Татьяна Устименко - Принц для Сумасшедшей принцессы

Ознакомительный фрагмент

Четверо участников совета, собравшиеся сегодня в саду, безусловно, принадлежали к числу здравомыслящих практиков, умеющих четко отделять несбыточные мечты от имеющихся у них возможностей. Оставалось решить главный вопрос: достаточно ли будет наших совместных возможностей для успешной борьбы с угрожающей нам опасностью?

– Прочитай, девочка! – Саймонариэль достал из кармана своего просторного одеяния небольшую, изрядно потрепанную книгу и раскрыл на одной из страниц.

Я заинтересованно пробежала взглядом по скупым, лаконичным строчкам и испуганно вздрогнула.

– Но это же немыслимо, Саймон! – приглушенно выдавила я. – Неужели она осмелится повторить ошибки ушедших рас и опять поставить мир на край гибели?

– После смерти двух братьев и отступничества третьего, самого могущественного, Ринецея впала в отчаяние и решила поставить на кон все, – утомленно пояснил отец. – Ей удалось совершить невозможное: вместе с утерянными магическими трактатами она нашла и книги древних, описывающие страшное оружие, погубившее Землю и обратившее ее в мертвую пустыню! Она решила воссоздать атомное оружие…

– Да, ваше величество, все поняли верно, – сдержанно подтвердил Саймонариэль. – Увы, демоница окончательно выжила из ума, и грядущая катастрофа неотвратима.

– Она нашла месторождение урана? – Я воспользовалась знаниями, только что почерпнутыми из книги.

– Да, – повторил маг. – На северном побережье Антеи раскинулись земли, которые мы привыкли называть Дикими. Там обитают враждующие между собой племена полудиких троллей и находится устроенная Ринецеей шахта, где похищенные ею жители Поющего Острова принудительно ведут добычу «мертвой руды». Никто из рабов не выживет, ибо испускаемая ураном радиация медленно подтачивает их здоровье. И когда демоница наберет потребное количество руды, она сконструирует бомбы, способные повторно уничтожить жизнь на нашей планете…

Я задохнулась от негодования:

– Но демиурги – почему они не вмешаются?

Угрюмое, обточенное заботами лицо мага скривилось от отвращения:

– Я пытался связаться с творцами. Но они цинично ответили, что наш мир их раздражает. Дескать, мы вышли из-под контроля демиургов, не развлекли их скучающий разум и испортили затеянную ими игру. Они готовятся покинуть Землю и отныне предоставляют нас нашей участи!

– Это все моя вина! – покаянно вздохнула я. – Я, и никто другой, первой отказалась играть по установленным демиургами правилам! Я должна ответить за все и остановить Ринецею!

– Не казнись, дочка! – протестующе выкрикнул король Мор. – Уж лучше мы погибнем свободными, чем станем влачить жалкое существование безгласных слуг демоницы или, что еще хуже, игрушек демиургов!

– Не останавливай меня, отец, – взбунтовалась я, – пришло время исправлять допущенные мною ошибки. Не вмешивайтесь в мою войну, дайте мне возможность самой найти выход из ситуации, возникшей сугубо по моей вине!

– Одна? – Саймон запустил пальцы в свои длинные волосы и безумно расхохотался. – Ты собралась в одиночку бороться против полчищ демонов, умертвий и горгулий, возглавляемых Ринецеей! Ты надеешься в одиночку выстоять против демиургов? Достаточно ли у тебя для этого сил, девочка?

– А вот такая она у нас самодостаточная личность! – восхищенно вмешался молчавший до последнего мгновения Эткин. – Уж она-то точно достанет и всех окружающих, и саму себя!

– Не верю, это заявление больше смахивает на бред! – возмущенно выдохнул Саймонариэль. – Не позволю, слышите, запрещаю категорически. Вот скажите честно, на что способна беременная женщина? Ну если только сподобится разродиться не вовремя, причем в самом неподходящем для этого месте!

– Поэтому ты и не позвал меня на остров? – Я не сомневалась в ответе магистра.

– Да, тысячу раз да!

– Не согласен, – хитровато ухмыльнулся дракон. – Мужчины могут все, а женщины – все остальное! Дайте Ульрике шанс проявить себя, и заверяю: она непременно удивит нас всех.

Отец задумчиво потеребил край своей кружевной манжеты:

– Мы детально обсудим план спасения острова, взвесим все «за» и «против», объявим всеобщую мобилизацию и соберем армию. А потом, когда Ульрика родит, мы, возможно, – он интонацией подчеркнул это уклончивое слово, – возможно, позволим принцессе возглавить войско и выступить против Ринецеи…

– Мудрое решение! – облегченно вздохнул Саймонариэль, потирая ладони и одаривая меня снисходительным взглядом, опускающим мое дерзкое высочество до уровня бесправного ребенка. – Весьма мудрое!

– Чего? – взбешенно заорала я, хватаясь за рукоять Нурилона. – Вы вознамерились выжидать, прятаться и напрасно тянуть время? Фигушки, не выйдет по-вашему!

И действительно, все вышло совсем по-другому…

Небо над нашими головами внезапно потемнело, заполнившись десятками уродливых крылатых туш, размахивающих изогнутыми, будто ятаганы, когтями и щелкающих прожорливыми зубастыми челюстями. Впереди стаи летела особенно крупная горгулья, а на ее спине я, к своему огромному изумлению, увидела облаченную в доспехи стройную женскую фигуру, окутанную облаком распущенных черных волос. Бледное лицо красавицы напоминало, скорее, неживую маску фарфоровой куклы, чем кожу нормального человека.

– Это она! – во все горло завопила я. – Гоблин меня забери, это же Ринецея собственной персоной!

– Совсем баба обнаглела! – свирепо прошипел дракон, распахивая крылья и чуть ли не подпрыгивая на месте от нетерпения. – Ульрика, ты со мной? А то давненько я чего-то вонючей горгулятины не пробовал!

Потрясенный батюшка замер на месте, вцепившись побелевшими от негодования пальцами в край стола. Саймонариэль поспешно соединил руки в странном жесте, творя волшбу. С его раскрытой ладони сорвался огненный шар и с невероятной скоростью устремился к демонице. Ринецея оглушительно расхохоталась и начертала в воздухе сложную руну. Сгусток пламени свернул в сторону, зацепив соседнюю тварь. Раздался грохочущий взрыв, на землю посыпались ошметки обгорелой плоти.

– Отдайте мне принцессу, – кровожадно выла демоница, и мне казалось, будто в ее голос вплетается рев надвигающегося урагана. Горизонт быстро заволакивался сиреневыми тучами, разветвленные молнии ударяли в белокаменные стены дворца, оставляя на них безобразные рытвины и полосы сажи. – Я вырежу своего племянника из ее проклятого лона и воспитаю его настоящим принцем демонов. И тогда – я пощажу ваш красивенький остров…

– Боги, откуда она узнала про мое прибытие в Ширулшэн? – пораженно спросила я у Саймона, поспешно проверяя амуницию. Так, вроде бы все на месте, ведь артефакты я не снимала, а подарки Единорога и огарок белой свечки тетушки Чумы надежно спрятаны за пазухой.