Александра Авдеенко - Прасковья

— Ловят и насилуют, поэтому если ты увидишь плохо контролирующего себя оборотня с частичной трансформацией и вертикальным зрачком — беги.

— Господи, что за ужасы ты рассказываешь! — я вздохнула и уставилась на свои руки.

— Ты сама хотела это знать. А несколько лет назад у диких появился лидер, который объединил несколько стай, сколотив одну, но огромную. Он намного больше и сильнее чем остальные оборотни. Они ему подчиняются безоговорочно. Налеты стали более продуманными и неожиданными, ощущение, что у них появилась цель, какая — пока выяснить не удалось. Если раньше банду диких было не тяжело выявить и уничтожить, то теперь они стали практически неуловимыми. Их следы затираются магически, и мы не можем их отследить. Это нападение уже не первое за этот месяц. Большая часть мужчин перебита, часть молоденьких самок забрана с собой. Ты видела оставшихся в живых, да еще и это посеребренное оружие. Совсем непонятно, — он тяжело вздохнул и растер усталое лицо руками.

— Рус, ты прости, конечно, за вопрос, а почему вы не избавляетесь от диких сразу, а выгоняете их из кланов? Ведь намного проще было бы их сразу убить? И не было бы банд и проблемы как таковой.

— И это мне говорит целитель? Будущий лекарь? — Рус насмешлив уставился на меня. — Рась. Все просто и сложно одновременно. У тебя бы поднялась рука убить родного брата?

— Нет.

— Вот и у нас не поднимается. Большая часть из них становятся просто животными и живут довольно счастливо в полной гармонии с природой. И это лучший выход для всех. То о чем я тебе рассказывал до этого, бывает не так часто. Примерно один оборотень из десяти после ухода из клана сохраняет возможность перекидываться в человека и кто это будет угадать невозможно. А убивать всех подряд, ты извини, но это чересчур. Мы даем всем шанс на нормальную жизнь в звериной форме.

— Мда, прости, не хотела обидеть. Просто этот вопрос был настолько очевиден, что я не могла его не задать.

— Понимаю, я сам когда-то к деду приставал с тем же самым. Ладно, проехали, — он на некоторое время замолчал, раскачиваясь на двух ножках стула и пристально меня, разглядывая, а потом как будто на что-то решившись, продолжил. — Я хочу поговорить о том, что было сегодня утром.

— А что было утром? — я попробовала прикинуться дурочкой, не помогло.

— О том, что ты услышала. Прасковья, против тебя лично я ничего не имею. Но любые матримониальные поползновения в свою сторону буду пресекать довольно жестко. Ты девушка симпатичная, но в этом плане меня совершенно не интересуешь.

— О, как! — я аж задыхалась от злости. Это получается, что я гоняюсь за этим типчиком чуть ли не с воплями 'Ваня, я вся ваша навеки!', а он от меня отбивается четырьмя конечностями и хвостом! — И чем же это я Вам барин не угодила? Али рожей не вышла, что Вы мною брезговать изволили?

— Прасковья, прекрати! — рыкнул Рус.

— А чего это прекрати? — постепенно мой голос начал набирать обороты, банально скатываясь в крик. — Тема то такая интересная. Я и ты, и мое желание тебя окрутить! Ха! Кому скажи, не поверят!

Я вскочила со стула и стала расхаживать по комнате, усиленно жестикулируя. Потом замерла на минуту, подошла к Русу и ткнула в него пальцем.

— Значит так, говорю один раз, больше повторять не буду, читай по губам: Я НЕ СОБИРАЮСЬ ЗА ТЕБЯ ЗАМУЖ! МНЕ НЕ НУЖНЫ РЕСУРСЫ ВАШЕГО КЛАНА! И ты мне тоже сто лет сдался, даже если сам за мной гоняться будешь и уговаривать за тебя выйти! Андестенд?

— Угу, только на последнее и не надейся — Рус в задумчивости смотрел на меня.

— Если мы прояснили этот момент, то будь любезен, покажи, где я смогу переночевать.

— Ладно, пойдем.

В соседней комнате была уже приготовлена постель.

— Удобства дальше по коридору, спокойной ночи, — и Руслан двинулся в сторону выхода.

— Рус.

— Ну, что еще, — парень обреченно вздохнул.

— Вот мне любопытно, если чисто теоретически, именно теоретически, заметь, я окажусь владелицей того самого кинжала, что ты будешь делать?

И я с любопытством на него уставилась.

— Ну, если теоретически и чисто умозрительно, — он окинул меня насмешливым взглядом, — ты действительно окажешься моей суженной и я в этом буду уверен на все сто процентов, то… вот тогда я и буду думать, что с тобой делать.

И тихо посмеиваясь, вышел из комнаты.

Вот гад! Я в расстройстве уселась на кровать и, не мигая, уставилась в звездное небо за окном. Красота то, какая, как писал классик 'тиха украинская ночь', в такую ночь хочется быть рядом с тем самым единственным, вместе с ним разделять напоенный травами воздух, слушать песнь сверчка и любоваться звездами. А получается полная ерунда. Тот, кто был мне напророчен, меня не хочет и знать. Никаких других кандидатов на романтические отношения нет и в скором времени не предвидится. Даже Антон, с которым познакомилась недавно, и тот наставником оказался. А тут уж точно не до романтики. Да и ладно. Бог с ними всеми. Как-нибудь и сама проживу, а теперь умываться и спать, а то что-то я совсем устала.

Глава 10

Утром я проснулась от трели мобильного телефона. Кому я там в такую рань понадобилась? Я стойко игнорировала вызов, но кто-то не унимался, и мне пришлось вставать, тащиться к сумке, и вылавливать его в необъятных недрах.

— Да, — мой голос со сна был хриплый и как будто чуть простуженный.

— Прасковья, где тебя черти носят? Я до тебя второй день пытаюсь дозвониться и ничего не получатся! — рявкнул смутно знакомый мужской голос.

— А я, это кто? — полюбопытствовала я.

— Совесть твоя! Поганка! Антон я, Антон! Ты там, что дрыхнешь еще?

— Нуу, как бы есть маленько. А чего тебе нужно-то?

— Это мне чего нужно? Нет, ты окончательно обнаглела, — взвился парень. — Мы с тобой договорились еще вчера созвониться договориться о занятиях. Так мало того, что ты сама не звонишь, так еще и трубку не берешь! Чтобы через полчаса в управлении была!

— Я не могу, я не в городе, — сказала я довольно спокойно.

— А где тебя черти носят?

— Ну, видишь ли, пришлось отлучиться из города по делам клана оборотней, — я как могла, попыталась обойти щекотливый момент с нападением на поселок, непонятно почему до сих пор МСБ в ситуацию не вмешалось, если все то, что Руслан описывал, было на самом деле. А в его словах сомневаться не приходилось. Или дело не в их компетенции? Что само по себе странно. А может, я просто что-то не знаю? Но в любом случае тактика глухого и немого партизана на допросе в гестапо будет самой верной.

— Ладно, через, сколько ты будешь в городе? — Антон обреченно вздохнул.