Евгений Малинин - Доза

«Секондхэнд!» — мелькнула в голове лорда ненужная мстительная мыслишка, не задержавшая, впрочем, его внимания, да и разглядывать наряд своей жертвы у Дорта не было ни желания, пи времени. Сквозь раздвинутые руками вампира кусты просочился серебристый лунный свет, и в его спокойном сиянии ясно выделялась детская еще шея с едва заметной голубоватой жилкой, пульсирующей чуть выше ключицы! Лорд беззвучно застонал, его набухшие десны мгновенно расширились, и идеальной формы и остроты клыки, увеличившись втрое, выдвинулись в рабочее положение.

Тореадор изящным движением опустился на одно колено и склонился над своей жертвой. Несколько секунд, несмотря на сильнейшие спазмы Голода, он любовался изяществом своей жертвы; а затем тонкими; длинными, матово-бледными пальцами он осторожно провел по бархатистой коже чистой шеи, и ему показалось, что обреченная жилка затрепетала под этим прикосновением. Лорд снова застонал в экстазе и склонился еще ниже, готовясь подарить жертве Поцелуй вампира!..

И в этот момент что-то тяжелое и в то же время гибкое с протяжным свистом обрушилось ему на спину.

Неожиданность и сила удара были таковы, что Дорт не успел увернуться. Он упал ничком рядом с неподвижным юношей, но тут же попытался откатиться в сторону и вскочить на ноги. Это ему почти удалось, но следующий удар, уже с другой стороны основа опрокинул его на землю. А затем раздался голос, визгливый, наглый голос не совсем трезвого подростка:

— Ну, я же вам говорил; что вампиры на синтет-травку ловятся лучше, чем на «дрянь»! «Дрянью» в него еще попасть надо, а синтет-травка сама их притягивает!! Вот, пожалуйста, обещанный вампир, можем повеселиться!

Дорт наконец-то сумел подняться на ноги и быстро оглядеться. Его окружали шестеро подростков, среди которых был и тот, что секунду назад лежал без движения. Теперь-то Дорт ясно видел, что этот малец был одурманен совсем не настолько, чтобы свалиться без памяти, — если бы не Голод, мальчишке никогда не удалось бы одурачить его, но теперь!.. Теперь надо было что-то делать… Но что?! В руках троих из окруживших его тинейджеров были тонкие и довольно длинные железные прутья с посеребренными наконечниками, и с этим оружием он справился бы легко и быстро. Однако две молоденькие секондхэндочки сжимали в своих ладошках пресловутые спринцовки, и лорд прекрасно знал, чем они наполнены. Именно между этими девчонками был самый большой разрыв в окружавшей его цепочке.

— Ну что, сначала потыкаем его серебром или сразу… подожжем?.. — не совсем твердым языком осведомился один из молодых людей, обращаясь, по всей видимости, к предводителю группы, высокому пареньку с прыщеватой вялой физиономией. Девчонки со спринцовками, заинтересованные вопросом, тоже перевели глаза на прыщавого вожака… Ив этот момент лорд Дорт высоко подпрыгнул, сделал в воздухе открытое сальто и, пролетев между «спринценосками», приземлился уже по другую сторону кустов.

Секунду спустя он мчался по темному пространству парка, слыша за собой тяжелый топот и пыхтение беспощадной шайки секондхэндов. К его удивлению, юнцы не только не растерялись после его изумительного, по красоте и силе прыжка, но и достаточно быстро организовали погоню! И все-таки ночное зрение вампира, сила и ловкость его тела, пусть и изнуренного долгим Голодом, не оставляли преследователям никакой надежды на успех!

Он ушел от погони!.. Он ушел ото всех — и от одурманенных наркотиками подростков, и от присоединившихся к ним трех куражистых алкашей, и ох двух ночных парковых сторожей, внезапно начавших свистеть в свои дежурные свистки, надеясь на подмогу полиции. Он влет перемахнул через ограду парка и растворился в темных ночных провалах улиц задолго до того, как преследователи в свою очередь добежали до ограды.

Пробежав вдоль припарковой слабо освещенной улицы, лорд свернул на первом же перекрестке и оказался на одной из деловых улиц города, поражавшей в этот ночной час ярким, как говорили прежде, «неоновым» освещением и полным отсутствием людей. Только изредка, сквозь стеклянные двери и витринные стекла первых этажей, в нижних холлах офисных зданий маячили смутные фигуры охранников. Но Дорт не решился ткнуться в одно из этих зданий, хотя слышал, что такие попытки кое-кому удавались — просто сейчас у него не было на это сил.

А Голод мучил его все сильней! Теперь уже спазмы практически не прекращались, они гнали его вперед, в надежде на неожиданную удачу. Он пересек ярко освещенную деловую улицу и свернул в первый же попавшийся переулок, в темноту, в тишину спящего города. До рассвета оставалось часа два, а вожделенной дозы все не было!..

Чисто интуитивно он двинулся в сторону своего укрытия, к своему склепу… к своему гробу, рассчитывая встретить по дороге подходящую жертву… Любую жертву, пусть не молодую, не с горячей юношеской кровью, лишь бы без МС в жилах и без… спринцовки в руках. Теперь уж он не будет очаровывать и соблазнять, ждать подходящего момента и наслаждаться этим моментом. Теперь он все поставит на неожиданность нападения и силу!!

Он миновал пару кварталов, и навстречу ему не попалось ни единого человека. Освещенные двери кафе Дорт проходил не задумываясь, опасаясь, что если он войдет в зал, то не удержится и набросится на первого попавшегося посетителя. Он слишком хорошо знал, чем это кончится, и даже его жуткий Голод не мог пока победить его осторожность!

Проходя следующий перекресток, лорд заметил, что невдалеке, метрах в тридцати от него, по тротуару медленно бредет какая-то неопределенная фигура, чуть пришаркивая подошвами обуви по чистому асфальту. Дорт свернул, двинулся следом, медленно приближаясь к шаркающей впереди фигуре, и немного погодя издал короткий, но очень сильный Зов. Фигура мгновенно остановилась и начала медленно оборачиваться.

Клыки лорда выскочили из своих гнезд, и он уже был готов прыжком опрокинуть свою жертву, когда прямо в его лицо глянули два водянисто-голубых глаза, горевших полубезумным огнем, и вверх взметнулись две старческие, но еще крепкие руки, сжимавшие большой деревянный крест с посеребренными концами и серебряной фигуркой Распятого.

Дорт откинул голову, словно распятие ударило его по лицу, а оно и в самом деле ударило! Вернее, даже не само распятие, а та исступленная, фанатичная Вера, которая прорвалась в крике странного старика:

— Изыди, исчадие Тьмы, именем Спасителя нашего повелеваю тебе!! Сгинь!!!

И снова взметнулся темный крест с посеребренными концами и серебряной фигуркой… И снова по лицу Дорта хлестнуло жестким ментальным ударом исступленной Веры!!!

Вампир повернулся и бросился прочь, в темноту городских переулков, к спасительному убежищу! А вслед ему неслись полубезумные крики: