Анатолий Нейтак - Камень и Ветра 5. Путь наверх

По итогам дискуссии был сооружён пятый прототип, но не редуктора кинестатики. Новое устройство было названо пси-порталом.

Пользуясь энергией, текущей из пси-портала, Устэр зажёг и без напряжения удерживал в зажжённом состоянии бешено вращающийся диск из добела раскалённого пламени. Удерживал до тех пор, пока температура в помещении, невзирая на усилия кондиционеров, не поднялась на пару градусов. Тогда я, пользуясь энергией из того же источника, прихлопнула диск сетью ледяной тьмы, и мы вернулись от развлечений к серьёзной дискуссии.

- Да, энергетику эта штука поднимает неплохо, – кивнул Устэр на вопрос Бритвы. – Вы же сами видели. Но обычная телепатия в поле пси-портала всё равно так же "легка", как движение через болото по пояс в жиже!

- Энергетики должно хватить, – заметила я. – Нам не обязательно придерживаться канонов. Воздействие на электрическое поле работающего мозга можно воспринимать как разновидность оперирования энергией.

- Неужели? А ты представляешь себе сложность такого "оперирования"?

- Вполне. Сложность примерно того же порядка, что и при снятии/наложении мода. Ничего такого уж сверхъестественного.

Устэр саркастически усмехнулся, но предпочёл не спорить.

Начался новый этап проб и ошибок. В редукторах кинестатики имелись контуры, стабилизирующие выходной поток кинезиса. В самом деле, очень неудобно было бы, если бы лёгкое отвлечение внимания оператора приводило к падению тысячетонных левитирующих конструкций. Бритва и Зилла пытались преобразить простейшую стабилизацию в полноценное конфигурирование. Для начала была поставлена задача с минимальным количеством переменных. И эта задача оказалась решена достаточно быстро. Во время демонстрации я выдавала простой постоянный импульс минимальной силы – примерно такой, как если бы требовалось удерживать в воздухе чашку кофе. А Бритва, отдавая команды дополнительным контурам пси-портала, превращал этот импульс в последовательность коллинеарных векторов, лихо отстукивая на старомодной клавиатуре осмысленный текст. Так лихо, что ни одна секретарша не угналась бы.

- Знатный фокус, – сказал Устэр. – А что дальше?

- А дальше придётся заказывать миниатюрные блоки, каждый из которых будет повторять разработанную схему, – ответила Зилла вместо отца. – Придётся распараллеливать поток в четыре, а то и пять последовательных стадий, так, что в нижней матрице будет не менее десятка миллионов одинаковых чипов. Мощностей нашего домашнего нанозавода на такое явно не хватит.

- Хватит, – ехидно усмехнулся Бритва. – Если уважаемые маги готовы ждать результата этак с полгода. Готовы?

Я вздохнула.

- Нет. Видимо, мне придётся связаться с милейшим М. Т. насчёт кредита: вы и так уже потратились на наш безумный проект…

- Бросьте! – Паук выглядел довольным, как объевшийся сметаны кот. – Я не обеднею, на несколько часов арендовав нанозавод средней мощности. Скажу по секрету: контрольный пакет акций одного из таких нанозаводов лежит в моём цифровом сейфе.

- Папа?!

- Выгодное помещение капитала, не более того. Неужели ты думаешь, дочка, что твой старый отец, умеющий ориентироваться в многомерных связанных абстракциях, не способен прогнозировать колебания биржевых курсов? Но у меня будет просьба, – развернулся ко мне Бритва.

- Какая?

- Я хочу, чтобы вы проинспектировали тот нанозавод вместе со мной. На всякий случай.

В ответ я медленно кивнула, ловя невысказанную мысль. Промышленный шпионаж – штука страшная. Паук способен затереть всякие следы выполняемого для него заказа, хотя работа с чужим непроверенным оборудованием в этом смысле опасна: мало ли где и как могут сохраняться резервные копии данных о техпроцессе? Но физически Бритва уязвим точно так же, как любой человек. Если кто-нибудь обратит внимание на таинственные засекреченные манипуляции, этому гипотетическому кому-нибудь может прийти в голову, что секрет стоит того, чтобы за ним побегать. А для раскрытия чужих коммерческих тайн в Иридосети не брезгуют и убийством…

- И как прошёл визит на производство?

- Вполне пристойно, Джинни. Вполне пристойно. Правда, отпускать Бритву одного действительно не стоило, будь он хоть двадцать раз главный акционер. Но с помощью неэтичной телепатии и ещё менее этичного мордобоя мы с Устэром не допустили утечки информации.

Три пары глаз заворожённо смотрели на шестирукую зверушку размером с кошку, похожую на большеглазую жёлтошёрстную помесь кентавра и обезьяны. Четвёртая пара глаз была прикрыта: Бритва не нуждался в глазах своего человеческого тела, чтобы следить за происходящим.

Кроме того, происходящим он попросту управлял.

Потоптавшись на месте, шестирукий зверёк подошёл к коробке с потрёпанными детскими кубиками, на каждую из граней которых был нанесён какой-либо символ: буква, цифра, знак препинания. Зверёк схватился за коробку, напрягся – и вытряхнул кубики на квазиживой мох напольного покрытия. Опустевшая коробка была отложена. Хватая и устанавливая кубики в один ряд, зверёк быстро составил грамматически безупречную фразу, сильно смахивающую на цитату: "Вот, друзья, познания достойные плоды!" Оставив в покое кубики, зверёк подошёл к детскому планшету, извлёк магнитную ручку и написал ту же самую фразу причудливым почерком, изобилующим завитушками и далеко вынесенными "хвостами". После чего уронил ручку и пулей взлетел на один из шкафов, откуда и принялся пугливо зыркать на нас своими карими глазищами.

- Что это с Млотти случилось? – спросила Зилла.

- Небольшой стресс, – бесцветно ответил Бритва, открывая глаза. – А как ещё должно реагировать неразумное животное, когда его превращают в автономный манипулятор?

- Итак, – без особой нужды констатировала я, – нейродрайв работает.

- Увы, да.

- Почему "увы"?

- Потому что при помощи нашей адской машинки нервную систему человека тоже можно взять под контроль. Никакой принципиальной разницы.

- А вы всё-таки попробуйте. Вдруг не получится?

- Не терпится стать подопытной крысой?

- Эта роль для меня не внове. Дерзайте.

…ощущение оказалось крайне странным. Как будто у лунатика, проснувшегося наполовину, но всё ещё продолжающего двигаться. Без привычной грации, движениями то излишне резкими, то неестественно замедленными я собрала кубики обратно в коробку… или, вернее, Бритва собрал кубики в коробку, отдавая мне молчаливые команды. Когда процесс уборки завершился, я попыталась воспротивиться внешнему нажиму. Мой исток, за право управления которым прямо у меня в мозгу схлестнулись две силы, задрожал, точно в падучей. Ноги подогнулись, я свалилась на мох покрытия. А ещё секундой позже – встала, как ни в чём не бывало, и села обратно в кресло.