Наталья Ломаченкова - Феникс. Песнь Первая

Сзади послышалась лёгкая поступь шагов; я замерла, мышцы точно свело судорогой. В мозгу назойливой мыслью металась шестая заповедь — не убий! Узкая ладонь осторожно коснулась моего плеча. По телу пробежалась разряжающая волна, смывая раздражение. Знахарь, чтоб его!.. Спокойный, извиняющийся голос проговорил:

— Я не хотел оскорбить или обидеть вас, Альнаор.

Медленно разворачиваюсь лицом к Ветару. Он тут же благоразумно убирает руку и отступает на шаг. Но тон не меняется — всё то же сожаление и раскаяние.

— Это была лишь глупая шутка, недостойная вас. Прошу простить меня.

Не сводя с меня внимательного взгляда, мужчина опускается на одно колено, словно вассал перед своим сюзереном. В сознании вспыхивает едким огоньком пакостная мысль, что искренностью тут и не пахнет, но я решительно задвигаю её обратно и, повернувшись обратно к тихо пофыркивающему Фламелю, отрывисто произношу.

— Встаньте, принц.

— Лишь получив ваше прощение, — серьёзно заявляет этот пройдоха. Ещё миг смотрю на него, а потом неожиданно захожусь тихим смехом. Получаю в ответ искреннее изумление во взгляде. И вкупе с ним — желание проверить надёжность моей хрупкой психики. Предусмотрительно взлетаю в седло, сопровождаемая удовлетворённым ржанием коня.

— На вас невозможно долго сердиться, господин Знахарь. Заканчивайте вытирать полы, и давайте наконец тронемся.

Ветар, улыбаясь, поднимается, отвешивает мне ироничный поклон и, не коснувшись стремян, вскакивает на чёрного скакуна. Пробормотав нечто язвительное в духе «позёр», я гордо распрямилась и, тронув поводья, царственно выплыла из конюшни, всей кожей чувствуя, что принц с трудом удерживает смех. Ну и бес с ним!

Деревянные ворота остались позади. Кони неутомимо мчались по цветущей долине, туда, где виднелась лиловая кромка леса. Карта Великих королевств который раз возникла у меня перед глазами. Мысленной линией я соединила деревню, из который мы недавно выехали и Гавань Серых ветров. Неутешительно отметила, что путь пролегает через какое-то болотистое урочище, а затем ещё и чуть ли не сквозь самую чащу Полуночного леса, о котором ходило едва ли не столько же легенд, как и о самой Пустоши. Оторвавшись от невесёлых раздумий, я потёрла лоб и сделала глоток из походной фляги, коими вместе с провизией щедро обеспечило нас счастливое семейство. Так что по крайней мере скорая гибель от голода нам не грозила, благодаря его светлейшему нахальству. Скосив глаза, я исподтишка глянула на невозмутимого Ветара, скачущего рядом. Его взгляд был устремлён на маячащий впереди лес. После того как мы покинули деревню, мы не перемолвились ни словом, и меня это тупое молчание уже начало немного утомлять. Но почему это я должна всегда сдаваться первой!

"Первый раз вижу, чтобы Поющие ездили на лошадях," — пришёл нерешительный импульс от Фламеля. Я тихо усмехнулась — мой скакун всё ещё не мог определиться, как со мной разговаривать, чтобы не обидеть великую даан-ра. Что однако не мешало ему критиковать мои поступки.

"Обычно так не происходит," — отозвалась я. — "Этот случай исключение из правил."

"Наказание?" — полюбопытствовал конь, шевельнув ушами, но тут же опомнился. — "Прости мою назойливость, даан-ра."

"Нет, скорее попытка самореализации," — поразмыслив, ответила я. И со вздохом добавила: — "Крайне неудачная попытка."

Фламель заинтересованно повернул голову, но больше ничего спрашивать не стал, остерегаясь возможного гнева хозяйки. Разумно, нрав и характер Играющей с Огнём вполне соответствует её стихии.

"Когда мы доскачем до леса?" — пропела я, лениво ловя взглядом переливы на трепещущей на ветру гриве жеребца. Конь всхрапнул и прибавил скорости, не обращая внимания на мои попытки объяснить, что я не совсем это имела в виду.

"Будем через час, даан-ра."

Ну, ладно. Я тоскливо кинула взгляд на ошеломительно чистое небо. Нет, это невозможно, невыносимо! Как только люди живут без пьянящей лёгкости крыльев за спиной, без ликующего чувства свободы и мечты, которое дарует полёт? Есть ли на земле место, где меня не смогут учуять бдительные Стражи, где я без опаски быть замеченной смогу вновь подняться в небеса… Нет, сама знаю, что только сфера Хаоса непроницаема для ока клана Анэр. Невольная дрожь пробегает по телу, при одном воспоминании о неистовом хаосе. Теперь, когда Феникс погиб семь лет назад, лишь врата, вкупе с объединённой силой Триумвирата сдерживают грядущую угрозу.

Триумвират… Сердце защемило от внезапной грусти. Трое — основы из основ. Мудрость, сила, любовь. Рантиир, Гарданэр, Венаор. Трое — самые близкие, самые родные. Как вы там без меня?…

Лёгкое прикосновение руки, дарующее надежду.

Вздрагивая, поднимаю взгляд. И тут же теряюсь в этих глазах цвета ночи, в самой глубине которых мерцает огонь животворящего света. Сострадание, почти жалость.

Я что, начинаю думать вслух?!

— Нет, я всё же не всемогущ, чтобы читать мысли, — мягко произносит Ветар, очевидно правильно истолковав выражение моего лица. — Но как Знахарь, я обладаю кое-какими эмпатическими способностями.

Да, всё лучше и лучше… Мрачно осознаю, что теперь придётся уделять внимание ещё и ментальному щиту, защищающему сознание от вторжения извне. И зачем я только согласилась на этот поход?!

Принц с едва ощутимой неохотой отстраняется.

— Клянусь, я не хотел и никогда не стану читать ваши эмоции. Просто ваша боль… очень сильна… Может я смог бы помочь?

Отрицательно качаю головой. Если мне будет надо, я сама смогу себе помочь — всего лишь высвободить на волю пламя моей силы, дождаться, когда явятся на зов Поющие Стражи и вернуться с ними туда, откуда ушла. То есть домой.

Нет! Я сама сделала выбор.

— Всё ещё сердитесь? — жалобно спрашивает Ветар. — Ну что мне сделать, чтобы искупить свою вину? Альнаор, не молчите, пожалуйста!

— Я слышала, чтобы выучиться на Знахаря нужны немалые магические способности, — задумчиво произношу я. — Почему же вы решили стать именно целителем, а не магом?

По лицу принца пробегает мрачная тень. Голос становится глухим и надорванным.

— На это были свои причины, Альнаор. Прошу вас, не расспрашивайте меня об этом, а просто поверьте на слово.

— Конечно, — я примиряюще улыбаюсь. На личном опыте убедилась, что лезть к кому-то в душу себе дороже — там может оказаться совсем не то, что рассчитываешь увидеть.

Ветар благодарно склоняет голову. Пожимаю плечами — неужели чувство такта настолько редко среди его окружения? Или это так принято между людьми — говорить спасибо за каждую мелочь?