Марина Добрынина - Бей ушастых! Часть 3

Народ Зулкибара! Я не понимаю, что с вами происходит. Гном нападает на человека, а человек на гнома. Волкодлаки пытаются уничтожить дриад. Неужели столько лет мира, спокойствия и дружбы ничего не стоят?

Несколько дней назад был убит Алариэль Цветта. Но кто не знал из вас Алариэля? Алариэля, который рисовал цветы и лица ваших дочерей?! Да, он был эльфом. Но воюем ли мы с народом эльфов? С теми, кто живет рядом с нами долгие годы? С художниками, поэтами, музыкантами и садоводами? Нет! Мы ведем войну с Альпердолионом — с государством, а не с людьми. Поймите это!

Да, возможно, кто-то из Вас слышал о том, что эльфы виновны во всех наших неприятностях. В чем-то это высказывание, возможно, я говорю — возможно, верно. Но не эльфы — ремесленники, и даже не эльфы — дворяне. А те эльфы, которые начали войну. Правители Альпердолиона.

Но даже они заслуживают прощения.

Народ Зулкибара! Говорю вам — король Альпердолиона Рахноэль просит перемирия. И я дам его ему. Возможно, вскоре многие воины вернутся домой. Подумайте о том, что их встретит! Разграбленные дома? Изнасилованные жены? Избитые дети?

В нашей объединенной армии сражаются и люди, и гномы, и кентавры, и даже эльфы. Мой брат — полуэльф, посмотрите на него, — едва не погиб недавно. И ради чего? Чтобы вы могли потешить свое самолюбие, сорвать злость на соседях? А не будет ли вам стыдно после, разумные? Стыдно за то, что вы поддались провокаторам, что вы, в те времена, когда Зулкибар особенно нуждался в вашей поддержке, измывались над теми, кто долгое время жил рядом с вами вместо того, чтобы сплотиться и в едином порыве сказать врагу — "нет"?

Здесь я могу недолго помолчать, обвести горожан строгим взглядом. Так, продолжим.

— Вы слышите меня, народ Зулкибара? Ответьте мне.

Раздается тихое и какое-то робкое "да".

— Что? Я не слышу вас. А вы меня слышите?

"Да!"

— Еще раз!

"Да!!"

— Вы поняли меня?!

"Да!!!"

— Нам нужен мир!

"Да!!"

— И, в первую очередь, мир в нашем доме. Ведь так?

"Да!!!"

— Я очень рассчитываю на вас, разумные. И те, кто ушел на войну, тоже. Мы должны сплотиться. Сосредоточиться. Все, кто живет в Зулкибаре, независимо от расовой принадлежности. Мы все вместе. Мы как один кулак. Мы непобедимы!!!!"

"Да! Да! Да!" — скандирует народ. А я устала. Все же, подобные выступления отнимают много сил. Спускаюсь. Усаживаюсь в карету. Ларрен, Андизар и задумчивый Шеоннель со мной. Остальные снаружи.

— Ну что, — спрашиваю Ларрена устало, — все нормально прошло?

— Да, — сухо отвечает тот.

— Выглядело впечатляюще, — улыбается Андизар.

Шеоннель как-то криво улыбается. Возможено, ему не понравилось, что я привлекла к нему внимание.

— Что же, — вздыхаю, — будем надеяться, поможет.

Возвращаемся во дворец, радуясь тому, что все живы. Отпускаю все еще пребывающего в глубоких раздумьях брата в его комнату. Что-то мне не нравится его состояние. Пусть отдохнет. Едва успеваю пройти в кабинет, на его пороге появляется Гарлан.

— К Вам посетитель.

— Это срочно?

— Он был записан заранее, Ваше величество.

— Кто это?

— Стонга Фрей, внук лорда Агана Фрея.

— Что ему нужно?

— Не знаю, Ваше величество. Могу только высказать предположения…

Не дослушиваю.

— Ладно, впускай, — велю я.

