Желанная. Чужая невеста (СИ) - Ника Смелая

нас война. Официально. Не знаю, что там решат на сегодняшнем собрании диалов, но мне стало известно, что наши войска вернулись с победой, значит совсем скоро воцарится мир. Пока обстановка напряжённая, меня не стали бы отправлять туда. В данный момент все корунцы — наши враги.

— И это Вы мне рассказываете? Я же за них воевал. А вальхэйцы, значит, друзья? — он так сощурил глаза, будто у него с жителями этого царства давние счёты.

— Нет. Наши страны в нейтральных отношениях. Вот батюшка и решил навести мосты, так сказать, — тут я заметила, что вокруг стоит полная тишина, а все присутствующие внимательно слушают каждое моё слово.

“Вот же дурочка! — пожурила сама себя. — Чуть не выдала планы правителя целой толпе смертных.” Сразу стало так стыдно, что я закрыла лицо руками, пытаясь сообразить, как поступить.

— Ужинать не будете? — мой телохранитель поднялся из-за стола и кивнул на принесенную мне кашу. — Если закончили, то идёмте, провожу до комнаты.

“Он что? Проводит меня?” — я, не веря тому, что слышу, подняла на него глаза.

И до меня постепенно дошло, что Эйнар тоже заметил мою оплошность и решил помочь её исправить. Молча поднялась, мысленно попрощавшись с ароматной кашей, которую, правда, только сейчас заметила, и пошла обратно в выделенную мне комнату.

По лестнице почти бежала, так как диал шёл очень размашистым шагом. Дай ему волю, он бы через ступеней пять переступал за раз. Перед дверью моей комнаты остановился и я чуть было не впечаталась в его мощную спину.

— Вы ведёте себя неосмотрительно, Ника, — сказал Эйнар, не поворачиваясь. — Чему Вас только учили во дворце? Бегать по ночам к пленным целоваться?

Я покраснела, наверное, до самых корней волос. Он имел полное право высказать мне своё недовольство. В конце концов тогда ночью… это был мой первый поцелуй. Опыта в этом у меня никакого не имелось. Сама не знаю, почему так поступила. И вот теперь стою перед этим верзилой и хочу сквозь землю провалиться.

— Много чему учили, — неуверенно промямлила я, чувствуя себя нашкодившей ученицей, которую отчитывает умудрённый опытом педагог. — И вообще это был мой пер… Ой! — диал так резко развернулся и уставился на меня, что к стыду добавилось ещё и чувство страха.

— Проклятье, Ника, прекратите! — он смотрел на меня так, будто готов как минимум свернуть мне шею.

— П-прекратить что? — пискнула я, пытаясь угомонить сердечко, готовое выскочить из груди от страха.

— Бояться и чувствовать себя виноватой. Это опасно, — переведя дыхание, ответил мой телохранитель. Понял, наверное, что пугает меня его поведение, а не что-то другое.

— Но здесь же никого нет. Кого мне бояться? — не могла я взять в толк.

— Меня!

Сказано это было настолько серьёзным тоном, что усомниться я не посмела. Об Эйнаре я ничего не знала, поэтому судить о том опасен ли он не могла. Всё это время полагалась на заверения брата о том, что вреда пленник мне не причинит. Люций, конечно, прозорлив не по годам, но даже он может ошибаться.

— Нужно было сразу сказать, куда мы едем. Я не могу сопроводить Вас в Вальхэ, — уже спокойнее сообщил мне диал.

— Значит, отказываешься выполнять задание? — не верилось, но разве смогу я остановить такого верзилу, если он захочет уйти. Да его с трудом повязали две роты солдат, куда уж мне.

— Отказываюсь.

— Но как же так? Пожалуйста, не бросай меня. Отец и брат доверили мне нечто очень важное. Я должна справиться, — понимая, что это не поможет, я всё равно решила попросить его передумать, да так увлеклась, что в порыве отчаяния схватила Эйнара за руку.

Стоило мне его коснуться, как он странно и нестественно дёрнулся, ударил себя в грудную клетку, будто пытаясь сам из себя вышибить дух, и почти сразу рухнул к моим ногам.

— Ой-ой-ой! Что случилось? — я принялась ощупывать его, стараясь понять, бьётся ли у мужчины сердце или свои прикосновением я отправила его прямиком к Пресветлым. На моё счастье, он был жив, поэтому я перевела дыхание и стала судурожно соображать, стоит ли позвать на помощь или это будет выглядеть странно. Завалила собственного телохранителя одним касанием и не знаю, что с ним делать.

Вот только решить, как быть, я не успела. Лежавший пластом Эйнар открыл глаза и мне стало по-настоящему страшно. На меня смотрел совсем не тот диал, которого я успела уже чуточку узнать. Такого дикого, злого и тёмного взгляда я не видела ещё никогда.

— Продолжай, птичка. Чего застыла? — он схватил мою руку и шлёпнул её себе на грудь, а затем провёл ею по своей шее вверх, будто оглаживая. — Страшно? Молчи, я и так знаю.

А затем диал резко рванул меня за запястье так, что я буквально рухнула на него, и… поцеловал. Дорогие мои, начиная со следующей проды выкладка пойдёт по уже привычному многим расписанию: пн-ср-сб. Надеюсь, что вы и дальше будете поддерживать наших героев (и меня заодно) своими комментариями. Обнимаю всех крепко-крепко. Ваша Ника.

Глава 5

Эйнар (Нард) Дэвон

Голод! Постоянный голод и желание убивать стали неотъемлемой частью моей жизни. С самого моего появления в этом мире я только и делал, что искал, чем бы утолить жажду и заполнить пустоту в себе. Так случилось, что мой дар и сила стали моим проклятьем. Я преобразователь: забираю себе чужие эмоции и превращаю их во что-то другое. Больше всего мне нравится напитывать душу обидой, страхом и чувством вины. Из них легко извлечь пользу в бою, так как именно они дарят мне апатию и помогают не чувствовать боли.

Изначальная душа, конечно, была против того, чтобы тянуть эмоции из людей силой, но кто её спрашивал? В юности, пока мы привыкали друг к другу, я не позволял себе лишнего: забирал негатив у родных, радуясь, что хотя бы этим могу приносить им пользу. Хозяин тела же сделал упор на физические тренировки, чтобы развить мускулатуру и обучиться военному делу, которым так хорошо владел наш отец. Мы оба были довольны и, если бы не наша общая проблема, так бы и продолжалось, но Эйн стал всё больше управлять сознанием в одиночку и лишать меня инициативы. Ему не нравилось отнимать у родных их эмоции и видеть, как они при этом меняются. Постепенно той подпитки, которую можно было взять без принуждения, стало мало, мне хотелось большего, магия требовала применения и, о чудо! Случилась та самая трагедия в нашей жизни, после которой Эйнар покинул родной дом