Александр Казанков - Темный путь. Начало (СИ)

— Буйными? Нет, это не про моего Элрода. Он просто душка. А самое главное, что он совсем не похож на своего отца, а то бы я не пережила этого.

— Ты назвала его Элродом, как моего отца. Достойное имя. Носитель его станет великим человеком. Жаль, что мы не могли быть вместе, ты была бы счастлива, а он мог бы быть моим сыном.

— Да жаль, но такова жизнь, и мне надо уходить, ведь уже поздно, а я замужняя женщина. Когда мы в следующий раз встретимся, надеюсь, не пройдет еще четырнадцать лет. Я люблю тебя, и всегда любила, мой маленький мальчик.

Сказав эти слова, Элизабет обнаженная поднялась с постели. Подошла к столбу кровати, нежно прижалась к нему, последний раз посмотрев на того, о ком думала всю жизнь…. После этого она исчезла в темноте потайного хода. Дейлон хотел остановить ее, но что бы он сказал ей: останься, или брось его. Они оба знали, что ни то ни другое не возможно. И как бы он себя не убеждал в обратном, она не была той, которая предназначена ему судьбой. Так пусть останется все как есть!

Утро у Дейлона предстояло тяжелое. Ужасно болела голова, было такое ощущение, что он всю ночь сражался со стаей оборотней. Но все же он встал, умылся, оделся в вычищенный слугами камзол и спустился вниз. Повсюду было много людей. Имперская знать, за годы привыкшая к чрезмерному употреблению эля, чувствовала себя отлично, даже ранним утром. Он как вор поглядывал на подносы с едой, стоящие на столе. Но достать их не мог, так как в этом доме было принято ждать прибытия хозяйки. Хотя обычно она вставала очень рано, в этот день ее не было видно и гости собравшиеся на праздник, были похожи на голодных шакалов.

Наконец, после часа голодного ожидания и пустых разговоров, хозяйка дома спустилась в низ. Она даже не представляла, как гости были ей рады. Она поприветствовала всех, потом отдельно Дейлона и предложила сесть всем за стол. Но не тут, то было, только Дейлон хотел съесть жареного цыпленка, как маленькая графиня Луиза заскочила к нему на колени.

— Дейлон вы совсем не уделяете мне внимания. Я по вас соскучилась! А вы? Если вы не заметили мне уже не восемь, а десять. По-моему этот возраст называется проблемным, и если не заниматься детьми, то из них может получиться все что угодно. Вот стану я женщиной воительницей, и попрошу подарить ваш меч мне. А я ведь знаю, вы им так дорожите. Предлагаю договориться полюбовно, вы мне что-нибудь дарите, а я от вас отстану, до поры до времени.

— Да вы милая не ребенок, а просто акула какая-то. Если вы станете воительницей, меня это ничуть не пугает. У эльфов много таких примеров. А вот мой меч, даже если бы вы попросили отдать его вам, я все равно бы не смог этого сделать. Я поклялся своим родом, что буду носить его, пока мой охладевший труп не выронит его из рук. Да и меч будет служить только полнородному выходцу из дома Элродов.

— Какие ужасы вы говорите Дейлон. Это, конечно, все интересно, но вы мне подарите что-нибудь или нет?

Луиза пронзительно посмотрела на Дейлона. Её черные глаза горели веселыми огоньками, из под длинных, пушистых ресниц. Они некоторое время смотрели друг на друга, но, не выдержав, рассмеялись.

— Хорошо, вот я дарю вам этот перстень. Он выкован эльфами и обладает магическим свойством. Чтобы получить его силу нужно всего лишь произнести магическое заклинание, и тогда к тебе на помощь придет дух моих земель. Ну, или, по крайней мере, так говорят. Сам я никогда не пользовался его силой. А слова эти звучат так: Элего саприка оне! Вот и все, коротко и ясно.

Девочка взяла в руки перстень. И внимательно рассмотрела его. Кольцо было сделано из серебра, с большим рубином посередине, и на вид было похоже на множество листьев, переплетающих яйцо дракона.

— Но оно, же очень большое, даже когда я вырасту, не на одном пальце его носить не смогу.

— Я знаю один способ, но он очень болезненный.

— И какой же? Отвечай скорей.

В глазах девочки загорелась надежда. И она начала кусать губу от нетерпения.

— Попроси своего брата, чтобы он наступил тебе на палец, после этого я думою он будет тебе мал.

— Так бы и сказал, нахал и пустозвон.

Луиза соскочила с колен и направилась к другим гостям. Она большее время общалась с взрослыми и этим очень гордилась. Так она чувствовала себя взрослее.

Да, как быстро растут дети, а какая речь, слова не ребенка, а светской дамы; ну и кокотка же из не вырастет, — подумал Дейлон. И только в этот момент понял, что еще не ел. После трапезы к Дейлону подошла графиня. Она отвела его в сторону, чтобы поговорить наедине. В зале играла легкая веселая музыка, бодрящая усталых гостей. Вокруг скакали шуты и жонглеры, показывавшие чудесные трюки.

— Надеюсь, вы не уедете, не поговорив со мной? Ведь вы мне как сын.

— Ну что вы, разве я могу так поступить, я так давно не видел вас, что изрядно соскучился. Уже почти два года прошло, а я в деталях помню последний приезд. Тогда был Луизин день рожденья. Все веселились, и не было ни каких проблем.

— Ты не прав Дейлон, проблемы были всегда. Просто перед новыми проблемами, старые забываются, и тебе кажется, что раньше было легче и лучше чем сейчас. Но это не так, жизнь разнообразна: то солнце, то тучи, но, в общем, все делается к лучшему, поверь мне. И не забывай тех, кто тебя любит. На своем пути ты встретишь еще много ложных друзей и любви, но не бросай тех, кто плачет по тебе. Пожалуй, я все сказала и даже больше. Будь счастлив мальчик мой, мне кажется, что мы с тобой больше не увидимся.

— Ну что вы, матушка, не можем мы не увидеться. Обратно я поеду через эти земли и обязательно загляну к вам. Я просто восхищаюсь вашей мудростью. Мне эльфу до вас еще далеко.

— Ты, безусловно, станешь намного мудрее меня. Просто я прожила больше лет, чем ты. Но ведь твоя жизнь вечна, и ты еще многое узнаешь до окончания веков. Ты был таким хорошим мальчиком, а стал прекрасным мужем. Немного жаль, но это закономерность.

Пока Дейлон разговаривал с Эмирой, Лео стоял неподалеку, и думал о предстоящих приключениях. Не знал он, что печаль скоро придет к нему в дом. Но в этот момент он был весел, и ни что не предвещало беды, кроме рыцарей ордена, покинувших замок на рассвете. Лео не любил ждать, он подскочил к матери, пожелал ей доброго утро, и потащил Дейлона к выходу, крича всем: прощайте, прощайте, мы с другом покидаем вас. Лео часто вел себя непристойно, и совсем не заботился о репутации, а может, и заботился, ведь репутация у него была боломута и смутьяна. Через некоторое время Дейлон собрался и начал по-настоящему прощаться с обитателями замка. Тяжелее всего было проститься с Элизабет, еще помнились, жгучие ласки прошлой ночи, и непременно хотелось продолжения. Лео взял с собой сотню лучших рыцарей, оставив в замке отряд в четыре десятка человек. Кавалькада выехала за ворота замка, надолго распрощавшись с чувством безопасности. Дейлон еще раз посмотрел на стены замка, и увидел меж зубцов фигуру одинокой женщины. Да, это была она, его Элизабет.