Олимпиец. Том III (СИ) - Осколков Артур

Я выпустил его ладонь из своей и, махнув напоследок рукой проклинающему меня на чем свет стоит царю, подошел к створкам Ворот. Они распахнулись сами собой.

Меня ждал Суд.

Глава 4. Справедливый Суд

Каменные створки с шумом захлопнулись за моей спиной. Десяток шагов по узкому коридору и вот оно. Здание Суда. Которое… выглядело как обычная офисная комната.

Приличная такая.

Помещение метров этак на тридцать, выкрашенные в белый цвет каменные стены и типичная деревянная мебель. Хотя отдам ей должное, эта самая мебель выглядела удивительно новой. Словно только что привезли из магазина.

— Проходите, молодой человек. Вам во-о-он туда, — поприветствовал меня судья и кивком указал на одинокую трибуну, находившуюся в центре комнаты.

Судей, кстати, было трое.

Юноша в светлом плаще и лицом ребенка с только-только проступившими усами. Мускулистый мужчина лет сорока со скучающей рожей и полупустым бокалам вина в руке. Ну и наконец седой старик в простом хитоне и сандалиях на ногах. От остальных его отличали длинные седые волосами, которые мужчина стягивал медным обручем на голове.

Старичок мало того, что уютно расположился прямо во главе стола, так еще и на небольшом возвышении. Сразу видно — большой начальник. Именно он и указал мне на трибуну, перед этим несколько секунд посверлив тяжелым взглядом из-под нахмуренных век.

Кроме судей за столом в углу рубились в карты трое призрачных охранников. Атлетично сложенные, в бронзовых древнегреческих кирасах и при оружии. Они не смотрели на меня, — как никак я тут не первый и точно и не последний посетитель. Да и вообще, казалось, что ребята поглощены исключительно игрой.

Но я нутром чуял, стоит мне сделать один неверный шаг, как они сразу пустят в ход мечи. Так что мне ничего не оставалось, как…

Спокойно пройти мимо судей прямо к выходу.

— Эй, малец! — поднялся из-за стола один из вояк и ухватил копье. — А ну ка иди обратно.

— Тут вроде все трупы, — хмыкнул я и присел на корточки, разглядывая дверь в поисках замка. — Второй раз человека не убить, ведь так?

— Так, — усмехнулся воин, подходя поближе. — Вот только это не значит, что мертвые не чувствуют боли. Ты же этого не хочешь, мальчик?

— Не-а.

— Вот и правильно, — кивнул вояка. — Тогда…

— Момент.

Я поднялся на ноги и задумчиво пнул дверь носком ботинка. Безрезультатно. Только палец отбил. А само дерево даже не вздрогнуло.

— Слушай, не подскажешь, как ее открыть, а? — повернулся я к охраннику. — Или может у тебя ключик завалялся, а?

Он удивленно застыл на месте, но после взрыва хохота товарищей за спиной резко покраснел и нахмурился. Сурово так. Недобро, даже.

Копье в его руке задрожало и наклонилось вперед, но в последний момент двухметровый вояка в полном боевом облачении решил все же не тыкать лезвием в шестнадцатилетнего.

Какой вежливый.

— Последний шанс, парень, — процедил он сквозь зубы. — Не вынуждай меня.

Мне даже захотелось посмотреть, что он планирует делать дальше, но тут вмешался старик. Главный из судей с кряхтением отодвинул резное кресло, вышел из-за стола и молча подошел ко мне вплотную.

— Царь Минос? — удивился охранник и отступил на шаг назад. — Что…

— Помолчи, — буркнул судья, внимательно рассматривая меня с ног до головы. — Ты живой, не так ли?

Я пожал плечами.

— Был, когда заходил.

Забавно, конечно. Подземное Царство устроено таким образом, что мертвые внутри выглядят абсолютно нормально. То есть ни порезов, ни ножа в шее, ни облысения. И при этом их облик таков, каким они себя представляют или помнят лучше всего.

Отдам отцу должное, вполне логичное решение. Сложно наслаждаться Элизиумом, если девяносто девять процентов его жителей — старики, не способные даже встать без чужой помощи. А у остальных либо головы нет, либо вообще тело лепешка после столкновения с автобусом.

