Ольга Николаева - Сила Предсказаний

Мой мозг, занятый переработкой «оконной» информации, не сразу уловил смысл ее слов. Я посмотрела вокруг — все ждали — да, я поняла правильно.

Я медленно вышла вперед, не имея не малейшего понятия о том, что от меня ждут.

— Быстрее.

Тут я припомнила поклоны на балу — это все, что мне пришло на ум — и повторила примерно то, что делали девочки тогда.

— Нет. Не то. Ты должна серьезнее относиться к своему положению.

Я услышала, как Диана хмыкнула. Если у нее и возникали какие-то опасения насчет моей конкурентоспособности, то сейчас они полностью отпали. Я встала на свое место сконфуженная и злая.

— Лориэль.

Она прошла мимо меня, смерив презрительным взглядом, и начала поклон. Именно начала, так как длился он, по моим меркам как-то долго.

Лориэль сделала скользящий шаг вправо и подняла руку, потом медленно, делая кистью витееватые движения, опустила ее. После этого она сделала такой же шаг влево и, подняв на этот раз левую руку, сделала собственно поклон, медленно и низко присев. Потом также медленно встала и подняла голову.

— Хорошо, но не достаточно.

Лориэль надулась, сразу превратившись из гордой леди в девчонку, которую дернули за косичку в детском саду. Я же испытывала мстительное удовольствие от ее разочарования.

— Диана, — Парадикта сделала жест рукой, приглашая ее на середину.

Дальше время тянулось, как экспандер в руках младенца, то есть практически стояло на месте. Мы по очереди повторяли один и тот же поклон целый час, а Парадикте каждый раз что-то не нравилось: то рука низко, то высоко, то шаг слишком большой, то маленький, то некрасиво сели… Мы повторяли его поодиночке, по двое, впятером… Все это нагоняло на меня такую тоску, что я была готова заснуть не то что на парте, но и стоя, и во время поклона. Радовало одно: к Лориэль и Диане Прадикта придиралась не меньше, чем ко мне.

Через некоторое время, когда я окончательно отупела от бесконечных повторений, в комнату вошли наши служанки и принесли на подносах второй завтрак, вернее то, что у них так называлось — снова стакан сока, на этот раз абрикосового, и вроде небольшой кусочек яичницы, распробовать который я даже не успела.

После еды мы закончили с поклоном, но занятия продолжились. Нас посадили за парты, и снабдили перьями, чернильницами и свитками плотной бумаги. И мы начали записывать под диктовку фразы, которыми правители разных стран обмениваются при встрече, правила приема делегаций таких народов, как эльфы, дриады, гномы и даже тролли. Хотя, как я поняла, величайшим почтением для последних было бы полное отсутствие всяких правил и церемоний. Я снова ощутила себя на лекции в душной аудитории под монотонную речь преподавателя и начала засыпать. Правда, в этот раз меня постоянно отвлекали кляксы на бумаге и доводило до нервной почесухи свойство пера то оставлять на бумаге жирную черту, то полностью терять способность к оставлению вообще каких бы то ни было следов. Сомневаюсь, что позже я пойму хоть строчку из написанного.

Избавила меня от мучений девушка из кухни, которая прислуживала за завтраком, принеся радостную весть о том, что обед готов.

— Спасибо. Накрывайте на стол — мы сейчас будем.

Девушка ушла, а Парадикта жестом дала нам понять, что мы должны оставаться на местах, и продолжила.

— Девочки, теперь каждое утро у нас будут проходить занятия тут, за исключением уроков верховой езды (Я хмыкнула, представив здесь уроки верховой езды). После обеда у вас будет два часа на сон, а потом, до ужина самостоятельные занятия в библиотеке, — она указала на дверь, которую я сначала не заметила. — На этих занятиях я присутствовать не буду, но время от времени буду проверять вас и отвечать на вопросы, поэтому увильнуть, — она посмотрела на меня, — не получится. Ну и последнее: до завтра вы должны выучить сегодняшнюю лекцию.

