самого крайнего, заброшенного дома. Нас там уже ждали друзья. Они поприветствовали Жака и сказали, чтобы потом всё рассказал, а сейчас нужно уходить. Мы договорились ползти по земле друг за другом, я был замыкающим, а первым Дорос. Ползти с котомкой на спине было неудобно, но не бросать же её. Когда мы уже были почти в лесу, нам дорогу преградила большая фигура человека. От неожиданности, я чуть не нагадил в штаны.