Маркъ Ренiй - Данаприский рубеж. Партнерство ради мира

— И что ничего нельзя сделать?

— Только через год. Разве что потребовать суда богов, — неохотно признал Тай, помня, что врать он не имеет права.

— Та-а-к, — воспрянул духом Стас, — и в чем он заключается? — Тай вновь вздохнул.

— Я выдвигаю обвинения и требую поединка до смерти.

— Чего же раньше этого не сделал? — Тай смутился.

— Он ведь мой дядя. Как я могу его убить? — Стас хмыкнул.

— От наивная простота! Он подобными вопросами не терзался, когда отправлял на тот свет своего брата, — скиф смутился еще больше. Стас посмотрел на алеющие щеки Тая и растерянный взгляд. Очевидно, что по доброй воле он не пойдет на конфликт со старшим родственником. Стас напряженно думал, нервно меряя комнату шагами.

— А если Андроник прикажет тебе сразиться, — наконец, заговорил он, — ты не осмелишься ослушаться? — терзаемый противоречиями Тай после некоторого размышления кивнул. Бета-тестер приободрился, но задать следующий вопрос не успел. Дверь без стука открылась. Ломившиеся преторианцы поигрывая мечами выгнали Стаса и Тая из комнаты. Вместе с еще несколькими обитателями этажа их отвели наверх, сопровождая приказы двигаться быстрее ощутимыми затрещинами и тычками. Наконец их втолкнули в большой зал. На возвышение отделанный бархатом трон, внизу две скамейки в виде полумесяца. «А центурион не разменивается на мелочи», — подумал Стас, когда Марк плюхнулся к кресло. Трон жалобно затрещал, но выдержал.

— Это все? — он мрачно оглядел собравшихся людей.

— Так точно, — подтвердил, стоявший рядом солдат. Марк еще раз мрачно оглядел собравшихся. Взгляд зацепился за Тая.

— Ты, — он указал на него пальцем, — иди сюда, — скиф замешкался, но солдаты болезненными тычками вытолкнули его в центр зала. Центурион всмотрелся.

— Это тебя притащил Андроник? Ты ведь скиф? — Тай коротко кивнул.

— У меня будет для тебя задание. Я хочу, чтобы ты…

— Нет, — негромко оборвал его скиф.

— Что? — Марк сразу даже не понял.

— Я не буду выполнять твои приказы, чужестранец. Я служу только одному человеку, — тихо сказал Тай и замер с каменным лицом. Центурион открыл рот и чуть не подавился воздухом, лицо покраснело от гнева.

— Взять его! — вскричал он, наконец, опомнившись. К скифу заспешили солдаты, крепко схватили Тая и замерли, ожидая нового приказа. Марк уже открыл рот, но отдать его не успел.

— Не так быстро Марк! — из окна ловко выскочил Андроник.

— Цезарь! — нестройным эхом разнеслось по залу.

— Самозванец! Шпион! Предатель!

— Ты бы уже определился бы, — насмешливо предложил Цезарь, проходя перед расступающимися солдатами.

— Взять его! — взревел взбешенный центурион. Никто не пошевелился.

— А самому слабо? — Марк обвел налившимися кровью глазами подчиненных. Те смотри на командира хмуро и подозрительно. Многие из них не одобряли нападение на полян. Остальные опасались предпринимать поспешные решения. Ловким, доведенным до автоматизма, движением он выхватил меч и бросился на врага.

Все присутствующие затаив дыхание, наблюдали за боем. Несмотря на ловкость и быстроту Андроника, опыт и профессионализм центуриона давали о себе знать. Очень быстро Марк уравнял шансы, нанеся неглубокие, но кровоточащие раны на груди и в боку. Чем краснее становилась рубашка Цезаря, тем медленнее он двигался, хотя еще уклонялся от убийственных ударов противника, но даже Стас понимал, что продержится он недолго.

Стараясь не привлекать к себе внимание, бета-тестер стал пробираться на открытое пространство, крепко сжимая за пазухой рукоять верного нагана. Он понимал, что друг не одобрит вмешательства, но иного способа спасти жизнь наивному дураку не видел.

— Марк, сложи оружие! Я гарантирую тебе жизнь! — с сильной одышкой предложил Цезарь.

— Предлагаешь мне ветерану двух кампаний прозябать в каменоломнях? — центурион сплюнул. Стас сделал выпад, но не рассчитывал силы и упал. Марк ногой отбросил меч противника подальше. Склонился на лежавшим Андроником, для верности наступив ему на грудь ногой.

— Ты мерзкий гаденыш! — прошипел он, — все проблемы из-за тебя! Ты… — раздался грохот. Меч выпал из руки. Следом за ним повалился и сам центурион. Андроник резво вскочил, отыскал Стаса:

— Зачем ты вмешивался? Он еще нужен!

— Да жив, он жив, — отмахнулся бета-тестер, — я в плечо попал. Сейчас нужно решить вопрос со скифами, — Андроник заставил себя успокоиться.

— Есть идеи? — спокойно спросил он.

— А то!

Когда ворота города распахнулись, скифы не поверили глазам. Появившаяся из-за стен компания удивила их еще больше. Вместо ожидаемого войска навстречу им вышло всего три человека. Они быстро приближались и никто из них даже не подумал обнажить оружие. Такая беспечность не на шутку встревожила варваров.

Когда путники приблизились достаточно, чтобы рассмотреть их лица, скифы с удивление узнали пропавшего Тая, о гибели которого объявил вождь. Сына его предшественника в племени любили и по лагерю поползли шепотки. Они успели перерасти в гул возмущения, когда из огромного шатра соизволил выползти вождь. От него несло винными парами, а испачканная одежда и помятое лицо с темными кругами под глазами вызывало у ближайших воинов брезгливость, но возмутиться никто не посмел.

Из шатра выглянули три девичьи фигурки, не обремененные одеждой, весло хихикнули и почти сразу скрылись. Многие скифы скривились, остальные смотрели на вождя с нескрываемой завистью. И те и другие не одобряли потаканию желаний во время войны. Неуверенной походкой вождь подошел к племяннику. В этот момент Тай заговорил.

Говорил он недолго, но эмоционально, то и дело, указывая на дядю. Тот с каждым словом мрачнел и злился, но вмешаться не посмел. Когда Тай закончил, весь лагерь ответил ему одобряющими криками. Вождь хотел возразить, но его попросту заглушали криками. Очень быстро освободили место, нарисовали большой, но неровный круг и силой втолкнули туда вождя, всунув в руки кривой меч. Такой же на вытянутых руках преподнесли и Таю, предварительно поклонившись.

— Похоже, что скифы и сами рады сместить вождя, — сказал Стас. Андроник машинально кивнул, полностью поглощенный церемонией. Прежде чем поединщики сошлись в битве, скифы затянули песню. Весь недолгий поединок речитатив сотен воинов не прекращался ни на миг. Тай сражался яростно, припоминая смерть отца и все последующие обиды. Дядя вяло обивался, не рассчитывая на победу.

После удачной подсечки Тай прижал кринок к горлу родственника. Воины завыли на одной ноте. От нетерпения дрогнула, клинок окрасился кровью. Все замерли в ожидании, но скиф отпросил оружие. Повернувшись к воинам, он залопотал на варварском наречии. Короткая речь была встречена редкими криками, которые быстро переросли в оглушительные овации. О поверженном скифе забыли, а когда вспомнили его уже и след простыл.