Добрый - Дмитрий Дмитриев

и в радости до гробовой доски? Нет, энное количество времени назад я был бы совершенно не против и даже, можно сказать, решительно за. Но сейчас… Всю жизнь… вот с этими глазами… просыпаться и засыпать, утопая в этом океане чёрной бездны. Бр-р-р. Жутко.

— У тебя нет выбора, — прочитав мои мысли, сказала Хлоя. — Этот выбор сделала сама природа. Мне оставалось только подчиниться ей.

— Я сейчас один чего-то не понимаю?

— Ладно, — снисходительно ответила девушка. — Попробую вкратце пояснить ситуацию. А то ты меня изведёшь постоянным непониманием.

Собственно говоря, вкратце у Хлои не получилось. Её монолог длился не менее часа. И надо отдать мне должное, что за этот час я даже ни разу не зевнул. Да что там не зевнул — моргнул-то пару раз от силы. И если перевести её душевные излияния в мой вольный пересказ, то картина будет вырисовываться следующая.

Принцесса Хлоя уже по факту своего рождения становилась будущей правительницей гелов. Поскольку она была не только старшей дочерью в семье, но и единственной. Соответственно, ребятёнка натаскивали на будущее правление чуть ли ни с момента отсечения пуповины. Короче, то ещё детство, врагу не пожелаешь. Минут пятнадцать я выслушивал стенания по поводу братьев, предававшихся всяческим забавам и развлечениям, в то время как затюканная девчушка обязана была грызть гранит науки придворного правления. Но ничего, втянулась, осознала и даже начала получать подобие удовольствия.

И вот когда будущая правительница всех гелов теоретически была готова взять бразды правления в свои хрупкие ладошки, практически отдавать эти бразды никто не собирался. Мать Хлои была женщиной довольно молодой, гиперактивной, до безобразия жизнеспособной. Причин уходить на покой у правящей королевы не было никаких, желания, впрочем, тоже, поэтому милейшая доченька должна была сидеть и ждать своей очереди, как поступали все её предшественницы.

К чему была такая спешка? «На всякий случай». Мало ли что в жизни бывает. Взбесивший вихр лягнёт. Гургуты войной пойдут, да и подстрелят дурной стрелой. А то и деликатесик может несвежий попасться. Пару дней мучений в отхожем месте, и всё — страна без нежных рук правления. Поэтому молодец, любимая дочурка, выучилась, теперь можешь слегка оторваться, без лишнего афиширования — всё-таки будущая королева, но в перерывах не стоит забывать повторять всё чему учили. Чтобы познанные науки от зубов на раз отскакивали правильными знаниями. Вот тебе список — в трёх томах — чего нельзя. И вот брошюрка чего можно, но с оглядкой. Живи в своё удовольствие, ни в чём себе не отказывай. И, как говорится, люблю, целую, мама.

Взбунтовавшаяся Хлоина натура перенести такого предательского удара в спину была не способна. Спешила-спешила, учила-учила старалась-старалась, и тут на тебе. Отдыхай в сторонке, понадобишься — позовут. И главное, без вариантов. «Если», да «кабы», да «может быть» не допускаются. И можно дуться как мышь на крупу до скончания века, лишняя раздутость не возбраняется, если, конечно, она не спонтанная беременность.

В общем, ревела Хлоя два дня, отдавшись этому занятию чуть ли до полного иссушения. Потом плюнула и ушла в свой личный, самою созданный, индивидуальный монастырь. Весь монастырский уклад состоял из прочтения всевозможных книг — благо дворцовая библиотека была укомплектована по высшему разряду — да гонянием многочисленных мысленных тараканов по черепной коробке. Вот эти-то тараканы и добежали однажды до естественного решения. То, что не хотят отдать тебе добровольно, нужно отобрать, несмотря на дочерние чувства. Поскольку опыта дворцовых переворотов у принцессы не было никакого и советчиков в поле видимости тоже не наблюдалось, Хлоя погрузилась в недра книжных фолиантов. Уж не знаю, чего она там понавыгрызала, но в какой-то момент в её головке поселилась твёрдая уверенность, что править только гелами — это слишком мелко для её деятельной натуры. А вот подчинить себе весь мир — это как раз именно то, к чему готовила её судьба. Ни больше и ни меньше. Самое то.

Но одно дело решить, а другое — воплотить это решение в жизнь. Причём воплотить в мире, насквозь пропитанном магией. А если ещё учесть, что Хлоя далеко не самая сильная магичка этого мира, то всё это тараканное решение превращается в большую утопию.

Есть в этом мире так называемые смотрящие. Болотная, кстати, одна из них. Этакий высший магический совет. Друг друга они, конечно, недолюбливают, но дело своё знают. И все вместе они целые народы способны удержать от беспредела. Что говорить про какую-то юную выскочку, пусть даже и принцессу. В лучшем случае её пожрёт какая-нибудь тварь, и останется она в преданиях как великомученица. Или от болезни какой скоропостижно откинется. На худой конец… вариантов много. Беспределить в масштабе, задуманном Хлоей, никто не даст. Тем более это прямая угроза их власти. А тут, сами понимаете, не до сантиментов.

В общем, ситуация тупиковая. Но, как всегда это бывает, на помощь пришёл товарищ случай. Эта зараза всегда является в самый непредсказуемый момент. А уж с каким знаком будет его явление — одному богу известно. И этот случай явил Хлое древний фолиант, ветхий настолько, что его мирское существование ограничивалось ровно одним прочтением. Страницы буквально рассыпались в руках, не давая прочитать текст полностью. Но всё же, перелопатив эту труху, Хлоя нашла решение своего вопроса.

— Эх, знал бы, Серёжа, сколько времени я провела, вглядываясь в зеркало мира в поисках тебя.

— Значит, ты специально меня сюда притащила, а не из эфемерного человеколюбия?

— Одно другому не мешает, — уклончиво ответила Хлоя. — Ты будешь дальше слушать? Или уже неинтересно?

— Валяй дальше, — разрешил я. — А то пока не понятно, на кой ляд я тебе сдался.

— А на тот, Серёжа, чтобы стать сильнее магического совета, два мага должны слиться в одного.

— Информативность прямо твой конёк, — проворчал я.