Анна Этери - маленькое летнее приключение

- А скажешь нет? По твоей милости я тут околачиваюсь. Зря Руд меня уговорил не сдавать тебя Эхмеи со всеми потрохами. Сейчас бы мне не пришлось выносить такой позор.

- Ну прости, что не полез на плаху вместо тебя.

- Да ладно, можешь не извиняться. Теперь-то все равно.

"В своем ли он уме?"

- А что ж ты с Руд не договорился, чтоб он тебе помог бежать? - намеренно язвительно поинтересовался Торми, собираясь кое-что выведать.

- Я с этим… с этим… - напрягся Зефирантес, пряча глаза.

- Ну что ты так разволновался? Может, я попробую угадать?

- Ты? - также напряженно улыбнулся Зеф. - Ты еще ребенок, что ты можешь понимать?

Торми промолчал, о том, что, похоже, он единственный, кто тут хоть что-то понимает.

- Ты ведь уже заметил, что Руд на тебя странно смотрит? - вкрадчиво поинтересовался он.

- К чему этот разговор? - казалось смутился приговоренный. - И такой тупой вопрос? Я исповедоваться не собираюсь, - уперся он, отвернувшись.

- А как насчет откровения за откровения? - выдвинул новое предложение Торми, с нахлынувшим энтузиазмом, подкрепленным градусом. - Что тебе терять?

Несколько мгновений Зефирантес молчал, а потом:

- Я первый задаю вопрос. - Он протянул руку, дабы заключить договор, и Торми доверчиво вложил в его ладонь свою.

Резкий рывок, и вот ученик Анемона уже барахтается в стальных объятьях обреченного на смерть, которому и правда, терять-то нечего.

- Это Руд тебя надоумил втереться ко мне в доверие? Ты же его прихвостень, ну же, отвечай! - требовали ответа, а Торми… Торми задыхался… Перешел на хрипы, представляя какая физиономия будет у учителя, когда ему принесут хладный труп его ученика… Нужно срочно что-то придумать, срочно! О, Лулон… Его ненадолго отпустили, дав глотнуть живительный воздух, а потом опять… Если бы он смог что-то сказать, он бы сказал… что Руд… Руд - девушка…

- Что ты такое несешь?

Воздух ворвался в легкие, и Торми… Торми укусил своего мучителя изо всех сил, добывая себе свободу.

Зефирантес зашипел от боли, и мальчик, воспользовавшись заминкой, выскользнул из тисков, понимая, что этот инцидент он так просто не оставит. Отдышавшись в сторонке, подальше от обезумевшего смертника, он припомнил, что слышал - люди чувствующие дыханье близкой смерти способны на многое, но никогда не думал, что ему придется убедиться в этом на собственной шкуре.

Зефирантес в эту минуты выглядел совсем потерянным.

- Прости… - молвил он тихо.

- Да ничего, ты меня всего лишь чуть не убил, - признался Торми, все еще не понимая, как его угораздило попасться. "Бдительность - залог здоровья" - повторял на уроках сенсей, отправляя Торми в кругосветное путешествие по тренировочному залу. Учитель всегда действовал очень мягко и точно, только синяков от этого как-то не убавлялось.

- Прости… что ты сказал? Про… Руд…

- Ничего существенного. - Пришел мальчик в более-менее приличное состояние, душевное и физическое. - Так ты готов выслушать меня или как? - Держась на расстоянии от психически нестабильного субъекта, снова начал он. Хорошо что Зефирантеса приковали к стене, явно позаботившись о безопасности Торми.

- Я не понимаю…

- Я не намерен ничего объяснять.

- Но как же…

- Смирись.

"Если умом не тронется, то возможно, и сам что-нибудь сообразит" - А пока, Торми обдумывал, отчего это у него такая кашень в голове образовалась? То ли от сенсея дури набрался, то ли внешние факторы в виде удушения подействовали…

- А откуда ты знаешь, что Руд того и этого? - задался Зеф новым невнятным вопросом.

- Оттуда, - сообщил Торми. - Думать надо. Иногда оно бывает полезно. - Правда, Торми и сам не особенно в это верил. Но опять же, неизвестно как бы сложилась его судьба, если б он вовремя не допер, что Руд вовсе не мужчина, а скорее наоборот. Да, жизнь полна сюрпризов. Никогда не знаешь с какой стороны кирпич прилетит. А возможно и два, на счастье. - "Или тебя кто придушит по неосторожности. Твоей же"

- Вот, - кинул он Зефу в руки бархатный мешочек. - Выскажи своим последним желанием вот его.

Зефирантес рассмотрел подарочек, развязал тесемку и сунул нос в мешок.

- Что это? И как оно мне поможет? - с сомнением спросил Зеф.

- Если оно не поможет, то не поможет уже ничего, - обнадеживающе сообщил мальчик. - Но ты не беспокойся, средство проверенное.

Он изложил в общих чертах что нужно делать.

- И ты считаешь, что Эхмея согласится?

- Почему нет? Последнее желание - закон! Не так ли? Сколько тебе там жить осталось?

- На закате меня…

- Не бойся, - решил поддержать его мальчик. - Говорят голову отрубать не больно. От сильнейшего шока мозг отключает чувствительность. Так что ничего не почувствуешь.

Зефирантес с нахмуренной физиономией выслушал слова сомнительной поддержки:

- Твой учитель никогда не проводил с тобой разъяснительную работу относительно твоей доброты и сочувствия к чужому горю?

- Прецедентов не было. А что?

- Надо будет устроить, - промолвил Зефирантес, и решил уточнить: - Так говоришь мне нужно выпить с Эхмеей, и тогда она меня отпустит?

Торми пожал плечами:

- То что выпить надо, это точно. А вот насчет остального - все в твоих руках. Считай, я подарил тебе дудку, а уж как ты под нее спляшешь - зависит только от тебя. Для себя же прошу одного: что бы ни случилось, будь на моей стороне. И заодно сам не пытайся укокошить, - ни смог он не добавить.

- Я не нарочно, не думал, что ты такой дохляк.

- Не забудь о договоре.

Чуяло сердце Торми, что данная просьба во многом предрешит его судьбу, ибо дальнейшие событий вечера войдут в историю его жизни, как одни из самых-самых… впрочем, не самых, но довольно треволнительных.

Явление 28 Клубок заматывается

Нацепив на себя черную хламиду, в комплекте с которой шел глубокий капюшон, закрывающий лицо по самый нос, Торми задумался о своем месте в этом мире, и в частности, что делает он на гаерской церемонии, затеянной по случаю казни.

Зажженные свечи в канделябрах, прикрепленных к стенам и расположившихся на столе, привносили мистический оттенок в мрачное пиршество должное завершиться трагедией, но по странному стечению обстоятельств до финала дожили далеко не все, попадав под столы с жутким, протяжным храпом. Чего Эхмея до сих пор дожидалась? Какой надеждой тешилась? Что за странную игру вела, напоив подчиненных Зефа до бессознательного состояния? Такие и прочие другие вопросы терзали притомленного ребенка, начавшего мечтать о скором разрешении дела. Все хорошо в меру, а представление явно затянулось донельзя, грозясь промурыжить Торми до утренней зорьки, что никаким боком, даже отдаленно, не вписывалось в планы мальчика.