Ричард Кнаак - Легенда о Хуме

Кэз долго не отвечал, наконец сказал:

— Я знаю больше, чем мне следовало бы знать. Если вы сможете убедить их не трогать меня, я сделаю так, как вы говорите. Может быть, та помощь, которую я окажу вам, приблизит день, когда мой народ снова станет свободным.

— А сейчас вы должны отдать мне секиру. Минотавр огласил окрестности неистовым ревом:

— Но я не могу идти невооруженным! Это значило бы унизить меня! Мы, минотавры, так никогда не поступаем!

Хума вспылил:

— Вы не среди своих! Вы на нашей земле! Если вы будете вооружены, не останется ни малейшей надежды, что вас пощадят. Самое меньшее — вы снова окажетесь пленником. Но почти наверняка вас убьют.

Драконесса светящимися глазами взглянула на минотавра:

— Рыцарь совершенно прав. И вам надо бы послушаться его.

Кэз фыркнул, огрызаясь, перечислил имена шести или семи своих прославленных предков, но в конце концов согласился отдать Хуме оружие.

Серебристая драконесса расправила свои огромные крылья. Она была великолепна. Мощь и красота слились в ней воедино. Хуме приходилось видеть в Вингаардской Башне драконов на гобеленах и картинах. Они не шли ни в какое сравнение с этой величественной красавицей.

— Я летела к родственникам в северном Эрготе, когда заметила вас. Происходящее здесь, на земле, меня сильно заинтересовало, вот я и спустилась, — сказала она. — Мне не придется сильно изменять маршрут, если вы захотите, чтобы я доставила вас к рыцарям.

Мысль о полете на спине одного из легендарных драконов переполнила Хуму радостью. Он знал: некоторым рыцарям приходилось воевать верхом на драконах и разговаривать с ними, но сам Хума никогда прежде не удостаивался такой чести.

— Как мы сможем удержаться на вас?

— Если я полечу медленно — вы легко удержитесь с помощью рук и ног. Прежде на мне никто не летал, вы — первые. Садитесь на меня, и скоро вы будете среди своих.

Она опустила голову так, чтобы она была на уровне головы Хумы.

Он, Хума, полетит!

Магиус однажды сказал: желание совершить полет в облаках — это одна из главных причин, побудивших его вступить в орден магов. Хума сел верхом на длинную волнистую шею и не мог удержаться, чтобы не улыбнуться драконессе, смотревшей на него. Он чувствовал, что она прекрасно поняла его состояние. Слегка покраснев, Хума подал руку Кэзу. Минотавр уставился на протянутую руку и на спину дракона. И отрицательно затряс головой.

— Мой народ — земные существа и покорители морей. Мы не птицы.

— Это совершенно безопасно, — послышался голос драконессы, по-видимому обиженной словами минотавра, — даже ребенку не было бы страшно.

— Ребенок может быть глупым. Я — нет.

— Не бойся, Кэз.

Слова эти, как и предполагал Хума, больно укололи минотавра. Если простой человек может летать, значит может летать и минотавр. Разъяренно фыркнув, он забрался на дракона. Сел позади рыцаря, у самых плеч драконессы, и молчал, напрягшись. Только крепко сжимал шею дракона руками и ногами.

— Готовы?

Хума посмотрел назад, на Кэза, — тот глядел, ничего вокруг себя не видя.

— Я думаю, все обойдется наилучшим образом, — сказал Хума.

Его сердце колотилось, и сейчас он ощущал себя скорее малым ребенком, чем рыцарем Соламнии.

— Мы будем лететь высоко?

Серебристая драконесса засмеялась глубоким, гортанным смехом.

— Не так высоко, как вам хотелось бы, но, я думаю, вы не будете разочарованы.

Она кинула насмешливый взгляд на минотавра и замахала крыльями. Хума, восхищенный, смотрел, как земля проваливается вниз. За несколько секунд серебристая драконесса взмыла в небо. Рыцарь, чтобы защитить лицо от ветра, опустил забрало. Минотавр продолжал цепко держаться за шею драконессы, боясь за свою драгоценную жизнь. Когда драконесса перестала подниматься ввысь и полетела горизонтально над землей, Хума поднял забрало и наклонился ближе, насколько было возможно, к голове дракона.

— Это — восхитительно! — вырвалось у него.

— Если вы воспринимаете мир так же, как и я, — крикнула она в ответ, — вам следовало бы самому стать драконом.

Она не стала пояснять своих слов, и Хума не стал ни о чем спрашивать. Сейчас война, рыцарство, все дела и все недавние невзгоды исчезли для него.

Хума устроился поудобнее. Он наслаждался полетом.

Глава 4

Намечалась быстрая и сокрушительная военная операция. Владычица Тьмы, Королева Драконов Такхизис объединила детей, рабов, воинов, колдунов и магов в одну гигантскую армию и двинула эту армию вперед. Ее главными врагами были сейчас рыцари Соламнии. Такими же врагами в прежние времена были для нее эльфы. Теперь же эльфы утратили свое былое могущество. Они жили отъединившись от всего остального мира. Их можно было оставить без внимания, не принимать в расчет; надо было уничтожить рыцарей Соламнии.

В рыцарских орденах соблюдалась строгая дисциплина, они были прекрасно организованы — этого явно не хватало сторонникам Владычицы Тьмы. Рыцари посвятили свои жизни служению ее врагу — Паладайну.

Идея создания рыцарства приписывалась самому Паладайну. В давние времена Винас Соламн, военачальник Эргота, восставший против своего тирана-императора, ввел в армии присягу и стал требовать неукоснительного соблюдения устава. На острове Санкрист, расположенном вблизи западного побережья Ансалона, в небольшой рощице ему назначил встречу бог Паладайн. Вместе со своими сыновьями-близнецами — богами Кириолисом и Хаббакуком — Паладайн благословил Винаса Соламна на создание могущественной силы добра.

Хаббакук основал орден Короны, где высшим достоинством провозглашалась верность. Все рыцари, вступившие в этот орден, должны были учиться действовать сообща, помогать своим товарищам, быть верными присяге.

Кириолис, бог справедливой войны, создал орден Меча. В него могли вступить лишь рыцари, уже отличившиеся в ордене Короны. Благородство, честь — это считалось главными достоинствами в ордене Кириолиса. Никто не имел права браться за оружие в гневе или из зависти.

Наконец, орден Розы основал сам Паладайн. Это был уже элитный орден, объединявший рыцарей, беззаветно преданных делу Паладайна. Благоразумие и справедливость определяли все их поступки.

Великий Магистр, руководивший всем рыцарством, избирался из рядов самих рыцарей.

После смерти Винаса Соламна орден Розы стал королевским орденом. Рыцарями становились лишь те, кто принадлежал к дворянскому сословию, но в орден Розы могли вступить только рыцари «чистейшей» крови. Это условие никогда не нарушалось, хотя оно и противоречило намерениям Паладайна.