Скотт Вестерфельд - Загробные миры

Ознакомительный фрагмент

– А сколько у нее авторов?

– Тридцать… – ответила Дарси. Во время написания своей заявки Дарси добросовестно погуглила всех в Интернете. – Нет, тридцать пять!

– Ого! – с ликованием отвернулась от окна Ниша. – Пятнадцать процентов – седьмая часть от ста, а тридцать пять поделить на семь – это пять. Значит, Мокси зарабатывает примерно в пять раз больше ее… скажем так, среднего автора.

– Пожалуй, – согласилась Дарси. Она не сомневалась, что Ниша все-таки кое-что упустила. – Многие писатели в основном зарабатывают только на хлеб с маслом. Но не надо рассказывать это предкам.

– Нема как рыба, – улыбнулась Ниша, – но забудь о писательстве. Когда я вырасту, стану агентом.

В соседней комнате раздался пронзительный крик, и Ниша вскочила на большой диван в гостиной.

– Что там?

– Расслабься, – сказала Дарси, вспоминая имейл от Макса, секретаря Мокси. – Лимонад проснулся. Это попугай.

– У твоего агента есть попугай?

Крик донесся из комнаты с открытой дверью, загроможденной гигантской кроватью, дуэтом дубовых стоячих вешалок с грудами одежды, а также птичьей клеткой размером с колонку автозаправки, на которую была наброшена ткань.

В отсутствие Мокси Лимонада обычно кормил Макс, но в следующие две недели этим будет заниматься Дарси. Она подошла к клетке и услышала шелест перьев.

Дарси потянулась и стащила ткань. Лазурная птица с желтыми и красными полосками в хвосте одарила ее косым взглядом.

– Привет, – поздоровалась Дарси.

– Хочешь крекер? – спросила с порога Ниша.

– Давай-ка попробуем без штампов. – Дарси не смутилась под птичьим взглядом.

– Ты говорящий?

– Птицы не говорят, – ответил Лимонад.

Ниша покачала головой.

– Ну и фигня.

– Не учи попугая моего агента ругаться.

– Два доллара.

– А, ладно, – Дарси повернулась и осмотрела комнаты. За полуоткрытой раздвижной дверью виднелась черная мраморная ванна, а вторая дверь оказалась закрыта. Дарси пересекла комнату, открыла ее и заглянула внутрь. – О боже! – вырвалось у Дарси.

– Что еще, Патель? – Ниша бросилась к сестре. – Тайники с порнушкой? Темница с авторами?

– Нет, но… – Дарси попыталась понять, куда она попала. – Думаю, это гардеробная.

Помещение было просторным, как родительская спальня. От стены к стене тянулись две перекладины, прогибавшиеся под весом платьев в полиэтиленовых чехлах и пиджаков с тонкой оберточной бумагой в рукавах. Прямо напротив двери располагались ряды ящиков со стеклянной передней стенкой, а внизу – хранилище, битком набитое обувью в уютных ячейках.

Дарси зашла в гардеробную, заглядывая в стеклянные оконца ящиков. В каждом лежало ровно по три аккуратно сложенных рубашки с белыми полукруглыми вставками из картона, которые придавали жесткость воротничкам.

– Ого! – раздался у двери голос Ниши.

– Взгляни-ка на ящики! – воскликнула Дарси, прислонившись так близко, что стекло запотело. – Можно рассмотреть содержимое еще до того, как ты их откроешь!

Она потянула за ручку, и рубашки выкатились с тихим шуршанием потайных колесиков. Когда Дарси надавила посильней, ящик плавно поехал обратно, притормозив на секунду перед закрытием, как будто его направляла невидимая рука.

Дарси снова открыла и закрыла ящик. В звуке послышался металлический шелест подшипников, словно крутились в воздухе колеса велосипеда, только щелчков было меньше.

Кстати, наименее динамичная часть первой главы ее книги рассказывала о шикарнейшей квартире отца Лиззи. Дарси состряпала ее на основе образов из каталогов и кинофильмов, но сейчас перед ее глазами предстал образчик из реальной жизни.

Как бы она описала гардеробную одним предложением?

– Редактировать будет забавно, – пробормотала она.

– А где ты повесишь одежду? – спросила Ниша. – Сдается, здесь все забито.

– Неважно, ведь я привезла несколько футболок.

– Серьезно, Патель?

– Именно так поступила мама, когда переехала в Штаты. Никакой одежды из Индии, кроме джинсов и футболок, ни единого сари. Сначала она хотела увидеть, что носят американцы, чтобы одеваться, как они.

Ниша закатила глаза.

– Проснись, Нью-Йорк не чужая страна! Плюс, если ты намерена выяснить здешние вкусы, включи телевизор. Он тебя не подведет.

– Там актеры, а я хочу выглядеть, как обычные люди, – ответила Дарси, хотя на самом деле она подразумевала писателей. В Нью-Йорке их – тьма-тьмущая. Насколько она могла судить, население Бруклина, по крайней мере, на десять процентов состояло из писателей. Конечно, если они грудились на одном пятачке, их можно легко вычислить – по манере разговаривать и по общему стилю одежды. А стоит ее агенту («моему агенту», – повторила она про себя и улыбнулась тому, что мысли не засчитываются в общий итог) познакомить Дарси с литераторами, она узнает, как надо выглядеть. А пока она не собирается расхаживать повсюду, как простенькая девчонка из Филадельфии.

Итак, да здравствуют джинсы и футболки, даже если ее план повергнет мать в ужас.

– Значит, тебе придется платить за квартиру, приобрести мебель и накупить тряпок. Отлично распоряжаешься деньгами, Патель.

– Разумеется, – Дарси повернулась к сестре. – А ты могла бы составить для меня бюджет? У тебя это здорово получается.

– Подлиза, – усмехнулась Ниша. – Двадцать долларов.

Из гостиной раздался стук в дверь.

– Впусти их сама. – Дарси выудила мобильник. – Я хочу записать кое-что о гардеробной.

– Ни за что, – Ниша выпроводила Дарси, вышла сама и быстро закрыла дверь. – Если родители увидят ворох дорогущей одежды, то поймут, на что ушли твои пятнадцать процентов. И папа захочет заниматься твоими контрактами отныне и вовеки.

– Точно, – кивнула Дарси.

Распахнув дверь квартиры, Ниша с собственническим видом простерла руку в направлении окон гостиной. Дарси доставили удовольствие ошарашенные лица родителей.

– Мой агент живет на небесах, – пробормотала она, слишком тихо, чтобы не попасть еще на один доллар.

Отец держал в руке чемодан Дарси, а мать несла кое-что другое… чехол для хранения одежды.

Дарси шагнула вперед, преградив ей путь.

– Стоп. Что за дела?

– Я решила, что тебе может понадобиться что-то еще помимо футболок, – поспешно и вымученно произнесла мать.

Дарси простонала, но мама продолжала:

– Право, Дарси! Лучше бы я не рассказывала тебе историю, как я приехала из Индии и мне было нечего носить. Все случилось не по моей воле. У нас не хватало денег на приличные вещи. И именно нарядное платье стало моей первой крупной покупкой. – Анника Патель разгладила тяжелый чехол. – Полагаю, оно тебе понравится.