Дэвид Фарланд - Рожденная чародейкой

Вся в дыму и пламени, она вскинула посох, и тут с трех сторон на нее ринулись конные рыцари.

Один вонзил ей в бок копье, она с яростным шипением развернулась к нему. Но следом из огня выбежали еще колдуньи, окутанные смертоносным дымом своих чар.

– Они выходят из-под земли! – прокричал Биннесман.

Теперь и Аверан это разглядела. Опустошители, судя по всему, сделали подкоп, собираясь напасть на людей. А Габорн его обнаружил. Потому и устроил пожар, чтобы выкурить их из-под земли дымом.

Чудовища выбирались из провала сразу за стеной огня и попадали прямехонько в руки рыцарей Габорна.

Биннесман покрепче прижал к себе Аверан и пришпорил скакуна.

Когда они подъехали ближе, девочка обнаружила, что в сражении принимают участие не все воины. Сотни их возились с кострами на берегу ручья, поджаривая на них большие куски мяса.

И по ужасу, который ее охватил, Аверан догадалась, что они делают – отрезают у мертвых опустошителей задние щупальца и держат над огнем.

В ноздри ей ударил густой запах чеснока, запах, который отдавался в ее разуме воплем: «Берегись! Смерть! Смерть!»

Она оглянулась на Манганскую скалу. Стена огня, быстро продвинувшаяся на восток, уже лизала ее основание. Вспыхнули сваленные там деревья и сухие листья, и столб пламени поднялся вдоль обрыва на три сотни ярдов.

Только теперь девочка поняла, что задумал Габорн: опустошителей охватила паника.

Вся орда бросилась спасаться со скалы бегством.

Они хлынули с вершины потоком, перебираясь на утесы пониже, норовя спуститься с южной стороны.

Задние напирали на передних, сталкивая их со скал. Падая, черные чудовища раскорячивались и молотили в воздухе лапами, напоминая крабов.

На лету они задевали своих сородичей, успевших спуститься ниже, и сталкивали их тоже. Под мощными когтями крошился и обламывался камень. Панцири упавших трескались при ударе о скалы внизу. Чудовища только размахивали сломанными лапами, не в силах бежать дальше.

Ударил второй подземный толчок, и Аверан подумала, не обрел ли Габорн заново свои силы. Может, это он вызвал землетрясение?

Обрушился целый эскарп крепости на скале, и с него слетели вниз сразу тысячи две опустошителей. Оказавшиеся внизу были раздавлены, уцелевшие обратились в бегство прямо по телам сородичей. У восточного склона вновь взвился в небо столб пламени, заклубился дым.

И все это время Аверан «слышала» предсмертные вопли чудовищ. Запах горящих сенсоров почти лишил ее возможности соображать.

Биннесман подскакал к Габорну, сидевшему на коне. В глазах короля отражалось пламя пожара. Конь под ним нервно перебирал ногами.

– Отлично, правда? – прокричал Габорн чародею. – Опустошители пытались нас обмануть, как и сказала Аверан. Руну Опустошения они построить не могли. Надеялись только, что мы застрянем здесь, стараясь выбить их со скалы. Как только я это понял и сообразил про огонь, сделать все остальное было легко. Ни один человек не погибнет! Знание! – выкрикнул он. – Знание лучше любого боевого молота!

Опустошители все бежали со скалы. Многие уже сами прыгали вниз, не тратя время на спуск, но только ломали в результате ноги.

Из подкопа выскочили еще несколько огненных колдуний и носители клинка – последние.

Оружие, в котором нуждался Габорн, чтобы прогнать опустошителей, ему дала Аверан. Девочку охватил страх. Такой массовой бойни она не ожидала.

На юге равнины возник и начал усиливаться звук, подобный громыханию грома. Уцелевшие чудовища спешно строились в колонны и отступали. От топота их дрожала земля под ногами.

Габорн взглянул на девочку, махнул в сторону скалы.

– Пойдем посмотрим, вдруг отыщем наконец Пролагателя Путей.

ГЛАВА 44

МОЛИТВЫ ВО ТЬМЕ

Когда ищешь помощи у высших сил, для обращения к ним годится всякое место. Чародеи Воздуха забираются в горы, колдуны Огня разводят костер, чародеи Воды окунаются в любой водоем, а тем, кто служит Земле, и вовсе хватает прикосновения к ней.

Высшие силы на наши молитвы откликаются часто.

Но люди редко слушают их.

Отрывок из «Книги чародейства для детей», писанной мастером очага Колем

Из Мейгассы Радж Ахтен и его воины выехали на юг по Старой Крепостной Дороге. Он очень надеялся раздобыть по пути свежих лошадей, но пока ехал на верблюде.

Ручеек беженцев превратился в поток, в сплошную массу тел, не вмещавшуюся в пределы дороги. Сотни сотен людей шли по обочинам ее, по краю джунглей. И не один час Радж Ахтен был вынужден ехать очень медленно, с трудом пробивая себе путь через толпу.

В ночной темноте скакали по верхушкам деревьев обезьяны, испуганно вереща и швыряя в людей огрызки фруктов и листья, словно то кричали и швырялись сами джунгли.

Через час после полуночи Радж Ахтен добрался до реки Келонг и остановился у моста, глядя на безостановочно текущий навстречу поток своих подданных. По обоим берегам широкой реки раскинулись рисовые поля, и перед Радж Ахтеном предстало незабываемое зрелище, внушавшее трепет.

Люди спешили к реке с факелами в руках. Мимо него проходили десятки тысяч их – мужчины, потные, в одних только набедренных повязках, с огромными тюками на спинах, пробирались вперед с упрямством вьючных животных, опираясь на дорожные посохи. Женщины шли следом, неся детей, привязанных к груди, придерживая на головах корзины.

Мост попыталось перейти слишком много людей и слонов сразу. Теперь слоновьи туши лежали на отмелях под мостом среди рухнувших бревен. Из-за этого переход через реку был затруднен.

Здесь были представители всех слоев общества – на белом слоне под шелковым балдахином ехал знатный лорд в расшитых золотом одеждах. Его стражники были разодеты в тонкий красный шелк с отделкой из меха выдры. Рядом шли простые крестьянки в своих повседневных платьях из грубого хлопка. Богатые торговцы передвигались на рикшах – коляски тянули беднейшие из бедняков, люди со столь тупыми и грубыми лицами, что походили они скорее на животных, чем на людей.

В повозках, запряженных буйволами, ехали целые семьи. Какой-то мужчина волок за собой тележку с больной женой, словно вез на рынок мешок имбиря. Вот прошел старый философ в окружении учеников с обритыми головами. Ученики, кроме узлов с пожитками учителя, несли еще сумки со свитками. Рядом смотрители подгоняли бамбуковыми палками кучку сумасшедших, нагих, скованных вместе за лодыжки цепью.

Келонг медленно струил под мостом свои воды. В них отражались горящие факелы, и над поверхностью воды стлался голубоватый дым.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});