Я глянула на свиток, спускавшийся до пола, и вздохнула так громко, что Парадикта посмотрела на меня с укоризной, а Анька с какой-то снисходительной улыбкой.

Ну обед, к моей радости, все-таки напоминал обед: огуречный салат, суп, в котором почти ничего не плавало, немного риса и куриное мясо, ну и конечно сок. Все это подавалось по порядку, только после того, как все съедали предыдущее блюдо, и сопровождалось сменой столовых приборов, так что обед затянулся.

Когда нас отпустили, я быстро поднялась наверх, сняла туфли, дурацкий венок и прямо в платье завалилась на кровать. Заснула моментально несмотря на неудобную кровать: я привыкла дома спать одна на двуспальной кровати, и эта стандартная «больничная» койка казалась мне узкой.

— Эль Ольга! Эль Ольга! Проснитесь!

Я открыла глаза и увидела перед собой взволнованное лицо Рины.

— Мы проспали.

— Как проспали? Что? — я вскочила на ноги.

— Мы проспали ваши занятия. Сейчас уже время ужина. Надо торопиться, а то госпожа Парадикта будет недовольна.

— Почему "мы"?

Рина опустила глаза и замолчала.

— Рина!

— Я пришла вас будить, когда другие Эль уже ушли, — тихо начала она. — В комнате было так тихо, а вы так хорошо спали, и я решила дать вам поспать еще пару минут и присела на кровать… Наверное, я заснула…

— По-моему, не «наверное». И что нам будет?

— Если вы не опоздаете на ужин, ничего. Если, конечно, кто-нибудь не проговорится.

— Тогда пошли, — я не испытывала никаких угрызений совести, от того, что пропустила занятия: студенческая жизнь полностью истребила у меня это чувство. Но слушать еще одну порцию наставлений мне не хотелось.

— Подождите. А прическа?

— Давай, — я подала ей венок и шпильки, а сама быстро начала расчесываться, безжалостно выдергивая спутанные волосы.

Рина быстро закрепила венок и разгладила слегка помятое платье.

— Ну как? — спросила я.

— Хорошо, — улыбнулась Рина и мы быстро выбежали из комнаты как раз вовремя, чтобы незаметно затесаться в стайку девушек, идущих из библиотеки на кухню.

— Парадикта заходила? — шепнула я Аньке, поравнявшись с ней.

— Да, в самом начале. Я ей сказала, что ты сейчас спустишься.

— Спасибо, — выдохнула я.

— А ты где была?

— Проспала, — Анька снова улыбнулась своей снисходительной улыбкой, и меня это уже начинало бесить, но я все-таки была ей благодарна за ее «пособничество» и быстро подавила раздражение.

После ужина, который тоже не оправдал моих надежд, нам было настойчиво предложено прогуляться, и все девушки вышли на улицу. В отличие от других, я сразу проснулась в комнате, поэтому вид дома снаружи стал для меня открытием. Спустившись по широким ступеням, ведущим от двери, мы как будто сразу очутились в лесу: высокие деревья резко выросли со всех сторон, и моим глазам предстал красивый парк с дорожками, выложенными тем же камнем, что и дом. Здесь царил полумрак и было как-то уютно и, несмотря на холодный ветер, тепло. Я отошла подальше от дома и повернулась, чтобы разглядеть фасад. То, что я обнаружила, несколько меня огорчило. Как оказалось, мы жили в левом крыле огромного дома, которое являлось своеобразной пристройкой и было на один этаж ниже, чем остальное здание. Более того, парк тоже делился на две части: нашу и королевскую, и между нашим крылом и Домом начиналась живая изгородь из какого-то колючего растения высотой около трех метров, так что заглянуть через нее или перелезть нечего было и думать. Я заметила, что нас стараются держать подальше от правителя и принимают все соответствующие меры. Если бы я не видела этой изгороди, может мне и не понадобилось бы на другую сторону, но теперь мне во что бы то ни стало захотелось туда попасть.