Макс Армай - Звезда и жернов

Командир стражи швырнул вниз зажженный факел.

— Осветите своё лицо, ади Ранек! — попросил он.

Один из всадников соскочил с коня и, подобрав факел, осторожно приблизил его к лицу рыцаря, хотя оно было неплохо видно и в свете лун.

— Высоко слишком. Но кажется, это и в правду он, — повернулся к солдату старший стражник.

— Так что? Открывать ворота? — тихо спросил тот.

— Не будь таким дураком! Мало что ли мы повидали за последнее время? Может это перодетые чародеи, один из которых принял личину благородного ади Ранека!.. Эй, ты! — подозвал он одного из солдат, столпившихся на стене. — Скачи в замок! Доложи аргоду стены, что у Пьертских ворот ади Ранек, в сопровождении большого отряда рыцарей и простых воинов просит немедленно впустить его. И что, согласно его словам, следом за ним, к городу, быстро приближается неизвестная вражеская армия. А ещё, что хочешь делай, но чтобы через полчаса придворный волшебник был здесь! Иначе я собственноручно повешу тебя на этой стене, на радость воронам!

Едва дослушав своего командира, солдат развернулся и бросился исполнять приказание. Между тем, потревоженный непонятным шумом город, пробудился. Одно за другим загорались окна, и испуганные горожане потянулись на улицу, дабы узнать о причине переполоха. Но улицы снаружи крепостной стены проснулись ещё раньше, и вот уже, от дома к дому, подобно всепожирающему пламени, понёсся страшный слух — война! И, что самое страшное — враг уже почти у порога! Объятые невообразимым ужасом люди, хватали самое ценное из своего имущества и, в сопровождении своих домочадцев, устремлялись к городским воротам.

— Чего вы медлите? Отворяйте! — громовым голосом закричал ади Ранек. — Открывайте, Тёмный вас побери, или, клянусь всеми ранами Господа нашего, Игуна, я всех вас выверну наизнанку, а души ваши отправлю прямиком в кван!

— Откройте!.. Откройте! — нестройными, испуганными голосами подхватили столпившиеся у рва жители Тарда — предместья, со стороны Пьертских ворот. — Во имя Господа нашего, откройте! Пощадите нас и детей наших! Откройте!

— Молю вас о терпении, Ваша Наирешительность, — перегнулся через стену старший стражник. — Сейчас должны подъехать аргод стены и придворный волшебник, и, как только они здесь будут, я всех вас впущу.

— Пронзи меня рог Тёмного! Зачем вам придворный волшебник?! — взъярился, потеряв терпение, рыцарь. — Если вы немедленно не откроете ворота, то может быть поздно! И тогда под стенами города, принадлежащего герцогу, будут убиты те, кто взывал к Его Милости, в надежде на Его высочайшую защиту, и это несмываемым пятном вечного позора ляжет на честь ади Вальми! Он ни за что вам этого не простит!

Старший стражник невольно поёжился, но на угрозы не поддался:

— Прошу меня великодушно простить, но без аргода стены и господина придворного волшебника я сделать это никак не могу! У меня приказ!

Рыцарь выругался себе в бороду и поворотил коня:

— Братья рыцари! Солдаты! Да не посрамим честь Имрии! Раз уж эти дары твердолобые не намерены нас впускать, то ничего не остаётся, как самим принять здесь бой! Пусть наша честь, в памяти потомков останется чиста, а они о своей — пускай сами пекутся! С нами Господь, Отвага и Единая Сила! — и расталкивая толпу, рыцари и простые воины, следом за ади Ранеком, стали пробираться к дальнему концу улицы.

— Может всё-таки впустим? — смутился стражник.

— Заткнись! — зло бросил тому старший стражник и без того уже изрядно уязвлённый.

Но видимо и в замке услышали вратный рог, ибо прошло совсем немного времени, когда, к величайшему его облегчению, к воротам приехали сам герцог, аргод стены и придворный волшебник, в сопровождении полсотни конных, вслед за которыми бежали, в полном вооружении, пешие солдаты.

— Лучники и два десятка кольчужных — на стены! — прорычал, перекрывая всеобщий шум, герцог, сам торопливо поднимаясь наверх. Это оказалась делом не быстрым, ибо стены Индэрна всегда славились своей высотой, а герцог — тучностью. Оказавшись, наконец, там и немного отдышавшись, он оттолкнул с самого удобного места старшего стражника и, уставившись вниз, заорал:

— Ади Ранек, во имя Господа нашего, отзовитесь! Это я, Вальми Уарги Индэрнский, по прозвищу Северный Зуб! Придите к воротам и, клянусь вам всеми искуплёнными Ирдума, если это, действительно вы, то я немедленно прикажу опустить мост и поднять ворота!

Не успело смолкнуть эхо его могучего голоса, как ко рву вновь приблизился ади Ранек, в сопровождении воина с факелом.

— Это, без сомнения, он! — прошептал герцог и повернулся к Дэдэну. Волшебник, даже не глядя вниз, утвердительно кивнул.

— Ещё мгновение, наихрабрейший и бесценнейший мой ади Ранек! — крикнул тому герцог и перегнулся через деревянные перила к стражникам. — Опускайте мост и поднимайте ворота!

— Что это там? У горизонта? — прищурился Дэдэн, обращаясь к начальнику стражи, нди’а Онграду. Тот приложил ладонь ко лбу и всмотрелся вдаль. — Проклятье! Враги приближаются!

— Освободите улицу! Все в сторону! — в тоже мгновение приказал герцог. А мост, с надсадным скрипом, опускался всё ниже, и, едва только он коснулся другой стороны рва, как жители предместья устремились под защиту городских стен. Ади Ранек, вместе с другим всадником, едва успел отъехать в сторону, пропуская обезумевшую от страха толпу.

— Мы будем защищать их, пока все не войдут! — перекричал всеобщий гвалт ади Ранек, а затем вновь стал пробираться к стоящему вдали отряду.

— Проклятье! — ударил кулаком по стене герцог. — Он так долго и бесславно бежал, что теперь не в силах устоять перед искушением, преломить с врагом копья!.. Шевелитесь, отродье Тёмного! — зло прикрикнул он затем на толпу.

— Что это? Там, в небе? — вдруг крикнул один из солдат, указывая куда-то рукой. Все уставились в ночное небо, с едва различимыми, в сиянии Лун, звёздами. А там, прямо к городу, летело с десяток гигантских теней.

— Это ещё что за исчадия квана? Уж не драконы ли? — схватил за руку волшебника герцог.

— Что это, Ваша Наирешительность, я пока не вижу. Но, могу заверить, что точно не драконы, — весь так и подался вперёд Дэдэн.

— Драконы! Драконы! — в панике закричали горожане, и сразу же вслед за этим в воротах образовалась давка.

— А ну, копьями их мерзавцев, копьями! Не напирать, конийская бестолочь! А ну не напирать! — взревел герцог. Солдаты ринулись расталкивать образовавшую толчею, нещадно колотя и тесня всех тупыми концами копий. Между тем, зловещие летающие твари уже почти приблизились к городу. Дэдэн закрыл глаза и, что-то пробормотав, широко развёл руки в стороны. В тоже мгновение над землёй прокатился мощный, низкий гул, от которого с некоторых домов даже посыпалась черепица, и громадные твари, беспомощно взмахивая крыльями, устремились к земле, однако, уже почти над самыми крышами Тарда сумели выровнять свой полёт и не дожидаясь следующей атаки, поспешно развернули обратно.