Анна Рыжая - Дневник реалистки - 3. Судьба

Все, хватит рыдать. Серхио и Софи правы, я должна жить дальше. Меня только что повысили, теперь я смогу удочерить Сашеньку. Пусть мне рано становиться мамой, но я люблю ее, и Марк был бы рад, если бы его дочка жила у меня. Боюсь только, с удочерением может возникнуть проблема. В Совете и так заинтересованы моей персоной, не думаю, что Старейшины так просто позволят человеку воспитывать маленькую вампиршу. Это будет скандал. Что ни говори, а большинство вампиров все же категорически против тесных контактов с людьми. Боюсь, что мне или сразу откажут, или поставят условие самой стать вампиром, а, может, и вообще убьют к чертям собачьим. И даже Серхио с Эмилем не смогут ничего сделать. Да…перспективы у меня одна краше другой. Сейчас неподходящее время, но об удочерении нужно думать скорее, мало ли что. Фактически, Саша теперь сирота. Как любила говорить несравненная Скарлет О`Хара, я подумаю об этом завтра.

Завтра, точнее уже сегодня, как и все дни со смерти Марка, наступало очень медленно. Дни не тянулись, они ползли. Зима никак не хотела сдавать позиции, и это в начале апреля. Но сегодня метели уже не было, а за окном я наблюдала капель и прохожих, аккуратно, чтоб не дай бог, не упасть, перешагивающих вмиг образовавшиеся лужи. Свое обручальное колечко я положила в шкатулку, продать рука не поднялась. Надо купить траурное платье и привести себя в порядок, наконец. На десять утра я записалась в салон на все сразу: стрижку, покраску, маникюр, педикюр, к косметологу, на визаж и в солярий. Потом надо купить платье. Сегодня хоронят Марка. Наверное, на кладбище сейчас полно народу. Его многие знали. Я вспомнила, как мы шли с ним по улицам Озерска-12, он тогда едва сдерживался, чтобы не поубивать весь город. А недавно мы гуляли по Питеру, нам было хорошо, мы были счастливы. Мы никогда не сможем это повторить. Кто бы знал…

Закончив салонные процедуры, я, посвежевшая и преображенная, отправилась на поиски траура. Я накупила достаточно много черных вещей, не все же время ходить в черном платье, черный спортивный костюм самое оно для дома. Выйдя из очередного магазина, я обнаружила, что уже стемнело. На часах было около восьми вечера. Хорошо хоть мне на метро не надо, благо, Серхио забрал мою машину из ремонта. И опять же, сказал поменять амортизаторы. Какие у этих вампиров все-таки чувствительные задницы. По дороге домой я думала о том, стоит ли мне теперь становиться одной из них. Я уже была почти согласна, ведь тогда нам с Марком было бы намного проще жить вместе. А теперь? Ради чего продлевать свое существование? Мне вполне хватит человеческих лет для того, чтобы вырастить Сашу до юношеского возраста. Я уж не думаю о личной жизни. Теперь на этом крест. Моя личная жизнь погибла в авиакатастрофе. Мои размышления прервал звонок мобильника.

— Да, — ответила я. Это был Серхио.

— Привет, красавица. Как день прошел?

— Кто тебе сказал, что я снова красавица? — улыбнулась я, — Я и вправду полдня провела в салоне.

— Ты всегда хорошо выглядишь. Помогло расслабиться?

— Да, чувствую себя лучше.

— Нам надо встретиться. А раз ты снова в форме, предлагаю ресторан на твой выбор.

— С удовольствием. Заедешь за мной часика через два?

— Конечно. До вечера, — ответил он и отключился.

Серхио отличался пунктуальностью. Вот что делает с людьми бизнес. Точность — вежливость королей. Серхио был, как всегда, безупречен. Так классика идет далеко не всем мужчинам. Но однозначно преображает каждого. Он стоял в дверях, опершись рукой на косяк и, осмотрев меня с ног до головы, заявил:

— Зачет. Поехали.

— Ах ты, нахал! — засмеялась я. Мы отправились в один из лучших ресторанов города.

Вот мы и на месте. Ненавязчивая музыка, приглушенный свет, мягкие кресла. Серхио выбрал столик за перегородкой, чтобы никто не мог нас видеть.

— Ну и к чему такая конспирация? — поинтересовалась я, просматривая меню.

— Тут спокойнее, — невозмутимо ответил он и подозвал официанта, — Бутылку красного полусладкого вина на ваш вкус и какой-нибудь салат из морепродуктов. Это все.

Официант ушел, а я, онемев, таращилась на наглого вампира.

— Вот скажи, ты вообще не заморачиваешься вопросами уважения чужого мнения? Да?

Он усмехнулся.

— Вот ты загнула. Тебе только лекции читать.

— Серхио, я вообще-то серьезно, — я продолжала отстаивать свои права, — А, может, я не люблю красное вино и морепродукты?

— Ты не любишь? — он удивленно приподнял бровь.

— Люблю, на твое счастье, — проворчала я, — И все равно, давай в следующий раз я все-таки сама выберу…

— Я не кормить тебя сюда привез, а поговорить, — перебил он.

Я оскорбилась окончательно и, подперев рукой голову, спросила:

— Так говори, я вся во внимании.

— Не язви…

— Не указывай.

— Как Марк тебя терпел? — прошипел он.

— Стиснув зубы. Во всех смыслах, кстати.

— Ладно. У нас проблема.

— Куда еще больше? — я скорчила жалобную гримасу.

— Иден объявилась. Знаешь, кто такая?

— Бывшая пассия Марка, по совместительству, непутевая мамаша Саши.

— Точно.

— Что эта проститень хочет?

— Забрать Сашу к себе.

— Как это? — я не поверила. В этот момент нам принесли заказ. Мы оба напряженно ждали ухода официанта. Наконец, он ушел.

— Говори уже, — я не сдержалась.

— Она имеет право, она — мать…

— Да какая она, на хрен, мать? — сорвалась я.

— Тише, — рыкнул Серхио, — Я согласен с тобой. Только по закону, по любому, и человеческому и нашему, она имеет право. Официально она не давала отказ от ребенка.

— Она просто ее бросила. Любой суд вынесет решение против нее…

— Марка нет, Алиса. В чью пользу выносить решение, кроме матери? Теперь у нее преимущественное право опеки.

— А Софи?

— Она лишь тетка, и то не близкая. Софи — кузина Марка, а не родная сестра.

— Этого я не знала, — вздохнула я и сделала несколько глотков вина. Серхио последовал моему примеру.

— Хорошее вино, надо его запомнить, — и он взял в руки бутылку и начал изучать этикетку.

— Серхио, не отвлекайся. Что мне-то теперь делать?

— А причем тут ты? — безучастно спросил он.

— Как это? — я опешила, — Я вообще-то собиралась стать Саше мамой.

— Теперь не станешь, — он сказал так, словно это ничего не значило. Внутри меня все опустилось. Я жутко разволновалась, сердце бешено заколотилось, душа металась по всему телу в поисках выхода.

— Тихо, тихо, успокойся, — заметил он, — Подумай сама, как ты будешь воспитывать вампира? Ты же толком ничего о нас не знаешь. Ты знаешь, сколько ограничений у нас в человеческом обществе?