Ксения Лазорева - Сердце Хаоса

- Кальвин... - голос Мизара прервал его.

В недоумении он взглянул на брата.

- Кажется, принц Риокии имеет свое мнение на этот счет.

- Да? - он взглянул на Ренье. Действительно, его лоб пересекала глубокая складка. Было видно, что принцу тяжело произнести следующие слова.

- Ваше величество, - он обратился к Кальвину. - Хотя мы и признали тебя как нового короля и согласились встретиться с делегацией из Ксанады, все же, прежде, чем что-либо обсуждать, я и все мы хотели бы убедиться, действительно ли наши цели совпадают.

- А, да, насчет этого, - Кальвин перевел взгляд на Мизара, - наши цели остаются неизменными, верно? Остановить Приору и Криса, и, конечно, вернуть вас, Ренье, в Риокию.

- Это так, - кивнул Ренье. - Но что насчет вас, господин Фон Грассе?

Некоторое время тот молчал, а затем на его губах появился призрак улыбки. 'Плохой знак', - подумал Кальвин. После него жди неприятностей. Однако брат лишь молча склонил голову, глядя на так и не тронутые блюда перед собой. А затем его пальцы скользнули к ленточке, что было куда худшим знаком.

- В основе любого соглашения лежит сделка. А сделка - это либо взаимовыгодный обмен, либо выгода лишь для одной стороны. Здесь все зависит от условий.

- Мерзавец, вы на что намекаете? - один из офицеров Ренье вскочил с места.

- Сядь, Рулл, - принц попытался успокоить того. - Кажется, господин Фон Грассе вовсе не это имел в виду.

Нехотя офицер вновь опустился на свое место.

- Итак, что мы имеем, - продолжил Мизар, будто ничего и не случилось. - У нас есть Приора с ее многотысячной армией, есть нечеловеческие силы, которые стоят за шахматной партией Севера, есть линейная магия и то, что способно полностью нейтрализовать магию Юга. С другой стороны... кстати, вы согласны с этим? - Мизар обратился к Ренье, и тот неуверенно кивнул.

-Хорошее начало. Итак, с другой стороны, я представляю здесь Ксанаду от лица ее короля. У нас есть двухсотпятитысячная армия, пятьдесят тысяч единиц дальнобойного оружия и моя сила Хаоса. А теперь ваши активы. У вас есть пара десятков тысяч людей, вооруженных мечами, плюс еще столько же женщин и детей, принц без королевства и вера в победу. По моим прикидкам, - Мизар опустил руку и прямо взглянул на Ренье, - у вас нет ничего, что можно предложить для взаимовыгодной и равнозначной сделки. Для Приоры вы - как сорняк у дороги.

- Немыслимое оскорбление!

- Как мы можем допустить такое обращение с нашим принцем! - на сей раз уже все офицеры были готовы тотчас же наброситься на Мизара. Губы Ренье плотно сжались. А Кальвин схватился за голову. 'Ну зачем ты специально провоцируешь их?' Однако, к всеобщему удивления, ответил все же Ренье. Подняв руку, он произнес:

- Хотя мне и неприятно признавать это, но ваши слова... правда.

- Но ваше высочество... - растерянность на лицах офицеров выглядела бы забавно при иных обстоятельствах.

- Правда, - повторил Ренье.

- Рад, что вы согласны с моими подсчетами, - Мизар кивнул с легким удивлением. - В иных условиях я даже не стал бы рассматривать эту сделку. Но к счастью, у вас есть две вещи, которые меня интересуют. Первое - гильдия и ее знания. С ее помощью и технологией с нашей стороны мы могли бы создать оружие, не использующее магию и способное противостоять Приоре. И второе, - в этот момент Кальвин обнаружил, что брат смотрит точно на него. - Мой дорогой младший брат попросил меня быть с вами почтительным и понимающим.

- Твой ... то есть... я хотел сказать, ваш брат, ваше величество?! - воскликнул Ренье. Остальные офицеры выглядели не менее ошеломленными. В душе Кальвина нарастало сильнейшее желание придушить Мизара.

- Э... давайте обсудим это позже. Обещаю, я все расскажу вам, - он поднял ладони, пытаясь сгладить ситуацию. Но в этот момент двери распахнулись с грохотом, от которого затряслись стены. Все присутствующие замерли при виде 'демона', появившегося на пороге. Этим демоном оказалась золотоволосая красавица. В руке у нее был здоровенный меч. 'Господи! Это-то у нее откуда?!' Взгляд девушки не был ни яростным, ни полным негодования, в нем вообще не отражалось ничего, кроме него самого.

Полностью игнорируя окружающих, она произнесла ледяным тоном, который сделал бы честь и самому Мизару:

- Кальвин Рейвен.

- Э... да? - чтобы что-то ответить, отозвался он, медленно поднимая ладони в положение 'полная капитуляция'.

- Согласно статье 23 Кодекса Эдо, ты приговариваешься к смерти от этого меча.

- Статья 23? - похоже, этот Кодекс менял свою толщину по желанию Гвен.

Девушка сделала шаг вперед, и Кальвин загородился.

- Хотя бы скажи, что там говорится?

- 'Смерть предателю и лжецу', - процитировала она.

Стол с едой был рассечен точно на две половины, осколки, щепки и кусочки чего-то вкусного разлетелись в разные стороны. Ровно в тот момент Кальвин понял, что здесь говориться о нем.

- Гвен... послушай, сейчас не самый подходящий...

Меч был занесен вновь и начал опускаться, целя точно в его голову.

- О, она не шутит! - с приличной прытью он сумел отпрыгнуть назад.

Меч вонзился в деревянный настил пола, словно то была глина.

- Гвен, ты же видишь...

Удар! И еще один стол перестал существовать вместе со всем своим содержимым.

Офицеры повскакали с мест.

- Договор... - Кальвин продолжал метаться по комнате, а путь за ним зачищал меч-убийца.

Горестное выражение на лице Ренье, ужас в глазах Вельки, смех Тенио, равнодушие Мизара, но Кальвин точно решил, что запомнит его улыбку исподтишка. Брат - единственный, кто не сдвинулся с места. Удивительно, но меч пощадил его столик. Кальвин мог лишь молиться, чтобы так и оставалось. Он точно убьет ее, если что-то случится.

- Гвен, договор с Ксанадой будет....

Удар! Удар!

- ...он очень важен.

Удар, удар, удар!

Наконец бежать было больше некуда

Жмущиеся по стенам люди и одинокая фигура сидящего Мизара, отхлебнувшего чай из своей чашки. Нет, сейчас этот гад действительно улыбается. В этот момент нога Кальвина запнулась о подушку, и он растянулся на полу.

-ОХХ! - оправдываться больше не было возможности, так как нога Гвен сдавила ему грудь. Меч был приставлен к его горлу.

- Последнее слово предателя?

- А можно я напишу завещание и оставлю тебе заботу о королевстве?

- Не пойдет, но я выслушала тебя. А теперь умри достойно. - Меч начал опускаться. Кальвин зажмурился.

- Ты нарушаешь Кодекс Эдо в моем доме?

Все замерло.

Кальвин рискнул приоткрыть один глаз и оценить обстановку.

Мэй Као! Старичок сидел на своем любимом месте, поглаживая окладистую бороду. В другой руке его была невесть каким чудом оказавшаяся там чашка чая. И когда он успел?!