Кристина Пасика - Борьба с самим собой

У-у-у-у, разочарованно гудели выпускники.

– А, ладно! – эльф засмеялся и стукнул рукой по стойке трактира. – Последняя песня, только для вас. Когда вся жизнь впереди, хочется веселиться и любить! Так не отдавайте же свою любовь никому и никогда! И любите, несмотря ни на что!!!

Мы притихли. Эльф словно гладил свою бесподобную лютню, и музыка возникала как по волшебству. Медленная, глубокая, проникающая в самое сердце и захватывающая все внимание. Голос Моррилета бархатным одеялом накрыл все вокруг, внутри что-то вздрогнуло, словно струны его инструмента запели вместе с моей душой. Любить тебя назло всему, Любить на "за", а "вопреки", Благодарить свою судьбу За вкус этой шальной любви.

Вдруг, ни с того ни с сего, эльф поднял голову, оторвав взгляд от струн, и пристально посмотрел мне прямо в глаза. Я чуть не поперхнулась вином, глоток которого только что сделала. Сомнений в том, что бард смотрит именно на меня, не осталось. Травяно-зеленые глаза неотрывно следили за каждым моим движением, словно в зале таверны в миг остались только я и певец. Он продолжал, как будто ничего не происходило, а я от неудобства готова была провалиться сквозь деревянный пол "Шального колдуна". И наплевать на всех вокруг. Пусть говорят, что это – бред. Хочу я слышать сердца стук, Любить тебя как солнца свет.

Дышать и знать наверняка, Что вечно рядом будешь ты, Что не разрушишь никогда Мои надежды и мечты.

Знаю, что я могла бы сказать подобные слова лишь одному существу в этом мире. Древнейшему, который сейчас находится так далеко, на самых северных вершинах Лийских гор. Эх, Дан, права была старушка-Судьба из лесного домика – ты и жизнь моя, и беда в одном лице. Не будет покоя ни мне, ни тебе, так, видимо, предначертано свыше.

"И любовь твоя горькая, с привкусом полыни", – вспомнилось мне. А Моррилет будто бы видел, что творится в моей душе, и пел, каждым новым словом причиняя мне все большую боль. Любить тебя назло всему, И ощущать тепло внутри. Я верю только одному- Что от любви нельзя уйти.

Эльф закончил, и наступила прямо таки мертвая тишина, словно никто даже не дышал. А потом мне показалось, что зал попросту взорвался. Студенты аплодировали стоя, а эльф купался в благодарных овациях и кланялся в разные стороны.

Я встала как и все, но теперь просто неотрывно смотрела в пустоту впереди себя. Пыталась осмыслить все заново, посмотреть чуть иначе, чтобы все осознать и принять.

Моррилет пробирался к выходу сквозь толпу, и каждый, из находившихся в таверне, хоть что-то бросал в его шляпу. Я отправила туда полновесный золотой – мне подобное по карману, да и бард это вполне заслужил. Эльф раскланялся и был таков, растворился в темноте ночи, словно его никогда и не было с нами в этом месте.

– За успешное начало взрослой магической жизни! – провозгласила Ланка, и все естественно ее тут же поддержали…

…Расползаться по домам студенты принялись лишь в районе пяти часов утра. Из нашей группы оставалось человек пять. Я глянула на Сиелану, беспробудно сопящую на плече отключившегося эльфа и решила, что нам тоже пора домой. Наверно, лучшим вариантом сейчас будет моя дворцовая спальня, не тащить же подругу в таком состоянии к ней домой!

Я честно попыталась встать, чувствуя, что единственным моим желанием сейчас является скорейшая близость к туалету, а уж потом развозка друзей по домам. Но пол коварно зашатался под ногами, стены поплыли, и я бухнулась обратно на лавку. Так не пойдет! Я помотала головой, сосредоточилась и все же встала. Нашарила рукой валявшуюся на полу сумку с вещами, перебросила ее через плечо и принялась тормошить эльфа, понимая, что Ланку сейчас не поднимет даже гномья пушка.

– Пшли…Буду нас терепол…телероприро…телепорни…короче, домой идем! – заключила я, понимая что ничего более связного сказать я уже не в силах.

Эльф кое-как приоткрыл один глаз, понял, что я чего-то от него хочу, и горько вздохнул.

– Давай, бери Лану и потопали на улицу.

Лори, шатаясь так, будто бы нес на своих плечах целого бражника, встал, обхватил рукой Ланкину талию и направился вслед за мной к выходу.

Вот демоны! Почему в этой несчастной таверне так много столов?! По-моему вечером их было намного меньше! Как минимум раза в два…

Прохладный ночной воздух приятно холодил лицо. Звезды на темно-синем небе уже ощутимо померкли, готовясь к скорому рассвету. Но город еще спал или просто создавалось именно такое впечатление.

– Слав…может давай я? – спросил вдруг охрипшим голосом эльф. – А то еще занесешь куда-нибудь.

– А…давай ко мне в спальню.

– Так я не был в твоей спальне, – священно округлил глаза Лори.

– Значит, это судьба.

Я вроде как вспоминала слова для телепортации и тихо накидывала тонкую паутинку заклятия на друзей. М-м-м…Поехали…Мир заискрился, поплыл оранжевый туман…

Странно, вот я заметила, что у каждого мага при перемещении свой цвет возникающего тумана. У Летирры – серый, у Ланки – сиренево-голубой, у Лори – зеленый, у учителя – белый. Интересно, с чем это взаимосвязано? Я не слышала, чтобы кто-то связывал это, например, с качествами характера или аурой. Вот так непроизвольно наметилась тема для возможной кандидатской…

…Кругом темно. Очень-очень темно, хоть глаз выколи. И тихо, как в склепе.

К потолку вспорхнули сразу три моих светлячка, я с перепугу чуть перестаралась.

Спальня. Моя, вроде бы. Свечи не горят, вот и темно.

Кое-как мы притулили Ланку на правую сторону моей кровати, Лори свалился неподвижным мешком на небольшой кушетке в углу, а я еле доползла до левой половины своего огромнейшего ложа. Лори уместился бы здесь вместе с нами на ура, но эльф, даже в полубессознательном состоянии раскраснелся и по-джентельменски отказался. Стоило только притронуться к подушке, и я провалилась в вязкую темноту.

Сон был чудесным. Таких прекрасных картин мне уже не виделось давным-давно! Ярко сияло солнце на лазурном небосводе без единого облачка, неторопливо бежала невдалеке небольшая речка, зеленела высокая сочная трава, жужжали большие стрекозы. Меня прикрывали тенью раскидистые ветви плакучей ивы, и я лежала на берегу, наслаждаясь жизнью. Хоть во сне понаслаждаюсь, а то в реальности попросту некогда…

– Хороший денек, – я обернулась. Да, давненько я не видела своего нынешнего собеседника. Прям соскучиться успела…

Бесконечно долго молчание с ее стороны, естественно, длиться не могло…

Около меня на траву примостилась я сама, правда в полном обличье демона. Необычная медно-золотистая кожа, прямо как у моего отца, ярко-красные волосы, впрочем я сейчас тоже недалеко ушла, зеленые глаза с тонкой вертикальной полоской зрачка. Острые эльфийские уши беспечно открыты всем на обозрение, а мне же, наоборот, вечно приходится их прятать… Мы такие разные, совсем-совсем… Но мы – одно целое, я уже к этому привыкла.