Реальную картину мира видят лишь «смотрители». Боги Подземного Мира и их помощники, вроде того же Харона. Ну и я понятное дело, спасибо родословной. Или Символу, тут фиг поймешь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Наследник Аида, — склонил голову старик. — Рад вас видеть.

Я хмыкнул.

— Хотел бы сказать «взаимно», но не буду. Как-никак, я сюда не собирался.

— Насле…? — выдохнул вояка и посмотрел на меня со страхом в глазах. — Господин…

Я жестом велел ему замолчать и протянул вперед ладонь. Тот жеста явно не понял, вон как вылупился.

— Господин?

— Ключ, — спокойно пояснил я. — От двери.

— Боюсь, это невозможно, — вместо охранника почтительно ответил старик. — Врата Хаоса пропускают лишь тех, кому вынесен приговор.

Мои брови скакнули наверх.

— Да неужели? Не припомню, чтобы кто-то судил Геракла.

— Так то Геракл…, — хмыкнул сидевший за столом молодой вояка, за что тут же получил смачный подзатыльник. — Ай! Ты чего?!

— Прощу простить этого идиота, господин, — склонил голову его более опытного товарищ. — Всего пятьдесят лет на посту, еще не научился.

Ого. А он тут сколько? Лет пятьсот?

— Ладно, — я повернулся к старику — Так ты говорил…

— Врата Хаоса — одна из недавних реформ Владыки, — степенно пояснил судья в робе. — Теперь только боги способны пройти в Подземное Царство. Те, у кого есть разрешение, конечно.

Я слушал и медленно обалдевал.

Автоматические двери с системой пропуска? Печатная машинка у привратника? Честно говоря, теперь я удивлен, что Харон не перевозит души на гидроцикле. С ветерком, так сказать.

С другой стороны, это, конечно, вполне логично. Мертвых-то меньше не становится. Вот дорогому отцу и пришлось заняться… Как там сказал Пирифой? «Модернизацией».

— То есть мне не дверь не открыть? — задумчиво пробормотал я.

Царь Минос удрученно покачал головой.

— Под землей все равны. Все смертные, живые или мертвые, подлежат справедливому суду и лишь затем могут пройти через Врата. Таковы правила.

— Угу. Правила.

Символ на моей голове ярко вспыхнул смесью алого и оранжевого. Старик с руганью отшатнулся в сторону, а вояки зажмурили глаза. Я же коснулся дерева и холодно произнес:

— Именем Аида, откройся!

Дверь вздрогнула. Металлические петли скрипнули, протяжно заскрипели и… ничего не произошло. Только разве что дереве потемнело, словно его хорошенько измазали в саже.

— Никаких исключений, — с явным трудом сохранив почтительный тон пояснил старикан. — Силы богов не действуют на ВсеСоздателя.

— Однако, — я цокнул языком.

— Прошу, — Минос указал на деревянную трибуну. — Мы быстро закончим, обещаю.

Я бросил последний взгляд на упрямую дверь, пожал плечами и быстром шагом занял положенное место. Кивнул двум другим судьям.

Молодой парень махнул мне в ответ рукой, а сорокалетний мужчина вежливо поднял бокал в качестве приветствия.

— Эак, царь острова Эгина, — представил юношу старик, с достоинством занявший место посередине стола. — И мой брата, Радамант.

Тот кивнул и склонил голову.

Интересно, они так со всеми расшаркиваются? Да нет, вряд ли. Но все равно. Им бы таблички поставить или бейджики купить. Гораздо проще бы было.

— Я Минос, царь Крита, — закончил представление старик. — Начнем же.

Минос, Минос, Минос… Что-то я о нем такое слышал. В голове вертится, только вспомнить не могу.

Ах да, точно! Отец Ариадны, той самой, которая помогла Тесею. Стоп. То есть это старикан — царь, жена которого наставила ему рога — весьма буквально, кстати — с быком?

Хорошо, что не взял сюда Астерия, что я могу сказать. Что-то мне подсказывает, что этот судья весьма предвзято относится к минотаврам. И в Тартаре их гораздо больше, чем нужно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Совпадение, наверно.

— Итак, — скучающим голосом протянул Радамант. — Перед Судом предстал…

Он порылся в документах, которыми весь стол был буквально забит. С трудом выудил из завала толстенную папку и с грохотом ее открыл.

— Перед судом предстал… Адриан Лекс.