Лорд Фрей, кажется, все еще в подземелье. Руки у меня не дошли с ним разобраться. Старый мошенник. Вероятно, его внук пришел просить за деда. Сыновья, полагаю, поспешили отказаться от запятнавшего репутацию лорда. Только вот внук и решился заступиться. Что же, я не против отпустить Фрея. Под залог, конечно же.

На пороге появляется невысокий худенький паренек лет семнадцати на вид. Андизар делает шаг ему навстречу. Докладывает:

— Чисто.

— Я слушаю Вас, Фрей, — произношу я.

— Ваше величество, я пришел к Вам, чтобы выразить свое почтение, — дрожащим голосом начинает мальчик.

— Слушаю, — повторяю я.

— Мой дед, лорд Аган Фрей… Я…

Смотрю на парня с неудовольствием. Ну, и долго он еще собирается мямлить? Сказал бы сразу, что ему нужно. Я, между прочим, сегодня еще не ела.

— Я хотел бы… — продолжает Фрей-младший, делая шаг ко мне.

— Говорите четко! — взрываюсь я, не должна же я ему подсказывать, о чем следует меня просить?

Стонга Фрей кланяется, прикладывая ладонь к груди. Успеваю заметить, как рука его скользит вниз, как срывается с его пояса и летит в мою сторону нож. Но вонзается он отчего-то не в меня, а в Ларрена, метнувшегося к нему навстречу. Далее замечаю, что фреевский мальчишка падает на пол и что наместник медленно опускается туда же. И еще я вижу кровь. Много крови. Она стремительно выливается из раны на животе Ларрена.

А я стою, подняв руки, и молчу. И что сказать, не знаю.

Андизар опускается на колени перед наместником, нервно сжимает обеими руками трость.

— Юсар, — наконец, шепчу я, — Юсар!!!

— Юсар, Юсар, Юсар! — кричу, не в силах остановиться.

Целитель, появившийся одновременно с дворцовой стражей, бросается ко мне, я его отталкиваю, указываю на тяжело дышащего Ларрена, прижимающего ладонь к животу.

— Я остановил кровь, — бормочет Андизар, — но он очень плох.

— Отойди! — командует Юсар, — быстро!

Маг, присев на корточки перед раненым, делает несколько резких, дерганых жестов.

— Плохая рана, — бормочет он, потом раздраженно добавляет несколько нецензурных выражений и вдруг поднимает на меня глаза, будто устыдившись проявлению эмоций.

— Ханна, с Вами все в порядке? — спрашивает целитель.

Быстро киваю, не отрывая взгляд от тела Ларрена. Мне откровенно страшно.

Юсар поднимается на ноги и заявляет:

— Я перенесу его в госпиталь. Ранение тяжелое. Мне нужно будет с ним поработать.

Вновь киваю.

Целитель наклоняется к потерявшему сознание Ларрену, и они исчезают.

— Я останусь с Вами, — тихо проговаривает Андизар

Перевожу взгляд на его руки, а они все в крови. Думаю — здравствуй, обморок? А вот и нет, не здравствуй. Просто состояние оцепенения и все.

Киваю в сторону Фрея.

— Он жив?

— Да, — тихо отвечает Андизар, — конечно. Я его просто оглушил.

— Допросить! — велю я стражникам. Мальчишку уносят. Остаемся только я и Андизар. Оба в крови. Она липнет к коже. Не понимаю, я-то когда успела вся в ней испачкаться?

Несколько растерянно произношу:

— Нужно умыться.

Тут же ко мне подлетают служанки. Как странно, я их не звала. Должно быть, Гарлан, как всегда, предчувствует мои желания. Позволяю себя умыть и переодеть. Сама вся в мыслях. Как случилось так, что мы спокойно пережили такое волнительное и опасное событие, как Большой совет и оплошали перед визитом вооруженного ножом мальчишки? Или все же не оплошали? Следует подумать, а оставлять ли лордам и их близким родственникам привилегию носить оружие в присутствии коронованных особ? Ведь именно эта древняя традиция едва не стоила мне жизни. И неизвестно еще, выживет ли Ларрен Кори Литеи — собственность Вальдора.