Дмитрий Сорокин - Оберег

— Мы… мы рады приветствовать тебя, госпожа… — русалки не знали, куда бы им спрятаться.

— Ага. Опять за распутные забавы свои взялись? Мало вам утонувшего на прошлой неделе грека?

— Так ведь тот купцом был! Такой весь обрюзгший и противный. А этот вон какой… — непроизвольно вырвалось у Руфины.

— Молчать! И прочь с глаз моих, дуры! Еще раз поймаю за чем подобным, без разговоров каракатицам скормлю! Вон!

Русалки поспешили убраться, перешептываясь на ходу. «Какой краб ее укусил?» — успел услышать Руслан.

— И без разговорчиков! — морская царевна тоже глухотой не страдала. Дождавшись, пока ослушницы скроются из виду, она подошла к богатырю настолько близко, что он затрепетал всем телом, и, боясь потерять контроль над собой, снова вызвал образ Милы.

— Подожди, витязь, не закрывайся от меня. — мягко сказала царевна. — Я не собираюсь предлагать тебе всякие глупости. Скажи, не узнаешь ли ты меня?

— Н-нет. — признался Руслан. — Кажется, где-то, когда-то я тебя видел. Но вот где и когда — не помню. Может, во сне?

— Нет, во сне так люди не дерутся, Руслан. Тебя ведь Русланом зовут, я ничего не путаю? — богатырь помотал головой. — Вспомни, ведь всего несколько дней назад ты мечом снес голову человеку, который подло меня похитил.

— Так ты… та самая русалка?! — ахнул богатырь. — И ты — царевна?!

— Да, я дочь морского царя. — пожала плечами девушка. Так что из того? Когда ты спасал меня, ты же не знал, кто я, верно? Хотя, в нашем случае, мое царское происхождение, вполне возможно, нам и сгодится. Ты спас меня, теперь я хочу помочь тебе. Иди за мной. Только смотри под ноги, постарайся никого не раздавить. Это мы, жители моря, легки, как чешуйки, а ты тяжел, как и положено обитателю верхнего мира.

Руслан послушно пошел за девушкой. Теперь встречные рыбы уже не шарахались от него. Выполняя просьбу морской царевны, богатырь во все глаза смотрел под ноги, с удивлением обнаруживая там диковинных морских обитателей. Были там и огромные раки, и разнообразные раковины, и живые цветы, всегда готовые проглотить зазевавшуюся мелкую рыбешку или рачка.

— Что, Руслан, нравится тебе здесь? — чуть насмешливо спросила царевна, глядя на восхищенное лицо богатыря.

— Дивно… Да и непривычно. Никогда такого не видел!

— То ли еще увидишь, когда к отцу в хоромы придем!

— А что… — заробел Руслан, — мы идем… к твоему отцу?

— Конечно! А кто еще может помочь тебе выбраться на сушу? Я, например, не могу. Ну, и чего ты робеешь? Мой отец — такой же владыка здесь, как князь, которому ты служишь — там.

— Скажешь тоже! Князь, конечно, владыка, но он человек! Всегда доступен, почти всегда понятен… А вот морской царь… не знаю! Никогда его не видел, только слышал иногда, вот есть мол, такой, богам ни в чем не уступает, потому как и сам — бог…

— Скажешь тоже! — передразнила царевна. — Никакой он не бог, обыкновенный морской царь… Впрочем, сам увидишь, мы уже почти пришли.

И впрямь, по бокам дорожки (а теперь стало понятно, что это именно дорожка), по которой они шли, рядами выстроились невиданной красоты колонны, переливающиеся всеми цветами радуги.

— Это кораллы. — пояснила царевна. — Они тоже живые.

В конце аллеи виднелись массивные ворота, сделанные из тех же кораллов с обильными включениями драгоценных камней и крупных жемчужин. От этого великолепия начинала кружиться голова.

За воротами стало еще роскошнее. Никаких стен в «хоромах» не было, только все те же колонны, гигантские цветники, целые груды злата, жемчуга, драгоценностей тут и там. Посреди этой огромной сокровищницы стояло простое белое кресло, ничем даже не инкрустированное. В кресле, закинув ногу на ногу, сидел старый дед с длинной поседевшей зеленой бородой, обвисшими усами. Взгляд из-под кустистых бровей смотрел слегка глумливо.

— Здрав будь, добрый молодец! — голос старика неожиданно был зычным, полным силы.

— И ты… будь. — пробормотал Руслан.

— Вот ты, значит, какой, отважный спаситель моей непутевой дочки! — хмыкнул дед. — А ничего, ничего. Хорош!

— Так… ты и есть… морской царь, что ли?! — удивлению Руслана не было предела.

— Да, а что, не похож?

— Не похож. — с богатыря понемногу стала сходить робость. Ожидал увидеть что угодно, особенно, после всего этого нестерпимого блеска, а увидел обычного старика, каких не одну сотню повидал уже за свою жизнь. Недавно, помнится, несколько дюжин таких разом встретил, еще растаскивать их пришлось, а то удумали драться на старости лет…

— А чем не вышел? Статью? Одежкой? — царь улыбался до ушей.

— Ну, да, и тем, и другим, и на кресле простом сидишь…

— Что касается стати, то я могу принимать тот вид, какой захочу. Смотри! — в тот же миг очертания его расплылись, и потрясенному взору Руслана предстал огромный спрут, способный без усилий утащить на дно не один корабль. Глаза чудовища горели мрачным зеленоватым блеском. Спрут насладился сменой выражений на лице богатыря, и снова стал стариком. — Одет я в простую рубашку, просто потому, что она мне нравится. И, потом, я царь, или не царь?! Во что хочу, в то и одеваюсь. А с креслом ты, милок, промахнулся. Это там у вас, наверху, полным-полно деревьев, а у нас они не растут. Так что это кресло, что я когда-то с затонувшей триремы вытащил, по нашим меркам половины вот этих всех камней и жемчугов стоит. Ладно, кто я такой, мы уже выяснили, теперь займемся тобой. Как ты мою дочь спасал, я уже знаю. А как тебя в мои владения занесло, можешь объяснить?

— Значит, гулял это я по берегу… — начал Руслан, стараясь не обращать внимание на захихикавшего царя. — А море сильно штормило. Ну, тут волна меня накрыла и в море унесла. Плаваю я плохо, и потому вскоре утонул… Вот так я и попал в твое царство.

— Ага, гулял ты, стало быть. В компании шестерых друзей, которым успел перерезать глотки, пока тебя волна несла. Не заливай, Руслан. Нет нужды тебе передо мной прибедняться. Я отпущу тебя обратно, наверх, только хочу сперва послушать о твоих похождениях. Русичи нечасто ко мне попадают, все больше какие-то совсем неотесанные кочевники. А твои земляки мне нравятся! Вот на днях… А, ну да, это же для меня на днях, а по-вашему с пяток лет уж минуло, занесло ко мне вашего купца по имени Садко. Отродясь не видал я таких прохвостов! Он сначала пытался моим поставщикам какой-то затонувший лес по сходной цене продать, а потом, когда я специальным указом запретил любые торговые сделки с выходцами сверху, а с Садко — в первую голову, этот пройдоха обучил моих придворных разным азартным играм. И ведь до сих пор не могу вытравить эту заразу! Стоит лишь отвернуться, глядь — здесь в орлянку играют, там — в чет-нечет, а за углом кости мечут, как рыба икру… Насилу я его наверх выпер… Ну, да ладно, это другой сказ, а теперь поведай про себя. И не ври, не надо. Я ложь за три моря чую.