Ведьмы в красном - Барб Хенди

оказалось, он просто не требовал её помощи до поры до времени, и как только потребовалось, не стал колебаться. Хуже того, несмотря на мастерство Яромира владения мечом, Селин и Амели подвергались опасности — и Антон это знал.

Селин не могла не почувствовать онемение. Всё было не так, как она думала.

Амели сердито сняла свою выцветшую синюю рубашку, Хельга отступила назад и осмотрела лавандовое шерстяное платье, которое надела Селин.

— Хорошо. Это хорошо. Дамы во время путешествия носят шерсть. Теперь, подойди и посмотри, что я упаковала для тебя.

Немного поколебавшись, Селин решила подчиниться, она не могла не смотреть на Хельгу с любовью. Хотя старушка официально считалась слугой здесь, в замке, Селин подозревала, что она была большим. Во-первых, все остальные относились к Яромиру с уважением и почтением — порой даже со страхом, — но Хельга, саркастически называя его " Его лейтенант-величество», имела склонность им командовать… и по какой-то причине он позволял ей это.

Более того, Хельга помогла Селин и Амели понять, кто они такие и откуда родом их мать: мондьялитко или «маленькие дети мира», путешествующие цыгане.

До прибытия в Сеон, Селин и Амели мало знали о своем происхождении.

Их отец был деревенским охотником в Шетане, однажды, он ушел на долгую охоту, которая длилась несколько недель, с которой вернулся с их матерью и женился на ней. Затем пара построила аптеку и завела маленькую семью. Когда Селин и Амели стали достаточно взрослыми, их мать научила их читать. Она передала Селин свои знания о травах и способах исцеления — но ничего не говорила о ее собственном прошлом.

Ни одна из сестер никогда не слышала термин «Туманный провал», прежде чем Хельга объяснила им, что они не только родились от матери мондьялитко, но и обладали особым даром под названием «Туманный провал», благодаря которому каждая из сестёр обладала особой силой. Как сестры Селин и Амели были двумя сторонами одной монеты: одна умела читать будущее, другая могла читать прошлое.

Это знание изменило их жизнь.

— Я упаковала по два шерстяных платьев для каждой, — говорила Хельга, — и официальное платье для вас обеих, если вдруг капитан Киган окажется одним из тех офицеров, которые любят развлекаться.

Амели оглянулась, ее лицо покраснело.

— Я думала, что мы будем в глубине леса.

Хельга задумчиво кивнула, заставив ее платок снова съехать на глаза.

— Да, но некоторые из капитанов, размещенных в глуши, настаивают на том, чтобы привезти свое вино и посуду, и пытаются делать вид, что они не в лесу. Его лейтенант-величество понятия не имеет, что вас ожидает, и сказал мне, чтобы вы были ко всему готовы.

— Спасибо, Хельга — сказала Селин. — Мы знаем, что вы пытаетесь помочь.

Хельга хмыкнула и вернулась к большим дорожным сумкам.

— У меня здесь есть чулки, смены чистого белья и щетки для волос. У вас есть зелья, которые вам нужно собрать?

Селин прикусила внутреннюю часть щеки при слове «зелья» и подошла к двери, чтобы достать большую коробку припасов, которую она привезла из магазина. Как и Яромир, она понятия не имела, на что они идут, и хотела быть готовой к любым непредвиденным обстоятельствам.

— Найдется место в повозке с провизией? — спросила она.

— Лейтенант освободит место, — ответила Хельга, поднимая коробку.

— Я едва могу двигаться в этом, — жаловалась Амели.

Взглянув на сестру, Селин увидела, что она пытается размахивать руками в зеленом платье.

— Ты привыкнешь к этому, — сказал Селин почти сердито. В самом деле… у них было бы меньше волнений, если бы Амели не заставили отказаться от ее штанов и надеть платье.

— Цвет подходит тебе, — сказала Хельга.

Действительно, оттенок лесной зелени гармонировал с бледной кожей Амели. Платье было простым, с длинными рукавами, с прямым вырезом. Юбка была не слишком пышной, хотя она казалась довольно длинной. Надеюсь, она не споткнется.

Пригнувшись, Амели засунула свой кинжал в ножны внутри сапога.

Хельга подняла пару ярких красных плащей, лежащих на кровати.

— Лучше наденьте это. — Она протянула один. — Принц Антон купил их в деревне сегодня утром. Я слышала, он заплатил целое состояние.

Селин в этом не сомневалась. Оба плаща были прекрасного качества, окрашенные богатым оттенком алого. Только принц мог позволить себе в любой момент купить две такие готовые вещи.

Амели протянула руку и коснулась его.

— Разве это не сделает нас похожими на придворных дам, просто играющих в целительниц?

Селин взяла плащ и надела его, оставив капюшон свободно лежать на плечах.

— Это не важно. Единственное, что имеет значение, это то, чтобы этот капитан Киган поверил, что мы придворные провидицы и целительницы Антона, направленные ему на помощь.

По иронии судьбы, они обе были придворными провидицами и умелыми целительницами, но никто в Рязани не мог знать, что они были крестьянами, которые еще несколько месяцев назад влачили жалкое существование в крошечной, грязной деревне под суровой властью жесткой руки Дамека. Им будет необходимо проявлять уважение, если они намереваются провести надлежащее расследование.

В ответ Амели тоже надевала свой плащ.

Повернувшись, Селин заглянула в высокое зеркало на подставке в углу. Рядом с ней стояла Амели, они предстали, как два респектабельных молодых целителя, готовых к путешествию.

— А как же твои волосы? — Спросила Амели.

— Если кто-то спросит, мы скажем им, что у меня была лихорадка, и пришлось отрезать их, скоро они отрастут обратно.

— Что ж, тогда мы готовы?

Селин не ответила. Все это происходило слишком быстро, она не чувствовала себя готовой.

* *

Незадолго до полудня Селин обнаружила себя во дворе замка, стоящую возле шумного собрания солдат и лошадей, тем временем, Яромир отдавал приказы по подготовке к отъезду. На нём была кольчуга поверх камзола герольда замка Сеон, с вложенным в ножны длинным мечом на левом бедре.

Амели наблюдала за тем, как их дорожные сумки уложили в повозку, но Селин, казалось, была не в состоянии говорить или двигаться. Часть ее все еще не могла поверить, что только вчера вечером она подошла к замку, с нетерпением ожидая участия в банкете.

Она чувствовала себя потерянной, как будто всё вышло из под контроля и её несет течением, вместо того, чтобы направляться своей дорогой.

— Ладно, — скомандовал Яромир. — Берем провизию и закрепляем.

Селин взглянула на мужчин,