Анна Лин - Владычица Черной башни

– Ну конечно, госпожа Владычица. Разве я могу вам отказать?

Я еле слышно облегченно выдохнула, сверкнула ответной улыбкой и вложила свою руку в его. Мы подошли к танцующим, и они расступились, пропуская нас в центр. Я никогда в жизни еще так не волновалась! Когда Моррандир обнял меня одной рукой за талию и мы оказались лицом к лицу, совсем близко, я боялась, что потеряю от счастья сознание. Чтобы прийти в себя, я по привычке тряхнула волосами, которые заскользили по обнаженным плечам, чуть щекоча кожу.

– Сегодня твой триумф, – проговорил Моррандир. – Никогда бы не подумал, что это случится в тронном зале королевского дворца Эфирии... Ты умеешь удивлять, Мэйведа.

– Ты даже не представляешь как, – усмехнулась я. – В последнее время я только и делаю, что всех удивляю.

– Ты будешь хорошей Владычицей. Твой отец мог бы тобой гордиться.

Я ничего не ответила. На меня вдруг нахлынуло отчаяние. Моррандир продолжал видеть во мне только Владычицу, дочь человека, которому он верно служил. И все! Неужели он никогда не разглядит во мне девушку? Я стиснула зубы, чтобы не сказать ему это открыто.

Сверху на нас посыпались мягкие пушистые снежинки, которые таяли, попадая на волосы, ткань и кожу. Музыка стала медленной, красивой и очень мелодичной. Романтика... Меня обнимал человек, которого я любила всем сердцем, а я почему-то не чувствовала себя счастливой.

54

Когда танец закончился, Моррандир церемонно поцеловал мне руку, и мы вернулись к Энейну и Диксерите, к которым присоединились Турис и принцесса Сильвия. Эта белоснежная бабочка вся как-то посвежела и светилась счастьем, и я отметила, что она и в самом деле красива. Она поздравила меня, очень искренне, и я ответила ей не менее искренней улыбкой. Да, они с Турисом были прекрасной парой. Надеюсь, они будут счастливы вместе...

– Что будем делать после праздника? – спросил неугомонный Энейн. – Предлагаю в парке играть в прятки на раздевание! Кого найдут первым, тот снимает с себя одну вещь.

– Ну ты придумал! – фыркнула Диксерита. – У нас, между прочим, только платье и можно снять.

– Так это же прекрасно! – загорелся вор.

– Тогда эти платья будешь снимать ты, – злорадно ответила я. – Посмотрим, сколько тебе понадобится на это времени!

Все рассмеялись. Моррандир стоял рядом со мной, но я старалась на него не смотреть. Мне вообще захотелось, чтобы он был где-нибудь далеко от меня, чтобы я не могла слышать его голос, видеть его глаза... Лучше бы мы вообще никогда не встречались! Я тряхнула головой, отгоняя эти мысли. В конце концов, сегодня мой праздник!

Придворные, которым надоело просто танцевать, организовали что-то вроде хоровода: цепочка вилась по залу, становясь все длиннее. Когда она промчалась мимо нас, бежавшая последней женщина в малиновом платье смеясь схватила за руку Диксериту, а за другую ухватился Энейн. Разноцветная змейка помчалась дальше. Кто-то снова выколдовал водопад из алых роз, и нежный аромат цветов наполнил весь зал.

Турис и Сильвия, пошептавшись, улизнули, оставив нас вдвоем с Моррандиром. У меня не было ни малейшего желания разговаривать с человеком, к которому я питала исключительно безответную любовь. Поправив волосы, я проговорила:

– Что-то мне жарко. Танцы, сам понимаешь. Я пойду, проветрюсь на балкон. Веселись, Моррандир!

Подобрав юбку, я направилась через толпу к балкону. Выйдя на воздух, ночной и прохладный, я смотрела на парк, утопающий в темноте. Музыка и смех, доносящиеся из зала, стали какими-то далекими. Я глубоко вздохнула, чувствуя себя несчастной и разбитой. Я нарисовала в воздухе огненно-красное сердце, секунду смотрела на него, а потом резким движением руки прочертила яркую линию, разбив сердце пополам. Волшебные линии начали таять, и тут сзади раздался голос:

– Мэйведа.

Я обернулась, готовая послать всех куда подальше, но слова застыли у меня на губах. Моррандир подошел ко мне, остановился, глядя на парк. Я занервничала, сердце снова стало бешено колотиться, и я боялась, что он это услышит.

– Ты здесь не замерзнешь? – наконец спросил Моррандир, посмотрев на меня.

Я сначала недоуменно воззрилась на него, потом вспомнила про щедрый вырез своего платья и насмешливо улыбнулась.

– Надеюсь, что нет. А чего это ты обо мне заботишься?

– Ты все-таки Владычица, – ответил он, – и я, как твой подчиненный, обязан о тебе заботиться.

– Ох как трогательно! Только я не маленькая девочка.

Он помолчал, потом с легкой улыбкой проговорил:

– Уже не маленькая. Надо сказать, ты очень быстро повзрослела, Мэйведа. За это время, которое ты провела с эфирийцами, ты сильно изменилась.

– Да, и в какую сторону?

– В лучшую, конечно. Они хорошо на тебя влияли.

– Ну конечно! – не выдержала я. – В том, что я так повзрослела, исключительно их заслуга. Естественно!

– Я не это имел в виду, – спокойно возразил Моррандир. – Что-то все-таки осталось в тебе от той беспутной девчонки...

– Беспутной?! Ну-ну, теперь я узнаю о себе всю правду. Очень интересно, продолжай.

Он усмехнулся и промолчал, снова глядя на парк. Я выгнула одну бровь и ждала, барабаня пальцами по мраморным перилам балкона. Наконец Моррандир перевел взгляд на меня и сказал:

– Не думал, что ты захочешь услышать критику в свой адрес. Ты действительно повзрослела. Мои поздравления, Мэйведа. Я восхищен.

– Да неужели?!

– Да. – Он смотрел мне в глаза, и мне было не по себе от этого взгляда. – Ты выросла, Мэйведа, но не растеряла свои лучшие качества. Ты стала другой, но не потеряла себя. Неудивительно, что у тебя здесь столько поклонников. Не надо было выпускать тебя из Аль-Сара, а то все сразу накинулись на такое сокровище.

Я уже хотела ответить что-нибудь язвительное, слова готовы были сорваться у меня с языка, но как только Моррандир сделал шаг вперед, оказавшись совсем рядом, я забыла, что же хотела сказать и просто смотрела на него, закусив губу.

– Мэй. С тех пор, как ты вернулась из мертвых, когда мы встретились на Тир ан Эа... Я не могу ничего с этим поделать. Ты превратилась из вздорного ребенка в прекрасную женщину. Ты знаешь, что я пережил в академии Лано, знаешь, как сильно меня ранила та девушка, Катье... Я думал, что никогда не смогу полюбить. Любовь казалась мне чем-то ненужным, глупой роскошью. Ты, Мэй, заставила меня изменить это мнение.

У меня сердце чуть из груди не выпрыгнуло. Я так долго мечтала услышать эти слова, но все произошло так неожиданно, что у меня закружилась голова. Я пыталась что-нибудь сказать, но слова не лезли мне в голову. А когда Моррандир коснулся моих волос и щеки, я чуть не грохнулась в обморок.