Смерть айдола (СИ) - Кощиенко Андрей Геннадьевич

СонЁн переводит взгляд на меня. На её щеках дорожки от слёз.

- Он мудак конченый. – говорю я. – Полностью тебя поддерживаю. Попей водички, успокойся.

Онни кивает и, схватившись за кружку, моментом выхлёбывает уже подостывший чай.

- Ещё налить? – предлагаю ей я.

Но та в ответ отрицательно мотает головой и с лёгким вздохом облегчения откидывается на спинку дивана. Пауза секунд в десять.

- Не зря говорят, что и листок бумаги легче, если его поднимать вдвоём. – вздохнув, наконец произносит она. - Спасибо, что пришла, ЮнМи. А то я в одиночестве, - думала, думала…

- Только ты не говори никому, ладно? – с ноткой тревоги в голосе просит она и начинает вытирать руками слёзы на щеках.

- Стоп. - говорю я. – Косметику размажешь. Дай я.

Преодолев небольшое сопротивление онни, отвожу её руки от лица и, достав свой платок, начинаю аккуратно, промакивающими движениями, убирать им следы слёз.

- И о чём же вы думали, сонбе? – спрашиваю я.

- Искала, где я допустила ошибку, если со мной так поступают? – судя по интонации, искренне отвечает СонЁн.

- Ха! - вырывается у меня. – Тоже мне, нашла занятие! Ты, - классная девчонка. Красивая, умная. Какое-то мудло чего-то там сказало, а ты самокопанием занялась? Надо сразу было слать его куда подальше, да и всё!

СонЁн озадаченно хлопает на меня глазами.

- Он старше. – удивлённо говорит она. – И он директор.

- Мудак он конченый, а не директор. Ни один нормальный директор не будет доводить своих работников до такого состояния. Как ты теперь будешь работать?

Во взгляде СонЁн появляется тревога.

- Я могу работать. – говорит она, выпрямляясь и садясь прямо. – Со мной всё в порядке!

Корейское трудолюбие, усвоенное с молоком матери. – думаю я, глядя на неё. – Итить-раскудрить эти местные традиции! Можно было даже не спрашивать, - будет она дальше работать или нет? Задавать подобный вопрос кореянке, да ещё айдолу – глупо. Конечно – будет!

- Сиди спокойно. – требую я, держа платок. – Я ещё не закончила.

- Спасибо, что ты пришла. – ещё раз благодарит СонЁн, когда заканчиваю удалять следы слёз с её лица. – Я не знала, с кем могу об этом поговорить, а ты пришла и стало легко. Спасибо тебе, ЮнМи.

- Пожалуйста. – отвечаю я и интересуюсь. – Что вы собираетесь делать дальше, сонбе?

- Я? Я не знаю. – честно признаётся она. – Когда директор… Это было так неожиданно. Я испугалась. Никогда не оказывалась в такой ситуации. Может, будет правильно…

- От тебя поеду на встречу с представителями «UMG». – не став дослушивать, перебиваю я. – ЮСон хочет, чтобы я отказалась от работы с ними и уговорила их «подписать» тебя.

Замолчав, СонЁн удивлённо смотрит мне в глаза.

- ЮнМи, я… Я не знаю… - неуверенно произносит она.

- ЮСон сказал, что это единственная для тебя возможность куда-то вылезти отсюда.

СонЁн молчит, прикусив нижнюю губу.

- ЮСон мудак, но мыслит он здраво. «UMG» - это серьёзный шаг в карьере. Они не местные умельцы.

- Ты хочешь, чтобы я для тебя что-то сделала? – спрашивает СонЁн.

Спрашивает, - чего хочу взамен? – понимаю я подоплёку прозвучавшего вопроса. – Пфф… Если скажу - «безвозмездно», вполне возможно, меня не поймут. И не потому, что такие плохие, а просто – жизнь такая. Впрочем, сам бы в бескорыстие помыслов не поверил бы. Что же с неё взять, чтобы выглядеть нормально? … Без понятия!

- Давай договоримся так. – предлагаю я. – Я рекомендую тебя «UMG», а ты, взамен, обещаешь тут же сообщать, если ЮСон снова будет приставать. Приеду и наведу порядок.

- И всё?

- И всё.

- Ты откажешься от «UMG» ради меня?

