Дэвид Бишоф - Доска-призрак

— Присоединяюсь к мнению моего коллеги! — просопел Лепуф, извлекая из кармана изящную табакерку. — Учитывая царящий с некоторых пор хаос, подозреваю, что ни один из нас не способен контролировать ситуацию на Доске. Наши фишки оказались во власти собственной свободной воли или под влиянием каких-то иных, внешних сил! Между прочим, я забыл спросить... где же наш друг Язон? Уж не превратился ли он в крысу и не забился ли в какую-нибудь щель?

— Всему свое время, Лепуф, — сказал Нилрем. — Но что касается внешних влияний, то вы совершенно правы. Вообще-то я даже беседовал с их источником. Это Колин. Боюсь, что ему удалось вернуться, и, как вы догадываетесь, он не настроен поддерживать с нами добрососедские отношения.

Лепуф, как раз запихивавший в нос понюшку, от неожиданности расчихался и затрясся. Над столом повисло облако табачной пыли.

— О Господи! Роулингс! — Он снова свирепо чихнул, дернув доставшейся ему укороченной версией слоновьего хобота. — А я-то надеялся, что вы с Остлопом просто решили поразвлечься за наш счет, Нилрем! Подумать только, Роулингс! Ой-ой-ой!

Кроули Нилрем с некоторым удовлетворением отметил, что на преображенных лицах своих коллег так или иначе отразилось потрясение. Должно быть, точно так же выглядел он сам в тот момент, когда до его сознания дошел смысл происходящего.

Немедленно зазвякали графины и забулькали напитки, наполняя стаканы и тут же переливаясь в пересохшие от волнения глотки Игромейстеров.

— Цезарь восстал из могилы! — прокомментировал Ирлер Мошкокрыл. С его клюва капала янтарная жидкость.

— А рядом с ним — разъяренный Юпитер, мечущий громы и молнии, — продолжил метафору Рэмбонций Рикша, наконец снимая изрядно запотевшие авиаторские очки.

— А я-то думал, что мы забили последний гвоздь в его проклятый гроб! — простонал Барнум Армбрустер, нервно вцепившись зубами в сигару. — Ведь нас было девятеро, а он — только один! Наш магический союз был настолько прочен, что мы могли бы бросить вызов самому Потерянному Божеству Игры, да святится Имя его.

— Колин Роулингс, — задумчиво повторил Ноздр Деймоос, фыркнув и встряхнув гривой. — Но ведь после Изгнания-Рассеяния прошло столько веков...

Элвуд Спиффингтон вперевалку подошел к буфету в поисках чего-нибудь покрепче.

— Зато это объясняет, почему воцарился такой хаос, — проговорил он. — Ведь Роулингс обожал хаос. Именно он изобрел Темный Круг. Не говоря уже о правилах Игры, которые мы столько лет пытались изменить!

— О, я только что вспомнил! — воскликнул Рикша, от возбуждения защелкав острыми кривыми зубами. — Его прощальные слова: «Вы, скоты, еще обо мне услышите!» — Рикша развернулся к Нилрему так резко, что хлестнул Деймооса хвостом по ноге. — Ну же, Кроули! Расскажи нам, что произошло!

Кроули Нилрем с печальным видом отхлебнул глоток шотландского виски, дожидаясь, пока спиртные пары развяжут ему язык и помогут расслабиться. Он задумчиво обвел взглядом собрание и вдруг обнаружил, что сквозь обычные запахи магии, выпивки и табачного дыма начинает просачиваться вонь скотного двора. Нилрем покачал головой, гадая, почему его пощадили и в какое животное превратился бы он, если б его тоже настигло это заклятие. Наконец он вздохнул и приступил к рассказу.

— Все началось с моего бедного кота Алебастра, — сказал он, опершись локтем о полированную столешницу орехового дерева, и показал взглядом на Танцующую Кость. — А кончилось вот этим.

Только в этот момент остальные маги обратили внимание на хрустальную пирамидку. Кое-кто в ужасе и благоговении отпрянул, но нашлись и такие, кто сдержал изумление и скрыл его покашливанием, смущенным ржанием или фырканьем. Ведь именно эта магическая кость в конечном итоге сыграла с Роулингсом злую шутку. Это и был кинжал Брута, надгробный камень на космической могиле десятого мага, осиновый кол в сердце этого вампира. Появление Танцующей Кости было лучшим свидетельством того, что Колин Роулингс действительно объявился и активно действует на уровнях Бытия, пересекающихся в Темном Круге.

Игромейстеры молчали. Все как один повернули головы к Кроули Нилрему, ожидая новых дурных известий.

— Как вы уже заметили, я размышлял над решающим броском, который должен был определить степень успешности побега принцессы Аландры из замка Хырца Моргшвина. Я говорю об этом не только потому, что на момент этого броска я довел до совершенства контроль над своими игральными костями, но и потому, что с помощью моих союзников я убедился, что три четверти всех возможных вариантов обеспечат успех в том или ином виде. Но увы! Когда наступил момент броска, мой кот Алебастр, с которым все вы в свое время встречались, вскочил на стол в погоне за призрачной мышью. Он опрокинул канделябр, моя одежда и волосы вспыхнули, и я бросил кости неправильно. Выпало всего два очка, и это был единственный вариант, гарантировавший полную катастрофу.

— Надеюсь, ты расправился с котом и уничтожил отрицательные вибрации, которые он вызвал? — спросил Лепуф.

— Конечно, мне пришлось это сделать! Магические силы, которые я некогда привел в равновесие, вышли из-под контроля, и весь мой особняк начал шататься и рушиться. Я разыскал бедного Алебастра и отправил его в изгнание. Я выбросил его через Космический Омнипровод в Темный Круг, где его отрицательное влияние должно нейтрализоваться.

Но мой бесценный особняк по-прежнему продолжал разрушаться. Хуже того, когда я вернулся к Игральной Доске, то увидел, что фишки, прежде разбросанные в беспорядке, встали вновь, но уже на другие позиции. Норхи захватили Аландру, Пугару каким-то образом удалось вырваться на свободу, а вдобавок на доске появилась новая фигурка... впрочем, думаю, все эти перемены отразились на всех ваших Досках-Призраках.

Игромейстеры закивали.

От воспоминаний у Кроули Нилрема пересохло в горле, и он отхлебнул еще глоток виски. Затем он углубился в детальный разбор того, что означала новая расстановка фигур на доске и к каким последствиям она может привести в глобальных рамках Игры.

— Само собой, в свете событий, которые я описал, вы должны понимать, чем кончится ситуация, если Моргшвину и его колдунам-недоучкам, оказавшимся вне нашего влияния, удастся вновь заполучить Аландру и выяснить, почему ее называют Ключом. — Нилрем нахмурился. — Мы не только утратили контроль над Игрой! Под угрозу поставлено само наше существование!

— Да-да, мы об этом уже догадались, Кроули. Рассказывай, что случилось дальше! — поторопил его Ноздр Деймоос.

Нилрем глубоко вздохнул и рассказал о том, как, все еще не понимая, в чем состоит истинная причина его неприятностей, он прибегнул к помощи своих «вторых я». Колин Роулингс оказался среди двойников мага, скрывшись под капюшоном монаха. Он с поразительной легкостью разделался с остальными персонажами, от воина до гнома, перебив их всех до единого.