Дэвид Эддингс - Повелитель демонов из Каранды

— Пол, — обратился он к дочери, — поблизости нет гролимов?

— В непосредственной близости нет, отец, — на минуту сосредоточившись, ответила она.

— Хорошо. Когда в Рэк-Хагге Зандрамас пыталась овладеть сознанием Сенедры, тебе ведь удалось проникнуть в ее мысли? — продолжал Белгарат.

— Да, ненадолго, — согласилась Полгара.

— Она тогда была в Ашабе? Ты не уловила, в каком направлении она собиралась двинуться?

— Нет, отец, разве что очень неясный намек на то, что ей хотелось домой.

— Значит, в Даршиву, — щелкнул пальцами Шелк. — Нам известно, что Зандрамас — это даршивское имя, и Закет сообщил Гариону, что она заварила всю кашу именно в Даршиве.

Белгарат хмыкнул.

— Все это только догадки, — сказал он. — Я бы чувствовал себя гораздо увереннее, если бы имел этому какое-нибудь подтверждение. — Он взглянул на Полгару. — Ты смогла бы опять установить с ней контакт, буквально на минуту? Мне нужно знать, куда она отправилась.

— Не знаю, отец. Попробую, но… — Полгара пожала плечами, затем лицо ее сделалось спокойным, и Гарион почувствовал, что сознание ее где-то блуждает. Немного погодя она ослабила волю. — Зандрамас прячется, отец, — сказала она старику. — Я ничего не могу уловить.

Тихое проклятие сорвалось с его губ.

— Нам остается только приблизиться к озеру и поспрашивать людей. Может, кто ее видел.

— Уверен, что так и было, — сказал Шелк. — Но помните, Зандрамас имеет привычку топить матросов. И те, кто видел, где она сошла на берег, сейчас наверняка покоятся на глубине тридцати футов.

— Ты можешь еще что-нибудь предложить?

— Ничего подходящего.

— Тогда поехали к озеру.

Когда солнце начало садиться, на пути им попался внушительных размеров город, расположенный в четверти мили в сторону от дороги. Его жители собрались в окружавшей его роще, где разожгли большущий костер. У костра соорудили бревенчатый алтарь, украшенный черепами. Перед алтарем какой-то тощий мужчина, все тело и лицо которого покрывали зловещие рисунки, а в волосах торчало несколько перьев, трагическим голосом произносил какие-то заклинания.

— Что он делает? — не поняла Сенедра.

— Пытается вызвать демона, чтобы горожанам было кому молиться, — спокойно пояснил Эрионд.

— Гарион! — воскликнула она с тревогой в голосе. — Нужно бежать отсюда подальше.

— У него ничего не получится, — успокоил ее Эрионд. — Демоны больше не откликнутся на его призыв, Нахаз приказал им не делать этого.

Колдун прервал свои заклинания, и Гарион заметил выражение паники на его лице.

По толпе горожан пробежал сердитый шепоток.

— Людям это не нравится, — заметил Шелк. — Колдуну необходимо еще раз попытаться вызвать демона, иначе ему придется плохо.

Ярко раскрашенный человек в перьях, воздев руки, снова начал произносить заклинания. Он отчаянно кричал и взывал к демону. Завершив действо, он умолк и с надеждой стал ждать.

И опять ничего не произошло.

Тогда разгневанная толпа заревела и хлынула вперед. Люди схватили скорчившегося от страха колдуна и разнесли алтарь в щепы. А потом пригвоздили длинными спицами руки и ноги колдуна к одному из бревен и с дикими криками отправили бревно на костер.

— Уйдем отсюда, — сказал Белгарат. — Почувствовав вкус крови, толпа обезумела. — И он галопом повел их прочь.

В ту ночь лагерь разбили в зарослях ивы на берегу небольшого ручейка, чтобы как можно лучше замаскировать костер.

Следующее утро выдалось туманным, и они ехали медленно, держа оружие наготове.

— Далеко осталось до озера? — спросил Белгарат, когда туман начал рассеиваться.

Шелк поглядел по сторонам.

— Трудно сказать, по меньшей мере еще около двух лиг.

— Тогда пришпорим коней, — приказал Белгарат. — Когда мы до него доберемся, нам нужно будет еще время, чтобы раздобыть лодку.

Они пустили лошадей рысью. Дорога заметно пошла под гору.

— Я помню этот пейзаж, — сообщил Шелк. — Мы будем у озера примерно через час.

По пути изредка им встречались карандийцы, одетые чаще всего в коричневый мех и вооруженные до зубов. Они встречали всадников, подозрительными, даже враждебными взглядами. Но кольчуга Гариона, его шлем и меч служили всему отряду хорошим пропуском. Ничего неожиданного не произошло.

К полудню сероватая дымка рассеялась полностью. Взобравшись на холм, Гарион натянул поводья. Перед ним, сверкая в лучах полуденного солнца, раскинулось голубое водное пространство. Оно выглядело почти как безбрежное море.

— Большое, правда? — восхищенно произнес Шелк, останавливая коня рядом с Кретьеном. Затем он указал на деревню с бревенчатыми домами под соломенными крышами, расположенную на берегу озера. У небольшой пристани покачивалось на воде несколько суденышек. — Там я обычно нанимал лодку, когда хотел пересечь озеро, — сказал он.

— Значит, ты и здесь занимался какими-то делами? — воскликнул Гарион.

— О да, — ответил Шелк. — В Замадских горах есть золотые прииски, а в лесу — залежи драгоценных камней.

— Какого размера эти лодки? — поинтересовался Гарион.

— Нам хватит. Конечно, придется немного потесниться, но погода тихая, и нам ничего не грозит, даже если лодка будет немного перегружена. — Шелк нахмурился. — А они что здесь делают?

Взглянув на пологий спуск, ведущий к деревне, Гарион заметил толпу людей, медленно спускавшихся к берегу. Их одежда была богато отделана мехом красных и коричневых оттенков. На плечах у некоторых — накидки, выкрашенные в грязно-ржавый и бледно-голубой цвета. А из деревни им навстречу тоже шли люди.

— Белгарат, — позвал маленький драсниец, — по-моему, нас ждут проблемы.

Пустив коня, Белгарат взобрался на вершину холма и окинул взглядом огромную толпу, собиравшуюся перед деревней.

— Нам нужно пробраться в деревню, чтобы нанять лодку, — сообщил ему Шелк. — Мы достаточно вооружены, чтобы устрашить дюжину крестьян. Однако сейчас там их две или три сотни. И нужно их как следует напугать.

— Может быть, это просто сельская ярмарка? — предположил старик.

Шелк покачал головой.

— Не думаю. Для ярмарки сейчас неподходящее время. К тому же у этих людей нет ни телег, ни товара.

Он слез с лошади и направился к вьючным животным. Через минуту Шелк вернулся с окрашенным в красный цвет меховым жилетом и меховой шапкой в руках. Надев их на себя, он обернул ноги кусками мешковины, завязав их длинными веревками.

— Ну, как я выгляжу? — поинтересовался он у своих спутников.

— Как оборванец, — ответил Гарион.

— Именно этого я и добивался. Здесь, в Каранде, очень модно быть оборванцем. — И Шелк снова взобрался в седло.