Наталья Щерба - Чародольский князь (Ведьмин крест)

Ознакомительный фрагмент

Впрочем, для себя девушка решила прилежно учиться и запоминать как можно больше. Мало того, Каве стала входить во вкус – ей всё больше и больше нравилось быть ведьмой. Да и если бы госпожа Кара хотела причинить Каве зло, то давно бы это сделала. И Венец могла бы забрать без всяких препятствий. Вот почему девушка всё более привязывалась к старой леди, воспринимая ее в качестве хорошего друга и, конечно, наставницы.

В чародейную семью Лизард входило всего семь учеников: Патрик, Эрис, Астера, Иль, Гирен, Альфред и Каве.

Все они, кроме Эрис и Каве, приходились госпоже Каре родственниками, но не самыми близкими, потому что волшебница не имела детей. Так как в британском чародейском сообществе магия передавалась в основном в семейном кругу, госпоже Каре пришлось взять учеников из самых далеких родственных колен, потому что, как было предписано в БМВ – Британском Магистрате Волшебников, у каждого уважающего себя мага должно быть не менее семи учеников. Иначе волшебная семья не считалась полноправной.

Занятие протекали по строгому распорядку: у каждого ученика имелось свое расписание занятий. Руническое письмо, заклинания перемещений, теория параллельных миров, духология, иллюзион. Под конец недели, в пятницу или субботу, проводились совместные практические уроки: творение больших иллюзий, вызов природных стихий, оборотное искусство, зеркальные перемещения, даже ядознание. А иногда, когда у госпожи Кары случалось очень хорошее настроение, она устраивала пикник на природе, обычно перетекающий в многочасовую лекцию о каких-нибудь магических культурах.

Каве посещала весь курс вышеозначенных занятий, включая «Практику высших перемещений». На этих уроках учеников знакомили с теорией субастрала – тонким, иноматериальным миром, где обитали призраки, а разные магические предметы вроде браслета или клубка оживали и даже могли поговорить с пришедшими «по душам».

А вот на уроки по субастральной практике допускались всего трое: Патрик, Каве и Рик Стригой.

Последний считался самым загадочным жителем дома. Краем уха девушка слышала, что этот парень приходился дальним родственником госпоже Каре и раньше проживал в Румынии. Несмотря на то, что этот колдун находился в доме старой волшебницы уже три месяца, на обычных уроках его никогда не видели. Зато Рик всегда посещал занятия по субастралу, проводимые раз в неделю на крыше, на уютном пятачке, надежно скрытом от посторонних глаз. По периметру крыши располагались башенки с тонкими резными флюгерами, плотным кольцом окружавшие ее внутреннее пространство. Попасть сюда можно было только с помощью зеркала, заменявшего кусок стены одной из башен.

На сегодняшний урок Каве чуть запоздала.

Однако, с удивлением оглядевшись, девушка не увидела госпожи Кары. Ее терпеливо ждали всего лишь двое – Рик и Патрик: первый – с вежливым равнодушием, второй – с откровенной неприязнью.

Каве извинилась и торопливо уселась на свой коврик, предназначенный для проведения волшебных медитаций.

– Сегодня урок проведу я, – неожиданно сообщил Рик.

От девушки не укрылось, что угрюмое лицо Патрика скривилось еще больше.

– Госпожа Кара отсутствует, – продолжил Рик, не глядя на своих подопечных. – Ее вызвали на важное совещание в представительство ЕВРО… Ты что-то хочешь сказать, Пат?

Патрик, глядя исподлобья, медленно повел головой из стороны в сторону. Казалось, он еле сдерживался, чтобы не вскочить и не вцепиться в Рика. Каве тут же заинтересовалась: конечно, Патрик и раньше не скрывал плохого отношения к сероглазому румынскому колдуну, но сегодня что-то особенно угрюм. Может, они подрались? Жаль, у Патрика нет даже синяка… Зато хмурым выражением его лица, обрамленного противными мелкими кудрями, хотелось любоваться бесконечно долго.

– Перед тем как начать урок, – произнес Рик, – я хотел бы вернуть леди ее вещь.

С этими словами он протянул девушке знакомый кинжал в серебряных с золотом ножнах.

– Спасибо, – пробормотала та, не зная, как реагировать на столь неожиданный поворот событий. Теперь понятно, почему Патрик смотрит волком…

Каве быстро спрятала кинжал в складках своего широкого платья.

– Кое-кто должен извиниться, я полагаю?

Ледяной тон Рика не предвещал ничего хорошего. Патрик ссутулился. Каве молчала, с большим интересом следя за развитием событий. Рик терпеливо ждал, даже не глядя на парня.

Вскоре стало ясно, что урок не начнут без определенных действий со стороны Патрика.

– Извиняюсь, что в этот раз ошибся, – процедил тот с издевкой.

У девушки даже руки зачесались: вот хоть бы за горло его подержаться!

– Ничего страшного, – елейным голосом произнесла она. – В следующий раз, когда будешь копаться в чужих вещах, соблюдай большую осторожность.

– В таком случае, можем начать, – как ни в чем не бывало произнес Рик и уселся, скрестив по-турецки ноги, прямо на мягкий кровельный настил. – Как вы уже знаете, техника погружения в субастрал довольно проста. Давайте вспомним нужный знак – «суб». – Он сложил ладони вместе и по-особому перекрутил большие и указательные пальцы.

Патрик мгновенно повторил фигуру – все знали об его мечте побывать в тонком субастральном мире. Каве эта премудрость тоже была знакома: госпожа Кара еще давно рассказывала об ее значении, но не разрешала снова туда перемещаться. Да и сама Каве не горела желанием вновь очутиться среди призрачного тумана, полного чьих-то голосов и шепота вещей. Когда-то Алексей Вордак переместил Татьяну в субастрал по приказу своего отца, и она смогла услышать подсказку о втором, тайном дне своего сундука. В тайнике оказалось послание от госпожи Кары, благодаря которому девушка нашла легендарный Венец и даже уберегла его от карпатских правителей. Собственно, если выстроить длинную логическую цепочку, именно благодаря своему первому выходу в субастрал Каве все еще жива и сейчас находится в относительной безопасности. Можно даже сказать спасибо Алексею Вордаку…

– Насколько я знаю, некоторые из присутствующих здесь особ уже выходили на этот иноматериальный уровень и даже разговаривали с предметами. – Рик взглянул на девушку.

Что-то он подозрительно много знает о ней… Каве вернула колдуну пристальный взгляд. Впрочем, такого серьезного человека, как этот румын, вряд ли можно смутить игрой в гляделки.

Будто в ответ на ее мысли он усмехнулся и покачал головой. Девушка на всякий случай проверила мысленный водопад, защищающий ее мыслечувства. Нет, все в порядке. Первое, над чем Каве начала усердно работать, пребывая в невольной английской «ссылке», так это над защитой мыслей. Когда-то Вордаки – и старший Мстислав, и его сын Лешка – без зазрения совести читали ее мысли, пользуясь неопытностью девушки в этой сфере. Зато теперь она без труда может защититься с помощью надёжного мысленного водопада.