Валерий Елманов - Перстень Царя Соломона

– Получается, что там и вправду ничего нет. Странно,- заметил Валерка.- А почему у Кости кровь на голове? Да и одежда изодрана, будто черти когтями рвали. Там что, камни?

– Да нет там камней. Обычный земляной пол! – взвыл Андрюха.- Руки сунь и сам пощупай, если мне не веришь,

– Нет уж, спасибо,- усмехнулся Валерка.

– Да это тоже безопасно,- заверил Андрюха.- Вот смотри.

Он вновь залез в этот туман, но на этот раз вместе с головой, погрузил туда и руки, принявшись энергично хлопать ими по полу.

– Все чисто.- Угомонившись, он наконец вылез оттуда и торжествующе повернулся к нам с Валеркой.

– Ничего не понимаю,- пробормотал Валерка, осторожно отпустил мою голову и… тоже подался к дыре.

А туману, что там клубился, хоть бы что. Крутится себе помаленьку, водоворотики всякие создает, спиральки, но к нам не лезет – словно не пускает его что-то. Хотя и убавляться не думает. Словом, без малейших изменений. Разве что искорки появились. Маленькие такие, беленькие и поблескивают, как им и положено. Вначале-то я подумал, будто это у меня в глазах искрит, но тут подал голос Валерка.

– Ба-а, по-моему, внутри появилось электричество,- сказал он задумчиво.

– Откуда в пещере электричество? – фыркнул Андрюха.

– Подпольщики забыли выключить,- предположил Валерка.

– Какие подпольщики?! – вытаращил глаза Голочалов.

– Обыкновенные. Те, что в войну здесь сидели,- пояснил Валерка.

А по лицу его непонятно, то ли шутит, то ли и впрямь так считает. Серьезный такой, ни дать ни взять ученый-физик разглядывает неожиданный результат эксперимента, который в общем-то был пустяковым, но в итоге получилось нечто загадочное и необъяснимое.

Андрей, сколько я его помню, всегда был отчаюгой. Не изменился и до сих пор. Опять же хмель и плюс желание оправдаться, доказать, что он здесь ни при чем. Резко сунув руку в туман, Голочалов несколько секунд подержал ее там и уже раскрыл было рот сказать нам, что вот, мол, все с ним в порядке, но вместо этого, неловко выдернув ее оттуда, принялся молча разминать пальцы, а потом нехотя выдавил:

– И верно что-то типа электричества. Правда, ток слабенький, но в пальцах закололо чувствительно.

– А потому голову я тебе туда совать больше не советую,- хладнокровно заметил Валерка.- И вообще, если Костя сможет идти, лучше бы нам всем троим отсюда свалить, и подальше, потому что если эта штука начнет расползаться…

А договаривать не стал. И правильно. Во-первых, непонятно, что с нами будет, если этот туман и впрямь поползет вширь, а во-вторых, бывает, когда фантазии не ко времени, поскольку имеют гадкое обыкновение начинать сбываться, а у нас и без них души в пятки еще не ушли, но уже на старте. Можно сказать, изготовились.

– Опять же рану у Кости промыть надо, чтоб заражения не было, а чем? До источника, как я понимаю, мы все равно не доберемся, а вся водка у нас осталась там. Вот и нам надо бы туда же.

И это он хорошо сказал. Мудро. Теперь получается, что мы будем не драпать со всех ног, и даже не отступать, а вроде как уйдем по делу. Хотя, чего уж тут скрывать, на самом-то деле именно драпать, поскольку очень уж здесь неуютно. Смотрю, Андрей кивает, что, мол, согласен.

– И впрямь надо бы поспешить, а то мало ли какая зараза может попасть в кровь. Ты-то сам как? – спросил он меня.

– Вообще-то в порядке,- прикинул я, приподнимаясь на локтях и неторопливо вставая с земли.

И вот тут-то, когда я облокотился, чтобы встать, меня словно что-то кольнуло в ладонь. Нет, не электрическое. Даже слабый его разряд ни с чем иным не спутаешь. Иное. То, что было зажато в левом кулаке. Я даже похолодел, когда понял, что именно. Похолодел и… испугался. Не должно у меня этого быть, никак не должно. Все, что произошло, из разряда видений. Пускай прекрасных, цепко хватающих за душу и сулящих долгие воспоминания о несбывшейся в моей жизни сказке, но видений. И это тоже должно оставаться там, со всем прочим, в далеком далеке, а не в моем кулаке. Ишь ты, почти стихами заговорил. Хотя тут, пожалуй, не то что заговоришь…

Но я рассуждал дальше. Нельзя поймать галлюцинацию, обнять привидение, накрыть ладошкой солнечный зайчик, ухватить мираж. Или, выходит, можно? Что-то я совсем запутался. А может, у меня в руке совсем иное, а не то, что я думаю? Проверить-то легко – разожми кулак и все, но как же не хочется этого делать, кто бы знал. До слез обидно расставаться со сказкой, особенно когда она уже стоит на пороге, а ты ее, бедную, сам выталкиваешь. Только не будешь же все время держать руку сжатой в кулак. Рано или поздно все равно придется разжать, так что уж теперь…

И я разжал. Совсем ненамного, только чтобы заглянуть самому. Разжал и тут же вновь торопливо стиснул, чтоб не выпорхнула моя сказка, не улетела, как журавлик. И откуда после этого только силы взялись – вскочил на ноги, будто это не у меня, а у кого другого половина волос слиплись в крови.

– Тогда пошли,- произнес я бодро.- И впрямь, чего нам тут рассиживаться?

И, не дожидаясь согласия, пошел первым. Неважно, туда или нет. Если неправильно, Андрюха подскажет. Главное, побыстрее отсюда, чтобы никто у меня уже не отнял то, что в кулаке.

Про остальное рассказывать не буду. По сравнению с тем кусочком сказки, который я даже не рискнул сунуть в карман – вдруг исчезнет, все выглядело серо и обыденно, как дождливый октябрьский день. Ну дошли до остальных, промыли мне голову водкой, собрались да пошли к выходу. Послушно дожидавшийся водитель, едва увидев мою рану, тут же метнулся к аптечке, нашел йод, бинт, упаковав мою голову как Щорсу, только без кровавого следа на сырой траве.

Да и на даче у Андрюхиного корешка тоже все выглядело прозаично и тускло, словно весь этот мир в одночасье превратился в лампочку, которая светит вполнакала,- закуска пресная, водка безвкусная и так далее. А в довершение ко всему диван-кровать, который мне выделили на двоих с Валеркой, оказался таким жестким, что я сколько на нем ни ворочался, а заснуть так и не смог.

Хотя чего уж тут лукавить перед самим собой – боялся я заснуть, вот и все. Сейчас засплю свою сказку, и все исчезнет, растает, как утренняя дымка под трезвым и беспощадным дневным светом. Да с таким страхом, как у меня, и на пуховой перине не заснешь. Ведь это что же получается? Выходит, я и впрямь там побывал? И надо же как обидно – только-только встретил девушку своей мечты, как тут же с ней и расстался, причем с концами, навсегда. Брр, какое страшное слово. Нет, лучше скажем так – на время.

Значит, теперь моя задача – увидеться с ней. Это – номер один, она же самая трудная. Следующий этап – каким-то образом вытащить ее оттуда сюда. Эта задача номер два. Возможно, что невыполнимая, но, при условии что я останусь рядом с ней, ничего страшного в том, что я ее не решу. И вообще – рано об этом. Пока на очереди номер первый.