Сергей Садов - Князь Владимир

– Это был не слишком честный прием, – прохрипел он, с трудом поднимаясь, опираясь на меч.

Вольдемар спокойно стоял в стороне опустив мечи.

– Мне казалось, что у нас тренировка боя, а не спортивного поединка.

Граф с досадой посмотрел на Вольдемара. Тот, похоже, даже не вспотел и оставался совершенно невозмутимым.

– И в чем вы видите разницу? – сердито поинтересовался он.

– В спортивном поединке есть правила.

– А вы считаете, что в бою их нет?

– Я считаю, что в бою правило одно – остаться живым.

– Даже если для этого понадобиться пожертвовать честью?

– Смотря, что вы под этим понимаете. На войне правил нет.

– Ладно. – Граф вложил меч в ножны. – Но зачем вы так сделали сейчас? Вы же и так побеждали!

– Мне показалось, вы не понимали, что в реальной битве против вас могут применить любой прием, даже доской по голове. Рыцарского поведения там ждать не стоит. Возможно, и победил бы, я уже начал понимать стиль вашего боя, а может быть вы еще подкинули бы какой сюрприз. Я не настолько самоуверен, чтобы думать, будто могу понять вашу школу после нескольких минут боя.

– А вот ваша школа совершенно необычна.

– Ничего удивительного – ваша для меня тоже кажется необычной. Филлип, например, сумел сильно удивить меня, из-за него, кстати, я так осторожно сражался с вами.

– А можно ваши мечи посмотреть? – вдруг поинтересовался граф.

Володя пожал плечами, подкинул один меч, перехватил его за лезвие и протянул рукояткой вперед.

– Ого! – вырвалось у графа, когда он принял меч. – Такой легкий? Он прочный?

Мальчик указал на молодую осину у обочины.

– Попробуйте сломать.

Граф недоверчиво оглядел узкое, чуть изогнутое лезвие меча, кажущегося игрушкой. Потом подошел к дереву и со всей силы рубанул… аккуратно срезанная осина рухнула прямо на ругающегося графа, накрыв его ветками с головой.

– Я не парировал ваши удары лезвиями мечей, – совершенно невозмутимо отозвался Володя.

Граф выбрался из-под дерева, уже более уважительно посмотрел на меч, потом на срубленную осину с толщиной ствола в охват ладонями. Обошел дерево и изучил место сруба.

– А если бы принял мой удар на лезвия? – задумчиво поинтересовался он.

– Мне было бы жалко ваш родовой меч. Я не мог себе позволить такого.

– Что это за металл?

– Не знаю, – совершенно честно ответил Володя. – Я не оружейник, а те свои тайны хранить умеют. Эти мечи сделали специально под меня, когда я собирался в это путешествие.

– А ваш родовой меч?

– Он остался в империи и пойдет следующему наследнику рода. Я в империю уже не вернусь.

– Да-да, я помню, вы говорили об этом. – Граф вернул меч и чуть склонил голову. – Что ж, в таком случае позвольте откланяться, мы с моим оруженосцем спешим, потому плестись вместе с вашей телегой не хотим… какое счастье, что нам не досталась эта кляча…

– Конечно, – согласно кивнул Володя. – В отличие от вас, мы никуда не спешим.

Вскоре Граф Артон и его оруженосец уже шагали к городу, где собирались приобрести коней и отправиться в столицу.

– Вы же тоже собирались в столицу? – поинтересовался Володя у Филлипа. – Могли бы отправиться с ними.

– Я тоже не спешу, – вздохнул солдат. – Все думал над вашими словами, милорд. Ваша светлость… у меня к вам просьба… Вы согласитесь принять мою присягу?

Володя чуть обернулся.

– Хотите мне служить? Почему? Замков у меня нет, сам я не знаю, где буду через неделю, о стабильном доходе речи тоже нет, так что не факт, что всегда будет еда.

– Тем не менее, слугу вы наняли.

– Вот именно. Нанял. Он со мной, пока я ему плачу, потом он волен будет уйти. Присяга, как я понимаю, нечто совсем другое и добровольный отказ не предусмотрен.

– Ну… вы вольны меня освободить от неё, однако вы правы, ваша светлость, о материальной стороне дела я думал в последнюю очередь. Тем не менее, я готов повторить свою просьбу принять меня под вашу руку, милорд.

Володя задумался.

– Что ж… ты прав… лишний меч нам, судя по всему, не помешает, особенно путешествуя по стране, в которой идет война. Если действительно хочешь этого, я согласен. Только я не знаю, как у вас это положено делать.

Филлип отстегнул меч в ножнах и протянул их мальчику.

– Вы должны дать мне оружие, ваша светлость.

Володя принял меч, повертел его, потом протянул двумя руками. Филлип опустился на одно колено, принял меч и коснулся его лбом.

– Я, Филлип Норт, клянусь служить князю Старинову мечом и сердцем. – Солдат поднял голову и выжидательно посмотрел на мальчика. Тот на миг замялся, потом сообразил чего от него ждут.

– Я, князь Вольдемар Старинов, принимаю под свою руку Филлипа Норта. Этого достаточно?

– Да, ваша светлость.

– А я размялась! – подбежала разгоряченная Аливия. – Теперь ты со мной позанимаешься?

– Что ж… – Володя с сомнением посмотрел в сторону близкого города и вздохнул – ведь действительно обещал. – Давай. Свободный бой…

В город входили так же неторопливо, как и двигались к нему. Впрочем, эта лошадка, судя по всему, принципиально не желала куда-то торопиться.

– Как там этот город? Рогур?

– Совершенно верно, ваша светлость.

– Скажи, Филлип, тут можно достать приличную лошадь?

– Приличную, вряд ли, милорд. Война же, всех приличных забрали. Так что лучше этой вряд ли отыщем.

– И все же посмотри, пожалуйста, – вздохнул Володя. – Тащиться год до соседнего города у меня нет никакого желания. Да еще кормить эту скотину, которая и так жрёт не переставая.

– Она хорошая! – возмутилась Аливия.

– Она очень хорошая, – согласился с ней мальчик. – Но нам не подходит. Джером, знаешь, где тут можно остановиться?

– Смотря сколько вы собираетесь пробыть тут, милорд.

– Чем меньше, тем лучше. – Володя брезгливо оглядел пыльные улицы с положенными по ним досками. Трудно даже вообразить, что тут творится после дождя. Кто-то ругал российские дороги? Они автобаны по сравнению с этим. Телегу тряхнуло, когда гнилая доска проломилась под колесом и мальчик чувствительно приложился копчиком, несмотря на смягчающую подушку из соломы. Помянув всех чертей, он вынужден был закрыться, когда из ближайшего окна вдруг перед ними выплеснули что-то вонючее. – Это не то, что я думаю? – он даже побледнел слегка и его отчетливо замутило.

– Ночной горшок, милорд, – без нужды пояснил Джером.

– Я знаю, что это такое! – раздраженно отозвался Володя. Аливия удивленно глянула на него – никогда еще её всегда спокойный друг не был таким возбужденным. При этом он с ясно виденным страхом посматривал на окна вторых и третьих этажей.

– Разве у вас так не делают?