Мэгги Фьюри - Диаммара

А скорость была велика, даже несмотря на то что ксандимцам приходилось тащить дополнительный груз. Ориэлла надеялась достичь жилища Чайма за три дня — если не случится ничего непредвиденного. А что потом? Когда она заглядывала в Водоем Душ, Элизеф находилась в Аэриллии, но кто поручится, что Волшебница Погоды и сейчас еще там?

Незадолго до заката Элизеф вошла в Город Драконов, и масштаб разрушений ее поразил. Воспоминания Анвара, который в тот момент был напуган, спешил, да к тому же находился под землей, не передавали картину полностью. Крылатые носильщики опустили волшебницу на вершину самой высокой башни — именно отсюда Ориэлла с Анваром когда-то впервые увидели Диаммару. Алмазный шпиль, отмечающий центр города, треснул по всей длине, камни, которыми была вымощена долина, потрескались и раскололись, а здания производили впечатление разрушенных до основания. Но, присмотревшись, Элизеф поняла, что это лишь кажется: на самом деле многие дома уцелели. Она обернулась к Солнечному Перу, который с презрительным выражением рассматривал лежавший внизу город.

— За дело, — сказала волшебница.

Солнечное Перо пожал плечами — этот жест неизменно приводил Элизеф в бешенство, поскольку свидетельствовал о недостатке уважения.

— Как скажете, госпожа. Я пошлю людей в развалины, чтобы подыскали вам подходящее место для ночлега.

К наступлению ночи Элизеф уже успела устроиться в Диаммаре если не с комфортом, то по крайней мере с удобствами. Берн, в обязанности которого по-прежнему входило повсюду таскать за хозяйкой тщательно завернутый в плащ Пламенеющий Меч, положил Талисман у стены и отправился искать себе пристанище в соседнем домике. Бесполезность Меча ее слегка огорчала, но в остальном Элизеф была весьма довольна собой. Солнечное Перо сообщил, что войска из Казалима прибудут следующим утром и завтра же ночью начнут поступать первые рабы из Цитры и Эйри. Элизеф погрела у огня замерзшие руки и решила, прежде чем лечь спать, проверить, как там Ориэлла.

Она наполнила кубок водой и мысленно вызвала образ Ваннора. Почувствовав, что она со страшной скоростью летит по воздуху, Элизеф утратила сосредоточенность и испуганно вернулась в свое тело. Выругавшись, она заставила себя успокоиться и повторила попытку. Что же там, во имя всех демонов, происходит? В последний раз Ваннор еще плыл на корабле, а это было не так уж давно. Элизеф помнила, что тогда мысли его до такой степени были пропитаны страхом и скорбью, что ей ничего не удалось от него добиться. Теперь же он был гораздо спокойнее, и, покопавшись в памяти жертвы, Элизеф поразилась тому, что увидела.

Итак, отомстить Занне она не успела — проклятая баба осталась в ксандимском селении на побережье! Но это пустяк по сравнению с тем, что Ориэлла, оказывается, научилась летать на ксандимцах. Значит, времени практически не остается. Придется спешить, а Элизеф по опыту знала, что в спешке вечно совершаются ошибки, за которые потом приходится дорого платить.

Впервые за это время она задумалась о том, верно ли поступила, не став завоевывать сначала ксандимцев, и оставила у себя в тылу, как теперь выясняется, опасного противника. Но потом Элизеф решила, что глупо раньше времени поддаваться панике. В конце концов, у нее в руках есть заложники, судьба которых Ориэлле небезразлична. Надо будет не забыть найти среди рабов Элизара и Нэрени.

— Итак, пусть Ориэлла летит, — пробормотала она вслух. — Я буду готова.

Передвигаясь по ночам, Ориэлле и ее спутникам удалось добраться до цели незамеченными. На заре они прятались в перелесках и по очереди охраняли сон остальных. Как и рассчитывала волшебница, на рассвете четвертого дня они приземлились возле жилища Чайма. Эфировидец был до глубины души тронут, увидев свой прежний дом, и, не дожидаясь, пока остальные превратятся в людей, вбежал в пещеру у подножия Пика.

Внутри все свидетельствовало о десятилетнем отсутствии хозяина. Одеяла и шкуры сгнили, посуда разбита, пол загажен — здесь явно не раз побывали дикие животные. Эфировидец вспомнил уроки Паррика и с успехом воспользовался некоторыми новыми ругательствами, которым научил его начальник кавалерии.

— Эфировидец! Вот уж не думал от тебя такое услышать. Разве тебе неизвестно, что все дикие твари — несмышленые дети нашей Богини?

— Так пусть Ириана научит их себя вести… — начал Чайм и вдруг узнал этот голос. — Басилевс!

— Он самый — а ты кого ждал услышать? Хорошо, что ты вернулся, маленький Эфировидец. За века своего существования я никогда не был так рад. Где же ты пропадал? — Внезапно голос молдана стал грустным. — Я должен многое тебе рассказать, мой друг. За последние несколько лет я стал свидетелем весьма печальных событий.

«Опять», — подумал Чайм. Похоже, жизнь состоит из одних печальных событий и дурных новостей. Тут он вспомнил, что жутко проголодался, страшно замерз и дико устал.

— Тогда отдохни, — милостиво разрешил молдан, прочтя его мысли. — Я забыл, что вы, созданные из плоти и крови, утомляетесь быстро. Я ждал тебя десять лет — подожду и еще немножко.

Вошла Ориэлла и, увидев разбросанную посуду и кучи звериного помета на полу, произнесла свою излюбленную фразу:

— Семь кровавых демонов!

— Приветствую тебя, чародейка.

— Привет и тебе, Басилевс. — Ориэлла почтительно поклонилась, хотя в какую сторону кланяться, определить было невозможно: молдан был повсюду. — Нам нужно многое тебе рассказать.

— Мне тоже. Но вы пока устраивайтесь. Я подожду. Шиа шагнула в пещеру и принюхалась.

— Белки, — сказала она. — Крысы, и семейство лис. Чайм мрачно оглядел все это разорение и сказал:

— Не знаю даже, с чего начать.

— А я знаю, — откликнулась Ориэлла и, высунувшись наружу, медовым голоском позвала вора:

— Гринц? Помнится, кто-то говорил, что хочет быть полезен? Полы мыть умеешь?

— Мы с Хану пойдем на охоту, — сказала Шиа. — Надеюсь, на склонах Стального Когтя еще не перевелись козы.

— Стойте! — закричал Басилевс. — Не ходите на Стальной Коготь! Это дурное место. В долине есть олени и кролики — можете поохотиться там.

После путешествия в рыболовной сети Шиа была не в духе, и теперь в ее глазах вспыхнул упрямый огонек.

— Но на Стальном Когте тоже есть пантеры! — возразила она. — Так что не важно, что там за…

— Нет, — глухо сказал молдан. — Пантер на Стальном Когте нет. Больше нет…

От потрясения Шиа и Хану не могли слова вымолвить.

— Что с ними случилось? — спросила Ориэлла. — Болезнь? Или на них кто-то напал? Они что — все умерли?

— Я не знаю, что с ними случилось. — ответил Басилевс. — Но знаю, почему это произошло. Но это лишь часть того, что вам предстоит услышать. У нас еще будет время. А пока берегитесь даже приближаться к Стальному Когтю — это касается всех. Предупредите тех, кто не может понимать нашу речь.