Елена Смирнова - Лунный путь

Белыми сейчас были только их лица. Пролепетав что-то маловразумительное, они шарахнулись в сторону и вскоре исчезли, позабыв пленницу и даже свое оружие.

Я опустила руку, грустно улыбнувшись. Как всегда… люди опять бегут от того, чего не знают. Неужели они и в самом деле вообразили, что я буду сейчас вызывать духов? Впрочем, сейчас их неграмотность была мне на руку, поскольку даже средне разбирающийся в магии человек прекрасно знал, что для вызывания хотя бы одного духа надо иметь семь зачарованных камней и достаточно большой запас сил в резерве, а также минимум полчаса времени. Максимум, что могла я сделать сейчас прямо на этой улице — вызвать парочку иллюзий, с которыми находилась в довольно дружественных отношениях. С магией же, не касающейся непосредственно моей области, у меня вообще взаимное недопонимание, так что рассчитывать на то, что я смогу обрушить на их головы огненную или водную волну не приходится, на это я способна только с очень полным резервом. Вот ментальную — пожалуйста, но за использование этого сильнейшего вида атаки на противника я буду расплачиваться тем, что придется пролежать полдня в кровати с сильнейшей головной болью, поскольку использовать магию, основанную на магии разума и сознания, не полностью восстановив силы, равносильно самоубийству.

Оборвав мысли насчет силы на этой грустной ноте, я подошла к девушке. Подняла с мостовой кинжал, задумчиво покачав на ладони. Не сказать, конечно, чтобы я являлась экспертом в оружии, но в чем-то разбиралась и могла точно сказать, что этот клинок достоин уважения. Заткнув его за пояс, я повернулась к девушке.

— С тобой все в порядке?

— Да… спасибо, госпожа, — тихо поблагодарила она. Странно… она меня совсем не боялась и я чувствовала себя как-то странно, хотя и было приятно от мысли о том, что есть люди, смотрящие на меня как на обычного человека.

— Не за что, — развернувшись, я направилась к арке, спиной чувствуя внимательный и немного заинтересованный взгляд. Неприятно чувствовать, что тебя рассматривают, как в музее.

Выйдя к набережной, я облокотилась о резные перила моста и посмотрела в темную воду, отразившую девушку с немного усталым лицом. Честно говоря, сначала я себя не узнала. Когда я успела превратиться в эту уставшую женщину с кругами под глазами? Да уж, немудрено, что люди шарахаются. А я-то по глупости думала, что это из-за того, что я Серебряное Дитя. Наивная…

Задумавшись, я не услышала за спиной тихих шагов, и была весьма удивлена, когда получила достаточно ощутимый толчок в спину. Не успев вовремя среагировать, в следующую секунду я почувствовала, что ласточкой лечу прямо в реку. За спиной послышалось довольное хмыканье, а затем я с головой ушла в холодную воду, взметнув высокий фонтан брызг.

Холодная вода обожгла мне все тело, и я только сдавленно булькнула — даже в середине лета, в июле, в этой реке она была ледяной, а сейчас было еще только самое начало июня. Надо сказать, купание в одежде — не самая приятная процедура, а купание в сапогах, да еще и с тянущим на дно оружием — вообще удовольствие ниже среднего. Кто же это такой умный решил меня утопить? Впрочем, плавала я довольно хорошо, так что вскоре вынырнула, встряхнув мокрой головой. Огляделась по сторонам, чувствуя, что мне тяжело держаться на плаву — все-таки довольно тяжелое оружие тянуло вниз. С огромным сожалением я отцепила от пояса меч, решив, что своя жизнь мне пока еще дороже. Ничего. Деньги пока есть, так что потом куплю новый, благо в Ирвингэйле должны быть хорошие мастера, хотя бы один. Жаль только, что вместе с мечом на дно пошел и кинжал, доставшийся мне от разбойника.

Подняв голову наверх, я поймала взгляд довольно ухмыляющегося мужчины. Гневно на него посмотрела — это был как раз один из тех, кого я прогнала с утренней улицы. Надеюсь, что девушку они не найдут. Хотя, они и не будут ее искать — побоятся. А вот напасть со спины — это пожалуйста.

Злорадно усмехнувшись, я высунула из воды правую руку, ощутив, что рукав рубашки прилип к коже. Татуировка запылала серебром, когда я мрачно сощурила глаза, а в следующий миг прямо из ладони выплыла иллюзия призрака. Даже учитывая, что строила я иллюзию несколько десятых секунд, «призрак» получился на славу — сине-зеленого цвета, с истлевшей местами одеждой и совершенно безумным выражением лица, застывшего в недружелюбном оскале.

Улепетывал разбойник так быстро, что только пятки сверкали. Ему вслед полетел мой искренний поистине демонический смех.

Только когда мужчина исчез из поля зрения, я вспомнила, что, вообще-то, нахожусь сейчас в холодной воде. Кажется, я даже начала дрожать. Торопливо подплыв к берегу, вымощенному шершавыми светло-серыми плитами, я с трудом подтянулась, выползая из реки. После ледяного плена камень показался мне теплым.

Перевернувшись с живота на спину, я перевела дыхание и почувствовала, как все тело покалывает словно иголками. Странно, я ведь в воде провела всего пару минут, а такое ощущение, как будто прошла в тонком платье и босиком через ледяную пустыню. Нет, нельзя так лежать, еще за пьяницу примут, и про Серебряных Детей пойдут еще какие-нибудь нелицеприятные слухи. Например, о том, что мы злоупотребляем спиртными напитками.

Поднявшись с переставших казаться такими теплыми плит, я горько пожалела о том, что все-таки скинула в воде сапоги, чтобы не мешали выплывать. Сейчас они пришлись бы мне как раз кстати, пусть даже и мокрые. Видок у меня сейчас, наверное, очень светский — вся мокрая, босая, с прилипшей к телу одеждой, облепившими голову волосами, да одежда, наверное, еще и грязная — особенно если учесть, что я вытерла своей спиной всю грязь с набережной.

Ладно, буду надеяться на то, что не встречу городскую стражу, иначе она в спешном порядке отконвоирует меня куда-нибудь в не очень приятное место. Хорошо еще, что до постоялого двора, на котором я остановилось, было не так далеко.

Кажется, мне удалось произвести впечатление на жителей Ирвингэйла, с роду не видевших такой красоты и изящества. Если раньше на меня просто слегка косились, то сейчас обходили за метр и шептались о том, что стража совсем распустилась и пускает в город всяких оборванок. Впрочем, я особо не расстраивалась — к шепоткам за спиной я за свою жизнь уже давно успела привыкнуть.

Глиняная кружка, которую он неторопливо вытирал небеленым полотенцем, выпала из рук Торела, от удара об пол расколовшись ровно на две части.

— Тебя что, ограбили и утопили? — спросил он, кладя на кедровую стойку ключ от моей комнаты.

— Можно сказать и так, — щелкнув пальцами, я вернула Торелу целую посудину. Он благодарно снова начал ее вытирать. — Пусть мне нальют в бочку горячей воды, я хочу помыться.