Елена Умнова - Крепость Хаоса

— Увидимся, подруга, — Алекса вернулась, обняла вампиршу и на ухо ей прошептала. — Ванду передавай привет.

— До свиданья, Джо, — попрощался Дар.

— Удачи вам, — тяжело вздохнула Джо.

— Спасибо, — как можно более непринужденно улыбнулась Алекса и повернулась к Дару. — Иди сюда. Лететь с тобой я могу, но держаться будешь сам, либо мне нужно будет тебя зачаровать.

— Я могу держаться.

— Отлично, — кивнула девушка. — Держись, сейчас мы переместимся повыше, чтобы я могла расправить крылья, а дальше полетим.

— Хорошо, — Дар притянул Алексу к себе и обхватил за талию.

— Свет Сильмэли!

Сила привычно пришла по зову и заискрилась тысячами голубых искр, в которых исчезли волшебница и вампир, чтобы в следующее мгновенье появиться на десять метров выше. Крылья привычно пружинили о воздух и сделали первый взмах. Высота непрерывно росла, как и скорость.

— Ты так же перемещаешься между мирами, как сейчас?

— Почти. Тут просто перемещение, а чтобы попасть в другой мир, надо переместиться за пределы этого в междумирье, Фандассе. Но принцип такой же.

— Странное ощущение, будто… будто…

— Будто растворяешься в свете.

— Да…

— Это эльфийская магия. Такое же ощущение в Фандассе. Туда уходят эльфы.

— В Фандассе?

— Да. Эльфийские души бессмертны, они лишь переходят в Фандассе, но не исчезают и не покидают пределов мирового пространства.

— А другие покидают?

— Если их тут нет, выходит, покидают.

— Но куда? Ничего же больше нет.

— Кто знает?

Скоро столица Вирэны осталась далеко позади.

— Ты так быстро летаешь? — поразился Дар.

— Это еще медленно, с пассажиром, — ответила Алекса, постоянно удерживая образ ориентира, посланного ей дедушкой, а внизу проносились леса и деревеньки. — К вечеру будем у лесного водопада.

Все дорогу Алекса размышляла над планами Ринтэля и способами справиться с ним. Дар слушал ее мысли и изредка что-то говорил за или против. Алекса не препятствовала, делая все более безнадежные выводы. Беда приближалась медленно, но неуклонно. Хватит ли простой силы предсказания? Эльфы не всесильны, вампиры смертны, а Ринтэль — маг, которого нельзя убить в идеальной крепости, пусть и не такой могущественной, как прежде. В давние времена силы, брошенные на борьбу с ней, были больше, а теперь… Что же делать?..

Солнце плавно опускалось за горизонт, Алекса поняла, что цель совсем близко. Прикрыв глаза, она ощущала дедушку и сестру. Они все были там, у лесного водопада.

— Прилетели, — сказала волшебница и стала снижаться. Найдя просвет между деревьев, Алекса сложила крылья и переместилась прямо на траву. — Наша остановка.

Дар слегка пошатнулся, потеряв ориентацию из-за перемещения.

— Ничего, привыкнешь, — обнадежила его Алекса.

— Не уверен, — Дар тряхнул головой. — Как ты так перемещаешься? Все мысли разом выбивает из головы.

— Ненадолго, потом все приходит в норму. Да и такой способ лучше жесткой посадки.

— Жесткой?

— Не могу я с пассажиром просто приземлиться, а когда одна, то приземляюсь весьма специфически. Как-нибудь покажу. Пошли.

Через четверть часа Алекса вывела Дара на небольшую круглую поляну у утопающего в зелени водопада. В ее центре стоял сам правитель эльфов Дриадриндэ.

— Алекзандра, Диадрэ Риу, — тепло позвал он, увидев девушку. Та в свою очередь ощутила размеренный поток эмоций. Радость от встречи, переживания, печаль. Не задумываясь, она послала в ответ ободрение и надежду на лучшее. — Твоя сила растет, девочка моя.

— Сила? — растерялась Алекса.

— Эмпатия. Ты теперь ощущаешь потоки эмоций, а не разрозненные импульсы. Так общаются существа, наделенные эмпатией, — пояснил правитель.

Алекса прислушалась к себе. Действительно что-то изменилось. Эмоции перестали напомнить ворох подписанных ниточек, они стали сплетаться в канаты, крепко связывая ее с хозяином эмоций.

— Рад приветствовать тебя, Диадрэ Риу. Скорбные вести привели нас всех сюда. Будущее безрадостно, — правитель обратился к повелителю вампиров.

— Да, более чем. Нужно не допустить его воплощения.

— Пойдемте, — кивнул Дриадриндэ и пошел прямо к водопаду по каменной дорожке через озерцо. Алекса двинулась следом и пропустила момент, когда ее дедушка исчез в струях воды. На мгновенье застыв на месте, волшебница шагнула следом и оказалась в естественной беседке, устланной сухими листьями. Прямо на них под крышей из сплетенных веток сидели эльфы. Все они были чем-то заняты. Алекса ощутила приветственные волны от каждого и неожиданно поняла, почему у эльфов такой странный церемониал: ни хвалебных речей, ни приказов, ничего, что помогло бы выразить обожание и верность своим владыкам. Им это не нужно, им достаточно просто чувствовать это, и эмоции сами заявят о себе лучше всяких слов, а те, кто может слышать, услышит. Алекса поздоровалась в той же манере, заслужила одобрительной волны от Мирамэ и поспешила к ней.

— Что такое? — тихо спросила она.

— Мы смотрим, — ответила эльфийка. — Смотрим в будущее. Мы должны найти, что необходимо сделать.

— Жаль, я не смогу помочь.

— Почему? Сможешь.

— Я не вижу будущее, только настоящее или прошлое.

— И не надо. Хватило бы одного эльфа с даром просветления, нас же тут двое, и ты, третья, видящая. Мы ищем выход, здесь нужны мысли, а не дар, а мы уж посмотрим, к чему они приведут.

Алекса, наконец, поняла, что они делают. Они в прямом смысле ищут выход. Они размышляют о сложившейся ситуации, предлагают выходы, варианты действий, только спорить и доказывать ничего не надо. Даже самая бредовая идея, отголосок мысли будет рассмотрен. Будущее проносится пред взорами мыслителей, показывая, правы или они.

— Садись, — Мирамэ пригласила Алексу присесть рядом с собой, та, не раздумывая, села. С другой стороны от нее сел Дар, который закончил разговор с правителем эльфов. — Закрой глаза, и ты увидишь чужие идеи и их будущее. Как только у тебя появится своя, ты увидишь ее будущее.

Алекса так и сделала, и тут же увидела окровавленные тела на какой-то равнине. Глаза резко распахнулись сами собой.

«Просто возможное будущее от чьей-то идеи», — уговаривала она себя. — «Просто будущее. Придумай свое, и увидишь, что будет».

Девушка глубоко вздохнула и снова сомкнула веки. Ужасная картина вернулась немедленно, только пейзаж сменился. Вскоре она пропала, и появился белый туман, потом он снова сменился изуродованным телом, мигнул, и перед внутренним взором разлился алый закат. Тут Алекса почувствовала, что в общее сознание влился дедушка, картины сразу потеряли остроту, но обнадеживающими не стали.