Кирилл Довыдовский - Орден необычных

Ознакомительный фрагмент

— Сайта, ты спишь?

— Я все слышу.

— Что? — Лока настороженно обернулся вокруг.

— Подкрасться тебе не удастся, вот что. Думаешь, если меня твои жуки один раз сожрать не смогли, я сразу расслаблюсь?

Лока решил, что ему чудится. Он ее, можно сказать, от смерти спас… Нащупав рукой край навеса, он аккуратно заглянул внутрь. Старательно пригляделся — в безлунную ночь это оказалось мудрено — Сайты внутри не было.

— Медленно положи жуков на землю и сделай два шага назад, — раздалось прямо над ухом. — Никаких резких движений. Если хоть один жук приблизится ко мне ближе, чем на метр, то этот острый кинжал с ржавыми зазубринами попортит твою милую мордочку…

— Вообще-то я тебе поесть принес…

— Не ври!

— Как хочешь. — Лока отбросил сверток в темноту.

— Что ты сделал?! — отскочив на метр, она злобно зашептала. — Опять жуки?! Про нож забыл?!

— Да нет у тебя ножа…

— Да?! А я как заору!..

Лока махнул рукой.

— Не понимаю я тебя. Я тебе ничего плохого не сделал…

— А жуки?!

— Да не жуки это! А пауки обычные, которые паутину плетут и мух ловят, просто Сахайя их кормил долго по-особенному…

— А ты решил их на мне испробовать?!

— Да ничего я…

— Ты видел, какая у меня рана осталась?! Ты, вообще, понимаешь… Эй! Ты куда?! Я еще не договорила!

— Спокойной ночи…

— Ты еще и спать собрался?! Да чтоб тебе во сне червяки в живот забрались, чтоб тебя…

Глава 4

ПРО ШАМАНОВ И ЛЮДЕЙ

20-й день, 9-го месяца, 4323 года

Великий Западный лес

— Медняста приходила после рассвета.

В ответ Лока только зевнул. Домой он вернулся под утро. Синих бабочек оказалось даже больше, чем предупреждал Сахайя. Когда Лока добрался до последнего картошечного поля, небо уже начало краснеть. Было б бабочек хотя бы наполовину меньше, он бы отправил их на другой конец леса не выходя из дома, а так… И на следующую ночь наверняка придется снова идти. Причем не только на поля, но и к Пенейте тоже. Очень уж у нее дочка разболелась…

— Хунт ее за ворота вытолкал…

— А зачем с утра людям в голову гадить, я спрашиваю?! — как всегда шумно заговорил мелик. — Я говорил позже прийти?! Говорил?!

— Да без тебя уже поняли, пень крикливый! Не мешай завтракать человеку!

Махнув рукой, Хунт что-то заворчал под нос.

— Поговори у меня еще, — пригрозила Колоста, ставя на стол блюда с вареной картошкой и тушеным мясом.

— Чего она хотела-то?

— Да совсем ополоумела, дура трухлявая! — снова не выдержал Хунт, густая борода затряслась от негодования. — Будто ее кто в зад кусает! Говорил я…

— Да заткнись ты! — Колоста замахнулась на него поварешкой. — Коль не о тебе речь, не верещи раньше времени!

Мелик явно хотел сказать еще что-то, но головой решил не рисковать. Бывали уже случаи…

— Да она тут удумала, — уже спокойным голосом обратилась Колоста к Локе, — в общем, девок тебе предлагает.

— Чего предлагает? — недоуменно уставился Лока. Обычно-то его благодарили чем-нибудь съедобным или для хозяйства годящимся.

— Да на толчке пересидела! — вырвалось у мелика. — Лишнего вы…

Он не договорил — Колоста таки съездила ему по бороде.

— Девок.

— У них же вроде нет пригнанных.

— Так она своих предлагает.

— Зачем?

Нет, он прекрасно понимал, для чего молодому парню может сгодиться девушка, но он-то тут при чем? Шаманы никогда не отвлекаются на мелочи. Этому он давно успел научиться.

— В том то и дело, что не затем! — ответила Колоста. — Чтобы Медняста с чем-то добровольно рассталась, нужно ее очень долго по голове бить. Хотя… если ты хочешь… с той же Синистой можно договориться. Дочки у нее красивые…

— Нет, — спокойно ответил он.

— Скажешь, как надумаешь, — произнесла Колоста коротко. — Что касается Меднясты, — продолжила она, — у нее пять внучек. Две совсем маленькие, а три твоего возраста. Вот из этих трех одну она предлагала в качестве оплаты…

— Толстуху, — чуть слышно пробормотал Хунт.

— …вторую, — продолжала Колоста, — она… гм… в общем, предлагает, чтоб та по кружке крови каждую неделю приносила для каких-то шаманских дел.

— Дуру, что год назад четыре дома спалила, — все так же тихо добавил мелик.

— …третью…

— Толстуху и дуру.

— …планирует на тебе поженить…

Тут Хунт шептать не стал:

— На дерьмо по весу таких невест менять!

— Да заткнись ты уже!!

Криком заканчивался практически любой разговор между Колостой и Хунтом. К этому Лока давно успел привыкнуть. Пожалуй, он даже почувствовал бы себя неуютно, если они вдруг перестали спорить по каждому поводу.

— А Санея где? — Мелик выдохся первым, и Лока сумел вставить слово.

— С ребятами куда-то побежала.

— С какими?

— Не знаю. Но Менки там, кажется, не было…

Лока ощутил, что такой ответ его не удовлетворяет.

— Ладно, пойду я. — Он поднялся из-за стола.

— Да ничего с ней не случится, — заверила Колоста. — Ей одиннадцать лет уже: и не глупая она совсем. Сама может выбрать, с кем ей можно разговаривать, а с кем нет. Лока, сам подумай, понравилось бы тебе, если б кто-то за каждым твоим шагом следил?

— Я не слежу…

— А пошел куда?

— К Сахайе я пошел.

— А-а… Он звал?

— Да.

Захватив куртку, Лока вышел из дома. Мягкая кожа зимней змеи и тонкая подкладка из соболиной шерсти — в такой можно под дождем на голой земле спать. Люди, даже те, для кого он ничего не делал или кому был глубоко неприятен, дарили ему только самое лучшее. Медняста — редкое исключение.

Пошел к старому колодцу. Еще какие-то дети были на другой стороне деревни: он всегда ощущал их лучше, чем взрослых. Но сестру Лока ни с кем бы не спутал. Даже когда ему вместе с Сахайей приходилось уходить далеко за пределы Снежной, он не переставал чувствовать ее настроение. Вот сейчас… ей вроде бы было весело. Но что возьмешь с ребенка? Она ведь наверняка, и даже рядом с этим Менкой, могла бы веселиться. Не успев выйти со двора, Лока на кого-то наткнулся.

— Смотри куда прешь!

К нему уже давно никто так не обращался. Кроме одного человека.

— Тебе что-то нужно? — спросил он холодно.

— Не твое дело! — ответила Сайта.

— Ладно, я пошел…

— Стой!

«Не нужно грубить, если что-то нужно», — подумал Лока, уходя прочь. Было бы намного легче, если бы она перед ним притворялась так же, как перед всеми. Грубость его не задевала — он, наверное, и описать бы точно не смог, что это за чувство такое — обида, но на Сайту каждый раз столько времени уходило…