Светлана Жданова - Хроники Валькирий

   По другую сторону поблескивало озеро, скорее всего, сильно иссушенное за время присутствия здесь схаалов. В другое время здесь могло быть красиво - бескрайние поля с темными пятнами зарослей и далекой полосой леса. Но сейчас, когда крестьяне не имели доступа к дальним хвойным зарослям, простой люд рубил всё, что могло гореть, заранее, только боясь будущих холодов. С другой стороны, барон не препятствовал им, запретами многого не добиться, лесорубы начнут ходить на заготовки по ночам, а как это, скорее всего, будут сильные здоровые мужчины... их потеря очень скоро отразится на всех. Хозяин этих земель любил прикидываться грубияном и простаком, но был весьма неглуп и всеми силами пытался не допустить не только потери земель, но и внутреннего бунта, который может вспыхнуть в такой напряженной обстановке.

   - Откуда обычно приходят оборотни?

   Арлан, стоящий всё это время рядом, вытянул руку, показывая довольно определенную точку, а не направление.

   - Там была деревня, - пояснил он. - Довольно крепкая, много новых домов. Какое-то время схаалы нападали небольшими группами по всей границе с Герином, хотя, я думаю, пришли всё же не оттуда. Проверив территорию и нашу реакцию, напали на деревню довольно большой стаей. Днем напали, пока большая часть жителей в полях была, видно не хотели свою территорию лишний раз кровью марать. Больше оттуда люди не приходили. Что стало со стариками, молодыми мамашами и детьми - можно только догадываться.

   Нюкта не стала поворачиваться. Ей не надо было смотреть в его лицо и не стоило слышать из половины рассказа и оттенков голоса, чтобы понять Арлана. До того как на этих землях появился Винсент, о том, чтобы заводить первого рыцаря, тут даже не думали, был он - Арлан из рода Тельман. Судя по тому как беспрекословно ему подчиняются все, от рыцарей до простого люда - не просто был. А значит - утрата деревни жжет клеймом невыполненного долга. Она знала этот тип людей. Упрямых и уверенных что всё что происходит вокруг - их дело.

   - Как далеко вас пускают к деревне?

   - По-разному. Мы и не пробовали отвоевывать ее назад - их разом стало слишком много, не было ни сил, ни даже желания.

   - Второе место?

   - Мы не смогли его нащупать. Но в округе еще три пустых деревни.

   Пока Нюкта вглядывалась во тьму, пытаясь различить меж теней движущиеся силуэты, светловолосый рассматривал ее саму. Уж что он там мог разглядеть в пляшущем свете факела, непонятно, но сказал следующее:

   - Если завтра с утра вы уедете, не убив больше ни одной твари - они могут пропустить.

   Сложив руки на груди, она развернулась к нему лицом, привычно смотря сверху вниз. Ветер перестал хлестать в лицо, вместо этого кидая на него длинные черные волосы.

   - Почему я должна уйти?

   - Это не шутки, Нюкта. Боюсь, даже барон не представляет, как на самом деле обстоят дела.

   - А ты - знаешь?

   - Я был там, - кивнул светловолосый на тьму, разлитую за пределами крепостной стены. - Эти звери дерутся, словно одержимые. Словно... Они дерутся, словно умрут, если не отведают твоей крови.

   - Они дерутся как схаалы, - кивнула она. - Их не зря считают опаснейшими из нечистых тварей.

   - Ты раньше встречалась с ними?

   - Так, нет, - на мгновение смутилась она. - С одиночками, сбившимися в группы. Или не одна. Но это не важно. Истребление - всегда истребление, вне зависимости кого.

   - Гийом был прав - упертая до слепоты.

   Нюкта посчитала, что упоминание ее друга, это уже слишком.

   - Я валькирия. И меня не волнует, что и кто обо мне думает.

   - Да? Тогда почему ты всегда оставляешь последнее слово за собой?

   Склонив голову к плечу, она вдруг расслабилась, и с полуулыбкой посмотрела на мужчину.

   - Я валькирия. Слабость у нас неприемлют.

   - Уйти - слабость?

   - Нет. Уйти - невозможно. Слабость - не прийти. Я здесь.

   Она провела рукой по внутренней стороне своего бедра, и под внимательным взглядом достала небольшой метательный нож, бег гарды и рукояти, лишь с красной лентой, продетой в ушко. Широко замахнувшись, она кинула его куда-то в темноту. И через вздох в ответ послышался визг ночной твари.

   - Теперь - поздно.

   Она сделала шаг вперед, мягко вставая рядом с Арланом. Он же, не ожидавший такого, видно попытался ее поймать, но вместо этого прочертил рукой по телу. Она приподняла бровь, наблюдая за лицом мужчины, чья ладонь в этот момент касалась ее волос.

   Проведя по основанию шеи валькирии, он сказал:

   - Как я и думал - холодная как клинок.

   Скинув с себя прогретый меховой плащ, Арлан одел его на плечи все так же наблюдавшей за ним валькирии. Этот гигант со светлыми волосами продолжал удивлять Нюкту своими словами, действиями и поведением.

   - Спасибо, - кивнула она.

   Какими бы сильными они не были, валькириям всегда нравилось чувствовать себя женщинами. К сожалению, мало кто из мужчин это полностью осознавал, особенно увидев однажды сестру смерти на поле боя. В то время как точный комплимент и правильное отношение могли сделать из них податливых и страстных любовниц. Скольких дев это уже погубило!

   И сейчас Нюкта почувствовала острый привкус опасности. Пьянящий, словно ей кинули вызов и в то же время... всегда есть риск проиграть, а она этого не хотела.

   - Я хотела бы завтра поехать вечером с вами. Надеюсь, никто не будет против моей компании, - посмотрела она на мужчину, когда они возвращались.

   - Разумеется, не будет. Ребятам будет любопытно посмотреть на тебя еще раз. И занеси ко мне меч, я его наточу.

   - Барон не будет против?

   - Нет, он вообще слабо разбирается в оружии, оно ему безразлично. А этот клинок тебе подходит.

   - Тоже холодный? - не удержалась Нюкта.

   Холодный клинок... Ледяная побелевшая кожа... высокая, прямая и несгибаемая под этим ветром. Живой металл в ножнах из кожи и шелка. Длинные ноги, сильные бедра, идеальной изогнутой линии спина... Клинок или женщина. Дышащее, чувствующее оружие.

   Он всю ночь и утро промучился этим виденьем. В нем не было ничего плотского, хотя там, в длинных коридорах хотелось сжать ее и согреть дыханием и собственным телом. Арлан знал цену оружию, знал его красоту и истинную принадлежность. И на стене он видел не женщину, а холодный, готовый обагриться клинок, сильный, стойкий, безупречно острый и опасный.

   Осмотрев имеющиеся заготовки, мужчина бережно провел по каждой из них рукой и наконец остановил свой выбор. Должен как раз прийтись.

   Теперь остался главный вопрос - где найти в замке красный шелк.