Тая Ханами - Право быть человеком

– Не переживай, - дотронулась я до крыла громадной рептилии. - Ты же ведь не железная его караулить. Ты и так его нашла. Скажи, трудно ведь было?

Драконесса взглянула на меня благодарными глазами, свернулась поудобнее, начала длинный, подробный, переливчатый рассказ. Я ее не слушала, лишь кивала головой, когда перелив казался особенно драматичным. Вместо того, чтобы практиковать искусство вежливого собеседника, я думала, куда мог подеваться синий зазнайка. Если он оправился от болезни, и решил отомстить Черному Дракону, то дело дрянь.

Между тем на крыльцо вышел металлист - вероятно, я слишком долго отсутствовала.

– Так это драконесса устроила переполох? Что это с ней?

– Ее друг пропал.

– Тот самый, с дырой в брюхе?

– Представляешь? Он уже оклемался.

– Живучая тварь, - восхитился Илья. - Может того, пещеру обследовать?

– И то, - благодарно взглянула я на боевого друга и товарища. Голова!

Драконесса почуяла ослабление внимания со стороны благодарного слушателя, несколько удивленно посмотрела в мою сторону.

"Птенцу не интересно, о чем Я ему рассказываю?" - поймала я искреннюю драконью мысль.

– Нам нужно обследовать пещеру, - не стала я размениваться на ненужную лирику. - Может, след обнаружится.

– Ты думаешь, я плохо искала? - зашипела драконесса.

– Я думаю, ты очень хорошо искала, - поспешила я успокоить крылатую рептилию. - Просто я смогу взглянуть с другой точки зрения, и есть ничтожный шанс, что помогу. Нам же ведь нужно найти твоего друга, а не выяснять, кто из нас лучший сыщик.

Драконесса притихла, изумленно посмотрела на меня.

– Наверное, это не уронит моего достоинства, - сказала она после некоторого раздумья. - И как это мне в голову не пришла такая простая мысль? Полетели?

– Не, мы лучше телепортируемся.

А сама подумала, что так у нас будет больше шансов что-то обнаружить, если нам в спину исполинская змеюка, отягощенная комплексом отличницы, дышать не будет.

Так оно и вышло. Едва я оказалась в пещере, как кольцо Полоза начало себя странно вести - я бы сказала, беспокоиться, если подобное понятие вообще применимо к кусочку металла - его явно тянуло вглубь драконьего логова. Я сделала пару шагов в том направлении. Кольцо обрадовалось - так, мол, туда, мол, все правильно. Одно меня настораживало - я уловила в нем едва различимые панические нотки.

– Как будто страхом Полоза от кольца твоего веет, - задумчиво произнес металлист за моей спиной. - Может, не будем делать резких движений, посоветуемся со старшими?

– Наверное, ты прав, - ответила я, прислушиваясь к ощущениям в своем организме. Инстинкт самосохранения прямо-таки кричал о том, что не нужно идти по этому следу.

Пока я колебалась, зашумели крылья, на площадку перед пещерой приземлилась драконесса. След мгновенно потерялся, забитый мощью змеюки.

– Нашли что-нибудь? - переливчато осведомилась она.

– Оставайся тут, мне надо посоветоваться с начальством, - ушла я от ответа. - Жди, тебя позовут, если что.

Драконесса вздохнула дымом, в пещере стало трудно дышать. В горле запершило, меня разобрал кашель, металлист вторил мне по мере объема легких. Вдобавок ко всему я кожей ощущала на себе ехидный взгляд драконихи - мол, кто тут сильнее и мощнее? Я пожала плечами, и, схватив за руку друга, ретировалась.

"Ну, хоть кому-то подняла настроение", - думала я, входя в начальскую избушку.

Полоз был все еще там, потреблял очередную чашку чая.

– Ну, как прошел сеанс психотерапии? - ехидно осведомился волхв.

– Дымно. Но я пришла не жаловаться.

– Я знаю, зачем ты пришла, - оторвался от чашки Хранитель. - Я почуял Его зов через твое кольцо.

– Алхимика? - округлились и пожелтели глаза Бориса Ивановича.

– Да. Его. Не ходи туда, Лиса. Это очень плохое, коварное и жадное место. Там закипает кровь, и все живое превращается в золото. Говорят, даже камни, и те превращаются.

– Я была уже там, - тихо произнесла я. - Во сне. Совсем еще неразумным драконом, таким вот, как наш Синий, пардон, Смелый.

Чашка в руке у Полоза мелко задрожала.

– Ты уверена? Как же ты уцелела? - по-змеиному вкрадчиво осведомился он.

Ногти металлиста блеснули железом.

– Против воли, - усмехнулась я. - Там на входе стояло мощнейшее заклинание, меня скрутило болью так, что я, наверное, и не смогу вспомнить - организм не захочет. А камень проскочил сквозь защитную пелену спокойно, и зазвенел золотом.

– Странно… Кто-то заботится о том, чтобы живые существа не пострадали. И что было потом?

– А потом я ошарашено села на свою драконью задницу, мне приснился порядковый номер золота по системе Менделеева, и я решила посетить планету под названием "Грунт", - невинным голосом ответила я.

Полоз удивленно посмотрел на меня, потом на мое начальство.

– Как всегда, в своем репертуаре, - охотно пояснил мое поведение Борис Иванович. - А дальше что-нибудь тебе снилось?

Я рассказала про свои наблюдения за актами купли-продажи, про то, как решила в конце концов, что золото - лишь некий денежный эквивалент. Пока я рассказывала, в комнате царила гробовая тишина.

– Я видел, как менялось кольцо на ее пальце, - задумчиво произнес металлист, как только я закончила свой рассказ. - Сначала оно было очень… жадным. К концу сна оно стало практически прежним.

– Вот как? - удивленно посмотрел на меня Полоз. - Скажи-ка, Лиса, а кем работает твой отец?

– Художником. Работал. Его уже нет в живых.

– Что-нибудь еще?

Я поскребла в затылке. Папаня увлекался много чем, в том числе спортивной ходьбой, математикой и философией.

Волхв с Полозом переглянулись, синхронно покачали головой. Волхв - на человеческий манер, Полоз - как-то странно.

– А кем он был по убеждениям?

– Абсолютным и бесповоротным коммунистом, - тяжело вздохнула я. - Абсолютным бессребреником. А что?

– Силен в тебе папаня, ничего не скажешь, - непонятно для меня ответил Хранитель.

– Да уж, - задумчиво произнес волхв. - Интересный расклад получается. Может, рискнем?

– Я бы не стал, - покачал тяжелой головой Полоз.

– То ты, у тебя вместо крови золото течет, - возбужденно произнес волхв. - А то она - у нее вместо тела уже только огонь один остался. Ну, почти остался, если быть точным.

Металлист вздрогнул, с тревогой посмотрел на меня. Я пожала плечами - мол, что с них, умудренных, возьмешь? Болтают себе всякие глупости. Кстати!

– Самое главное-то я и не сказала, - вдруг вспомнила я. - Синий, то есть, Смелый пропал. Он-то и ушел по этому следу. Ему сейчас, поди, туго, плохо и больно.