По волчьему следу

Мы долго так лежали, наслаждаясь своим единением, и обретённой внутренней гармонией. Мысли лениво текли в голове, не давая грузу действительности ввалиться в наш маленький, и уютный мирок, всё этим испортив. Сейчас все истории про разногласия оборотня и его внутреннего зверя казались пустыми сказками. Как такое может быть? В голове не укладывается. Всё ведь так просто – довериться зверю, и он в ответ доверится тебе. Или это только у меня так?

Судя по всему, я – весьма специфический волкодлак. Да и волчица у меня необычная. Раньше, мечтая пройти инициацию и обрести своего зверя, я думала, что волчица у меня будет такая же, как и у всех – небольшая и серая. Единственное, на что я могла надеяться – это что в цвете её окраса будут преобладать более светлые пепельные тона. И всё! А по факту, вот оно как вышло. Здоровая, чёрная волчица. Альфа!

Медленно открыв глаза, я вынырнула из места обитания зверя, снова оказавшись сидящей на кровати. Что ж, теперь можно попробовать и перекинуться. Рык волчицы подтвердил её готовность поэкспериментировать. Я тоже была готова, правда, совсем не знала, как это делается. Нет, я не раз видела, как это делали волкодлаки в общине, используя кинжалы. Да и перекидывания вожака (чтоб он подавился костью и сдох в страшных муках!) и Артура тоже видела. У моего сапфирового волка это получалось легко и непринужденно. Но что он для этого делал? Что при этом чувствовал? Может, мысленно обращался напрямую к своему зверю, и он сам менял ипостась? При этом моём заключении волчица фыркнула, показывая то, что она так делать не будет. Или не может. Впрочем, не важно – смысл её фырканья от этого не меняется.

Может, я что-то упускаю из вида? Артур сказал, что у всех альф у внутреннего волка есть имя. Это что-то настолько сокровенное, что именем делились только с самыми близкими людьми, и то, не со всеми. В основном, когда альфа заводил себе пару, мог назвать ей имя зверя. А мог и не говорить – всё очень индивидуально.

Но мне он имя назвал. Сапфир. Его волка зовут – Сапфир. Почему именно так, он мне обещал рассказать после возвращения. Жаль, что к тому времени меня уже изгнали. И жаль, что за всё это время Артур так и не пришёл ко мне.

Нет! Нельзя назвать имя волка и просто забыть ту, которой настолько открылся! Здесь точно что-то не чисто! И если я права, и моему любимому вожак действительно стёр кусок памяти – нужно думать, как всё исправить. А для этого мне нужно научиться перекидываться.

Как назло, из всех возможных имён для моей внутренней волчицы, на ум сейчас пришли только «Звёздочка» и «Огонёк». Волчица, внимательно следя за ходом моих мыслей, уже не рычала, а просто демонстративно морщилась, закрывая лапами уши. Понятно – такие имена ей не по вкусу. Да и мне, если честно, тоже. Мысленно сойдясь с ней на том, что имя придумаем совместно чуть позже, я начала вспоминать свои вчерашние ощущения перед превращением. Голову тогда раскалывало на куски от острой боли, но это, как мне кажется, я разрушала блок, стоявший на памяти. Что же было после? Кажется, судорога скрутила всё тело, пройдя очень быстро – едва успев начаться. Может быть, это оно и есть?

Вызывание судорог в теле оказалось занятием весьма провальным. Не получалось ни-че-го! Я даже немного запыхалась, старательно напрягая всё тело, чтобы в конечном итоге сменить ипостась с человеческой на волчью, но в результате добилась только негодующего вздоха от волчицы. Что-то я определённо делаю не так. Осталась сущая мелочь – понять, что именно!

Оторвал меня от раздумий звонок в дверь. Та-а-ак, это что-то новенькое! За всё время, проведённое в изгнании под личностью Марии, друзей завести я так и не смогла, поэтому гостей не жду. Совсем. Более того, я, если честно, не припомню ни раза, чтобы в дверь моей квартиры вообще звонил кто-либо!

Накинув халат, я крадучись стала продвигаться в сторону прихожей, быстро прокручивая в уме варианты того, кто мог стоять по ту сторону двери. Вожак? Исключено! Он не мог узнать, что я всё вспомнила. Память вернулась ко мне ночью, а из квартиры я ещё не выходила, да и не говорила ни с кем. Нереально… Артур? Хотелось бы, но это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Может там кто-то из соседей? С волчицей мы знатный погром устроили, может неравнодушные жильцы решили узнать, а всё ли со мной в порядке? Или вызвали полицию ночью, а она приехала только сейчас?

Очередная трель звонка заставила меня нервно вздрогнуть. Охранники! Какая же я дура! К каждому сосланному из общины изгнаннику всегда приставляли одного или двух волков из стаи с целью слежки за ним. Как я могла забыть об этом?! И, конечно же, вожак приставил кого-то и ко мне! Но вот кого?! Перебрав в уме все сумевшие всплыть в памяти лица, которые я видела за последний год, меня накрыла новая волна паники. Прижав ладонь к губам, в жалкой попытке не застонать в голос, я закрыла глаза, старательно выравнивая сбившееся дыхание. За дверью, если я правильно сейчас рассуждаю, должен стоять один из парней, живущих в квартире напротив. Игорь, или Олег. Два брата, с которыми я в изгнании почти не знакома. Только здоровалась при встрече. Но вот до этого, ещё живя в общине, я прекрасно знала двух охранников, по которым вздыхало не меньшее количество девушек, чем по Артуру.

Это конец! Два матёрых волкодлака не могли не понять, что я вчера перекинулась. Слишком сильно я шумела – выла, скулила, рычала. Да и одного взгляда на квартиру будет достаточно, чтобы без сомнений утвердить – здесь вчера бесновался волк.