Кристоф Хардебуш - Гнев троллей

— Тем не менее это пристанище решит проблемы, — заявил Сарган. — Нам необходимо найти способ тайно вывести вас из города. Несколько дней нужно выждать, пока немного уляжется пыль, но потом вам следует отправляться в путь.

Дириец прямо посмотрел на Ану.

— И как раз здесь в игру входишь ты. У меня есть связи, но твой отряд — гораздо лучшая маскировка, которую можно было бы им обеспечить.

Ана с сомнением потерла нос. На крошечное мгновение она взвесила риск, но потом кивнула. «Для семьи денег не просят».

Над ними скрипнул люк, и Ана резко развернулась, схватившись за короткий меч. Но Сарган успокаивающе положил ей руку на плечо. На светлом прямоугольнике от двери вырисовалась темная тень, человек медленно спускался по лестнице.

— Разрешите представить, Скилои Касцон. Она — моя правая рука, и у нее отличные связи в Ардолии и Влахкисе. Она организует ваше путешествие, когда стены города окажутся позади.

Женщина была уже преклонных лет, почти как Сарган, и ее волосы совсем поседели. Она была маленькой и мускулистой и одета очень просто. Вошедшая кивнула.

— Я рада встретиться с членами семей сал Дабран и Бекезар. Прошло уже много времени с тех пор, как я имела такое удовольствие в последний раз.

Только сейчас Ана вспомнила имя. Скилои была сцаркой, которая когда-то служила Цорпаду, а потом перешла на службу в империю. «Еще один человек, о котором меня предупреждала мать, — подумала юная наемница. — Путешествовать с ней и непредсказуемым Враком будет непросто. Мне кажется, что в ближайшее время нужно быть очень осторожной».

45

— Я уже объяснила вашему другу, но могу с удовольствием объяснить еще раз и вам, — сказала Артайнис подчеркнуто спокойным голосом. — Я — дочь дирийского торговца из Теремии. Так как положение там все больше ухудшается, моя семья решила отправить меня домой в империю, в Алеваху.

Один из двух молодых масридских солдат, которые перехватили девушку, едва она покинула маленький постоялый двор у дороги и забрала свою лошадь из конюшни, нерешительно покачал головой.

— И вы путешествуете совсем одна, как раз сейчас, когда погода становится все хуже? — с подозрением спросил он.

Его товарищ тем временем исчез в доме.

Замечание солдата о погоде было абсолютно справедливым, даже если оно не особенно действовало на юную дирийку. С тех пор как она выехала из Теремии, не проходило и дня без дождя. Однако до сих пор погода хоть и была неприятной, но, к счастью, не настолько плохой, чтобы прерывать путешествие. «Мне не нужно было сворачивать на этот постоялый двор», — мрачно подумала Артайнис. Но дождь полностью промочил ее одежду. А маленький трактир недалеко от границы между Влахкисом и Ардолией казался таким мирным, что юная дирийка решила, что может без риска провести одну ночь в сухой постели. «Неправильное решение. Если масриды останавливают каждого путешественника, так как боятся шпионов, значит, их приготовления к войне уже далеко продвинулись».

С некоторой настойчивостью в голосе она ответила:

— Моя семья — ни богатая, ни могущественная, господин. И в Теремии становится все более небезопасно из-за всех беженцев, которые устремились в город. Поэтому мои родители не хотят ждать, пока весной караваны снова перейдут горы, а отослали меня уже сейчас.

Артайнис очень надеялась, что солдат поверит ей. Если нет — кинжал спрятан в рукаве.

«Но если я буду вынуждена напасть на масридского солдата прямо на дороге, то остаток моего путешествия превратится в преследование. Нет, я не могу допустить, чтобы зашло так далеко».

— А чего конкретно вы так боитесь? — спросила она, невинно похлопав ресницами.

Казалось, это наконец усмирило молодого солдата. Он еще раз посмотрел на нее и улыбнулся.

— Ах, эти проклятые влахаки могут в любое время перейти границу, чтобы разграбить пару деревень, так сказал наш командир, — легкомысленно выложил он. — А это значит, что они снова связались с троллями. Не так давно здесь вроде как появлялся сын этого поедающего грязь воеводы с несколькими троллями, чтобы нападать на масридских путешественников.

Артайнис прикрыла рот ладошкой, надеясь, что ее испуганное оханье можно приписать страху перед троллями.

— Тролли… как ужасно, — выдала она. — Я надеюсь, вы смогли поймать этих монстров?

Юноша огорченно покачал бритой головой.

— Они ушли от наших патрулей. Да, людям невероятно повезло, что эти создания не сожрали их.

— О, да, это так, — поспешила согласиться Артайнис.

После этих слов воцарилось долгое молчание. Затем дирийка осторожно поинтересовалась:

— Раз я смогла убедить вас в том, что не состою в сговоре с этими троллями, есть ли что-то, что может препятствовать моему дальнейшему пути? Я хотела бы проехать как можно больше, пока снова не стемнеет.

Солдат согласно кивнул.

— Так будет лучше. Если вы направитесь вдоль течения реки, то к вечеру доберетесь до другой деревни. Вы сможете переночевать на тамошнем постоялом дворе. Там безопасно и чисто. Я знаю его, так как оттуда родом.

«Как прекрасно для тебя, — подумала Артайнис, которая начала тяготиться вынужденной беседой. — Жаль, что я точно никогда не сверну в это, без сомнения, уютное место».

— О, благодарю вас! — якобы восторженно ответила она. — И желаю вам удачи в охоте на троллей. Не позволяйте себя сожрать!

Прежде чем солдат успел что-то ответить, она запрыгнула на свою рыжую кобылу и пришпорила ее.

Смущенные слова прощания солдата развеял сильный ветер.

Девушка ехала по главной дороге, местность начала медленно идти в гору. Поля, на которых уже был убран урожай, постепенно оставались позади, уступая место низкому кустарнику и деревьям, которые часто прерывались лугами. На пастбищах еще паслись стада, но уже скоро их отгонят в хлева.

С самого утра светило солнце, и у Артайнис появилась надежда, что вечный дождь сегодня пощадит ее.

До сих пор она продвигалась медленнее, чем планировала, дождь размыл дороги, сделав вымощенные отрезки скользкими и небезопасными, и юная дирийка не могла ехать так быстро, как ей хотелось бы. Девушке часто приходилось останавливаться, чтобы дать лошади отдых. В Дирии это перестанет быть проблемой, она сможет менять животных на станциях у дорог, но в Ардолии она не хотела привлекать к себе внимание… И хотелось как можно меньше встречать людей… Было почти невероятно, но все-таки возможно, что кто-то, кого она встретит по дороге, уже бывал в Теремии и знал, что у Сайкоса, дирийского торговца, никогда не было дочери.