Илья Арсенов - Сен. Развеять скуку

— Красавец, — сказал Прес. — Сколько за него отвалил?

— Пару золотых.

Теперь появилась возможность увидеть сбрую: на спине хорохонта лежала кожаная сидушка, которая крепилась к огромной кожаной попоне, которая в свою очередь крепилась к спине Малыша с помощью хитрой системы ремней. На попоне болтались различные крюки. Как объяснил Прес, на эти крюки навешивают тюки с грузом. Часть ремней проходила через грудь хорохонта и крепилась к здоровенной защитной пластине.

— Недорого, — сказал великан. — Кстати, это легкая упряжь, я как-то видел варваров с боевыми хорохонтами. Пять метров стали… забронировано все, только глазки торчат.

— И хорошо, что легкая. Боевую упряжь мы бы неделю одевали. А ты не в курсе, зачем над сидушкой эта конструкция из палок?

— В курсе. На них набрасывается специальное полотнище в дождливую погоду.

— Толково придумано. — Мы проговорили с великаном еще минут десять, и он успел объяснить, как варвары управляются с этими здоровенными животными.

Наконец я произнес:

— Ладно, пойду собираться. Спасибо за помощь.

— Да не за что, приезжайте еще, — прогудел великан.

— Обязательно.

Закрепив тюки с вещами на Малыше и лошадях, мы распрощались с радушным хозяином и выехали со двора. Точнее, выехали все, кроме меня, так как я не рискнул садиться на эту груду шерсти посреди города и вел хорохонта за веревочку. Выйдя за город и отойдя метров на пятьсот, я рискнул залезть наверх по веревочной лестнице.

«Высоко сижу, далеко гляжу…»

Сидеть удобно, сидушка оказалась в меру мягкой.

«Все равно надо мехом обтянуть, а то жестковато».

Да ладно, и так нормально.

«Ты это своей заднице расскажи после того, как часов восемь посидишь. И вообще, пора ехать».

Точно. Поехали!

Взял вожжи в руки и легонько натянул их. Малыш медленно двинулся вперед.

Что-то медленно как-то.

«И так отлично. Как говорится, лучше хорошо ехать, чем плохо идти».

Твоя правда.

Почти ночью мы оказались у жилища хрипуна Кроста. Сторговались на такую же цену за постой плюс пол серебрушки за стог сена для хорохонта и лошадей. Распрягать Малыша я не стал — и так побегает.

Ранним утром мы покинули дом Кроста и двинулись к болоту. На границе леса и магического пути решили перекусить и сделали привал.

— Сен! — Фериш отвлек меня от куска копченого мяса.

— Да? Что случилось?

— А как нам удалось с лошадьми и хорохонтом пройти через лес?

Все дружно посмотрели в сторону леса. Деревья, конечно, стояли не частоколом, но даже лошади ободрали бы бока, не говоря о Малыше.

— Мы вроде ехали по тропе, — неуверенно произнес Родигес.

— И где ты видишь тропу? — спросил Торрен.

Никакой тропы, даже едва заметной, и в помине не было.

— Дела, — протянул я. — Хотя, думаю, это защита Бератрона работает, чтобы всякие не шастали. К тому же выйти точно к той точке, которая нужна, — задача не для каждого следопыта. В общем, спросим у деда.

— А тропа Малыша выдержит? — волновался Фериш.

— Сейчас проверим, — усмехнулся я и встал. — По коням и хорохонтам.

К вечеру мы были у Бератрона.

— Так, так, — встретил нас лич. — И кто это к нам пожаловал? Пять непутевых учеников с кучей живности… Объясни, Сен, зачем тебе эта гора шерсти? Не мог коня прикупить?

— Так получилось, — ответил я с улыбкой, — я тоже безумно рад видеть вас, учитель.

Лич сначала нахмурился, а потом рассмеялся:

— А и ладно, настоящий маг должен быть эксцентричным и оригинальным, а то какой же это маг?

После этого наши тюки проплыли в дом, а сбруя сама снялась с лошадей и Малыша.

— Идем в дом, — сказал Бератрон.

Бросив животных, пусть попасутся, мы пошли за ним.

Джула накрывала на стол, пока мы в четыре голоса рассказывали о своих приключениях. Наконец старик удовлетворил свое любопытство, и мы пошли смотреть алхимические реагенты.

— Отлично, хорошо, хорошо, — бормотал Бератрон, перебирая компоненты и как-то их оценивая, и вдруг без всякого перехода спросил: — Как там старый хрыч поживает?

— Э-э-э… кто?

— Реовале?

— Старым он, честно говоря, не выглядит, а поживает вроде бы неплохо. Мы у него, кстати, подарок небольшой вам прикупили. — С этими словами я передал личу шкатулку.

Он принял подарок, приоткрыл.

— Ничего себе! Вот это да! Спасибо, ребятки, — произнес Бератрон. — Так, сейчас мне надо провести несколько экспериментов, а завтра плотно принимаемся за ваше обучение.

Сказав это, лич вместе со всей алхимической дребеденью исчез.

— Завтра так завтра, — пробормотал я себе под нос.

Уже засыпая, получил два уведомления от мыслеинтерфейса.

Первое:

«Проверка работоспособности и функциональности зародыша Сигмара завершена на сто процентов.

Присутствуют необратимые повреждения зародыша.

Точная информация:

— Полностью уничтожена личностная матрица зародыша. Восстановлению не подлежит. Личностную матрицу можно сгенерировать только в лабораторных условиях.

— Частично повреждена связь с квантовым модулем. Восстановлению подлежит, требуется…

Рекомендовано удалить зародыш во избежание проблем с мозгом».

М-да…

«Хреново. Что делать будем?»

Я откуда знаю? Пусть вторичные думают, а я спать.

«А второе сообщение?»

Точно!

Второе уведомление:

«Строительство биомодуля «Фабрика наноботов» завершено на шестьдесят четыре процента. Возможно производство нестандартных наноботов.

Посмотреть подробности».

А вот это хорошо! Но все подождет до завтра. А теперь спать.

Библиотека Бератрона, пятитомник «Этот удивительный мир»

мага-исследователя Гулера,

том первый «О расах», глава пятнадцатая «Орки»

Точная классификация орков не представляется возможной из-за большого количества видов и подвидов. Обычно выделяют степных, лесных, горных и песчаных орков. Все орки обладают развитой мускулатурой, торчащими клыками и выступающими надбровными дугами. Основные отличия видов:

— рост. От метра шестидесяти у песчаных до двух метров у горных орков;

— цвет кожи. От пепельно-зеленоватого у степных орков до ярко-зеленого у лесных.

Проживают по всему континенту, хорошо ассимилируются в людские сообщества. Часто вступают в брак с другими расами. Благодаря силе востребованы в качестве охранников, вышибал, гладиаторов, грузчиков и в прочих подобных сферах.