Жан-Луи Фетжен - Сумерки эльфов

Ллэндон тоже сидел с опущенной головой. Гаэль не являлся его подданным, и он даже не мог его припомнить. Может быть, Тилль-следопыт был с ним знаком… В былые времена он вместе с серыми эльфами сражался на болотах, был разведчиком на вражеской территории, участвовал в стычках с гоблинскими отрядами… На мгновение Ллэндон даже рассердился на себя, что не может вызвать в памяти лица Гаэля… Но, в конце концов, кто знает, что в действительности на уме у серых эльфов? Вряд ли это знает сам их король Рассуль, который правит малочисленным народом, чьи небольшие кланы рассеяны на унылых болотах, возле самой границы с Черными Землями… Серые эльфы, живущие обособленно от Рассуля и от других эльфийских сообществ, сохранившихся с Древних времен, мало-помалу становились все более изолированными — они не смешивались с лесными эльфами, эльфами дюн и Высокими эльфами, за исключением редких случаев. Впрочем, то же самое можно было сказать и обо всех остальных эльфийских племенах… Ллэндон почувствовал боль при мысли о том, что сотни его сородичей в давние времена были единым целым…

— Я не знаю, — наконец прошептал Рассуль, мертвенно-бледный. — Я не знаю, где он сейчас.

Глаза Ллэндона встретились со светло-зелеными глазами жены. Затем он токе покачал головой в знак отрицания.

— Мессир, эльфийская честь, равно как и будущее мира между Свободными племенами повелевают нам разыскать Гаэля, — произнесла Ллиэн.- Мы благодарим повелителя Болдуина и господина… — она запнулась, пытаясь вспомнить имя гнома с каштановой бородой.

— Цимми, — тихим от смущения голосом произнес он, что вызвало улыбки у благородных вельмож.

— Да, прошу прощения, господина Цимми… Мы благодарим вас за то, что вы доверили это дело решению Великого Совета. Если владыка Пеллегун нам раз решит, мы сами найдем Гаэля и приведем его в Лот, чтобы потребовать от него объяснений.

— Как бы не так! — прогремел Болдуин. — Это все красивые слова! А через пару недель вы скажете, что ему удалось скрыться!

Снова вскочил Рассуль.

— Ты еще будешь оскорблять нас, проклятый по жиратель камней!

Серый эльф был вне себя от ярости, его рука сжимала рукоять длинного кинжала. На другом конце стола Болдуин и его свита схватились за топоры, но рядом с ними тут же оказались двенадцать рыцарей-стражников, готовых остановить их, пока не пролилась кровь.

— Хватит! — проревел Пеллегун, вставая.

Его крик немного отрезвил собравшихся.

— Владыка Рассуль, ваши слова опережают мысли, но я уверен, что король Болдуин не станет слишком сердиться на вас за это… Все мы устали и слишком взвинчены… Сядьте, господа, прошу вас.

Эльфы и гномы снова сели на свои места, но недовольный ропот с обеих сторон не стихал еще долго.

— Королева Ллиэн права, — продолжал Пеллегун. — Именно эльфам предстоит вершить правосудие. Но мы вполне понимаем ярость повелителя Болдуина и… его недоверие.

Рядом с ним сенешаль Горлуа негромко кашлянул:

— Может быть… Поскольку речь идет о преступлении против короля…

— Так что же?

— Может быть, королева сама смогла бы заняться поисками?

На мгновение глаза короля людей весело блеснули, и на его морщинистом лице появилось легкое подобие улыбки.

— Хорошая мысль!

Горлуа почтительно прикрыл свой единственный глаз и склонил голову.

— Что вы на это скажете, господа?

Стоя под дверью зала Совета, варвар перетаптывался с ноги на ногу, не в силах принять решение. Дорога до Лота была долгой, и Фрейр сотни раз мысленно повторял речь, с которой он обратится к королю Пеллегуну. Но здесь, в самом сердце замка, он утратил всякую решительность.

И вдруг в спину ему уперлось острие копья.

— Ни с места, варвар! Это ты убил герольда?

Вместо ответа огромный светловолосый воин с ужасным ревом развернулся и, ударив сжатым кулаком по древку копья, выбил его из рук угрожавшего ему стражника. Затем варвар схватил обеими руками тяжелый меч, зазубренное лезвие которого свидетельствовало о том, что он не оставался подолгу без дела. Оставшийся безоружным стражник быстро попятился назад, в то время как двое других нацелили на варвара свое оружие.

Дверь зала Совета с резким стуком распахнулась, и Горлуа быстро окинул всю сцену единственным глазом. По бокам от него стояли два рыцаря с обнаженными мечами, готовые разрубить гиганта пополам, если он посмеет их атаковать.

— Что здесь произошло? — спросил Горлуа, указывая на все еще неподвижное тело герольда. — Он мертв?

Варвар оглянулся и опустил меч.

— Нет, нет, не мертв. Просто без сознания…

— Кто ты?

— Я Фрейр, правитель Свободных людей Скалистого Порога, — ответил варвар, простодушно улыбаясь.

— Что ты делал у двери? — спросил сенешаль. — Шпионил?

— Фрейр не шпион! Я хочу говорить с королем!

— Позже, — ответил сенешаль, слегка подталкивая назад воина, тело которого было наполовину обнажено под одеждами из звериных шкур. — Король не сможет принять тебя сейчас.

— Подожди! — раздался громкий голос.

Все взгляды обратились к Пеллегуну. Глава Великого Совета резко поднялся.

— Пропусти господина Фрейра, — сказал он тоном, резко контрастировавшим с тем спокойствием, что звучало в нем в начале Совета.

Эльфы и гномы, заинтригованные, замолчали, переводя взгляды с короля на варвара. Почему из-за этого дикаря Пеллегун прервал собрание?

— Как называется твое владение? — спросил король после того, как воин вошел в зал.

— Скалистый Порог.

— Это тебе ни о чем не говорит, Горлуа? — торжествующе и в то же время насмешливо спросил король.

— Я не понимаю…

— Скалистый Порог — это укрепленное поселение в самом сердце Черных Границ… Оттуда по прямой не более пяти лье*[1] до поселений серых эльфов Гаэля.

Лица всех присутствующих обратились к гиганту с явным интересом.

— Мессиры, — продолжал король, высоко поднимая руку, чтобы положить ее варвару на плечо, — Фрейр — один из тех немногих людей Свободных народов, которым удалось удержаться на Границах. Я удивлен и рад твоему прибытию в Лот, Фрейр. Зачем ты хотел меня видеть?

— Скалистый Порог разрушен. Помоги мне отомстить, и Фрейр будет твоим рабом… Больше мне не чего сказать.

Пеллегун не ответил. Рядом с гигантом король людей казался низкорослым, как гном; Утер почувствовал облегчение от того, что драться с воином не пришлось. С посерьезневшим лицом Пеллегун еще раз хлопнул Фрейра по плечу и отошел к единственному в комнате окну. Дождь перестал. Из труб поднимался дым, донося до самого дворца запахи еды, и король почувствовал, что проголодался.

— Кому ты хочешь отомстить? — спросил он.