- Почему бы и нет? – улыбаюсь я. - «UMG» большое и многочисленное, а ты маленькая и одна. Потом, я ещё «Sonymusic» не сказала своё «нет». Всё равно не получится подписать контракт сразу с двумя лейблами. По-любому придётся выбирать.

СонЁн на пару мгновений задумывается.

- А что ты будешь делать? – задаёт она следующий вопрос. – Если ЮСон опять …

Не договорив, СонЁн вопросительно смотрит на меня.

- Буду в чувство приводить. – обещаю я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Он сказал, что заставит меня выглядеть плохо. Устроит мне позорный промоушен с ужасными костюмами и плохой песней. А когда я флопнусь, он посадит меня в «подвал» и денег я буду зарабатывать только на рамён. – жалуется онни. – Что ты сможешь с этим сделать?

Креативный товарищ. – недовольно думаю я об угрозе ЮСона. – И ведь действительно, против такого ничего не сделаешь. Решения о деятельности исполнителей принимает он.

- Нормально всё будет. – обещаю я и декламирую, с одновременным переводом на корейский, пришедшее в голову четверостишье.

Реальность жизни такова:

Толпою валят даже льва!

- Если не справлюсь, у меня есть к кому обратиться за помощью. Нам просто нужно дождаться СанХёна. СанХён придёт - порядок наведёт. Ты сама-то хочешь с французами работать?

СонЁн уверенно кивает.

- Хочу. – говорит она.

- Хочешь, - значит будешь. – подвожу я итог разговору и, поднявшись на ноги, говорю. – Всё. Поехала «UMG» мозги парить. А заодно и ЮСону, если подвернётся.

- Я провожу тебя. – тоже вставая с дивана, говорит СонЁн и спрашивает. – Ты не боишься?

- Я спать хочу. – отвечаю я. – Мысль о том, что со сном у меня теперь так будет до конца жизни, - вот это пугает! А переговоры? Что там страшного? Из гранатомётов там друг в друга не стреляют.

Время действия: тот же день, позже

Место действия: агентство « FAN Entertainment»

- Контракт, - это, конечно, замечательно. – говорю я и наклоняю голову в благодарность. – Только, боюсь, этот проект будет мертворожденным. По причине невозможности его выполнения...

Сидим с французами в кабинете ЮСона, обсуждаем возможность сотрудничества. Ещё присутствуют ЁнЭ, КиХо и ЮСон, но они – выпали потому, что в общении с представителями лейбла я перешёл на французский. А ну этих, агентских! Пусть сидят, моргают себе, особенно ЮСон. Он меня конкретно раздражает. Не сподобился даже переводчика пригласить. Решил, что я буду за него. Вот пусть теперь пытается догадаться по лицам, что происходит!

- Понимаете, господин ИмСу, я служу. – говорю я старшему с французской стороны. – А моя страна находится в состоянии войны. Фактически боевые действия не ведутся, но они могут начаться в любой момент в случае обострения ситуации, как это было совсем недавно…

ИмСу понимающе кивает, и я вижу, что он смотрит на мою медаль. Сегодня я в форме и с наградой. Мне ещё нужно будет в части появиться.

- … В случае объявления тревоги я должна прибыть в расположение своей воинской части и приступить к защите и обороне государства. Наличие какого-то стороннего обязательства в виде разового концерта или гастролей, - не является причиной для невыполнения этих действий…

ИмСу огорчённо покачивает головой, понимая ситуацию.

- Пока я в армии, просто не представляю, как можно подписать контракт, даже с таким крупным и знаменитым лейблом, как «UMG». – говорю я, подводя итог.

- Непонятно, госпожа ЮнМи, что при ваших талантах, вы связали свою жизнь с такой… непростой структурой, как армия. – говорит ИмСу.

- Защита целостности и безопасности государства есть священный долг каждого его гражданина. – чётко, словно по писаному, отвечаю я.

- Конечно, конечно. – быстро отвечает ИмСу, видимо, решив, что оскорбил мои патриотические чувства. – Каждый гражданин должен быть патриотом своей родины. Но, госпожа ЮнМи, приносить пользу и славу своей стране можно не обязательно служа в армии.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Понимаю, о чём вы говорите, господин ИмСу. – отвечаю я. – Только ситуация сейчас такая, какая она есть. Пока меня не демобилизуют, считаю, что заключать какие-то контракты, - бессмысленно...

На лице ИмСу появляется выражение разочарования.