Элдрич - Кери Лейк
Я замерла, услышав его слова. - Ты уже накладывал на меня заклинание сна?
- В ту ночь, когда я вытащил тебя из «Бонсгарда, - а ты не переставала задавать свои бесконечные вопросы.
Мне пришло в голову смутное воспоминание о том, как я чувствовала себя невероятно спокойно, сидя верхом на его лошади. Конечно, я не могла вспомнить ни одного события после этого. По крайней мере, до следующего утра. - Возможно ли, что Элоуэн наложила заклинание на Алейсею?
- Я не знаю ни одного заклинания, которое действовало бы несколько дней, но, полагаю, да.
- Есть ли способ его снять?
- Заклинания в какой-то момент снимаются сами по себе. Они являются более слабой формой магии, в основном используемой спиндингами. Возможно, и смертными тоже. - Он откинул прядь волос за мое ухо, и этот жест немного отвлек меня от мыслей, которые он вызвал.
- Но Элоуэн произвела изменение цвета моих глаз. Это продолжалось почти всю мою жизнь, до самой ее смерти, — сказала я, заставляя себя игнорировать его нежное поглаживание моих волос.
- Я уверен, что это была кровная связь. Сомневаюсь, что она прибегла бы к этому для заклинания сна.
- Почему?
- Слишком большой риск — связывать свою кровь с кем-то. Кроме того, кажется, ее смерть могла бы разорвать эту связь. Если только...
- Если только?
Он вздохнул и перевернулся на спину, подложив руку под голову. - Это была не ее кровь.
Его смена положения позволила мне ясно видеть комнату Алейсеи, и ее темнота вызвала у меня новый дрожь. - И если это была не ее кровь, то Алейсея останется в спячке, пока мы не выясним, к кому или к чему она привязана.
- По сути, да.
- Чтобы разорвать связь, нужно убить другого?
Он пожал плечами. - Не обязательно. Достаточно произнести заклинание, которое разорвет ее сон. Но на данный момент это все гипотезы. Если была использована кровная связь, то поиск того, к кому она привязана, будет похож на поиск одного конкретного листа в лесу.
Это может быть кто угодно или что угодно. Мы даже не знаем, находится ли она под действием заклинания. Учитывая, как было холодно, она могла просто впасть в кому.
- Значит, тызнаешь, что происходит, если смертные замерзают. - Я подперлась локтем и вздохнула, заметив ухмылку на его губах. - Тогда нам не остается ничего другого, как ждать.
Не удержавшись, он повернулся ко мне и провел рукой по впадине над моим бедром, сжав пальцами, словно я принадлежала ему, и притянув меня ближе к себе.
Я прижалась щекой к его груди, но что-то было не так, как вчера вечером. Несмотря на мучительный крик моего сердца, невыносимую тоску по нему, которая сжимала мне грудь, моя голова уже начала отдаляться. Я зажмурила глаза и обняла его еще крепче, отчаянно пытаясь задержать этот момент. Чтобы не дать своему разуму погрузиться в безнадежные мысли о будущем.
Все будет хорошо. В конце концов, все уладится. Так всегда бывает.
- Ты в порядке? — вопрос Зевандера прервал мои мысли. - Твои ногти пронзают мне грудь. - В его голосе слышалось веселье, и я ослабила хватку.
- Я должна быть счастлива, что нашла ее, но сейчас все кажется таким сложным.
- Мир не всегда справедлив. Он может что-то дать, но в обмен заберет у тебя.
- Мне кажется, он забрал гораздо больше, чем дал. - Я сжала челюсти и покачала головой. - Я не позволю ему снова что-то у меня забрать. Я хочу возобновить наши тренировки. Сколько бы мы здесь ни пробыли.
Я должна научиться защищать себя и свою сестру от этих существ.
- Да, ты должна. Но ты говоришь словно собираешься сражаться с ними в одиночку. - Он провел большим пальцем по моей щеке, в его глазах горела стальная решимость.
- Я не оставлю тебя. - Обхватив мою шею ладонью, он поцеловал меня в лоб. - Мы можем начать тренировки утром, если ты готова.
Я кивнула, проводя пальцами по ребрам его груди, и когда мой палец наткнулся на выпуклость, я нахмурилась, наклонившись вперед, чтобы лучше рассмотреть.
Странный символ, казалось, был выжжен на его коже, и при ближайшем рассмотрении я заметила еще более мелкие символы, напоминавшие бесконечные крошечные глифы.
Раньше я этого не замечала. Вероятно, потому что это было не совсем очевидно, так как символ сливался с его шрамами на коже. - Что это? — спросила я, осторожно проводя по нему пальцем. Странное тепло жгло под моим пальцем.
- Шрам, подарок Сейблфайра.
- Он тебя обожг?
- Он отметил меня. То, что ты трогаешь, считается корнем моего проклятия, — сказал он, и когда я отдернула руку, он схватил ее и усмехнулся. - Я столько раз пытался вырезать его из своей плоти.
Я прощупала неровные шрамы по внешним краям, которые, должно быть, были вырезаны ножом. - Это то, что связывает тебя с пламенем?
Он провел ладонью по моим костяшкам, затем поднял мою руку и поцеловал кончики моих пальцев, а потом снова прижал их к своей груди.
- По словам моего отца, Кадаврос бросил меня в пламя, когда я был еще младенцем. Он считал, что эта метка — единственная причина, по которой я выжил. Большинство людей не могут даже приблизиться к пламени на расстояние нескольких метров, не растворившись.
— Похоже, он был зол из-за этого знака.
— Кто тебя спас?
— Кадаврос.
— Ты сказал, что большинство растворяются в пламени. Есть ли кто-то, кроме тебя, кто может ему противостоять? Это напомнило мне о том, как меня похитил маг с кольцом, тот, который хотел принести меня в жертву. Он держал огонь в руке, прежде чем засунуть его мне в горло.
- Да. Есть несколько опытных магов, которые могут им манипулировать, но даже у них есть свои ограничения. Насколько я понимаю, Кадаврос получил ожог, прежде чем вытащить меня из пламени. Моя мать верила, что боги наказали его за ритуал. - Намек на веселье в его голосе говорил о том, что Зевандер в это не верил.
- Ты думаешь иначе.
- Богам плевать на нас. Они находят удовольствие в наших страданиях. Радуются нашей боли. - Он прижал свою ладонь к моей и обхватил мои пальцы, снова поцеловав их.
