Шон Рассел - Единое королевство

Слуга смутился и опустил голову:

— Конечно. Приношу свои смиренные извинения.

— И не болтай о своей глупой выходке. Иначе живо станешь простым конюхом. — Лорд повернулся к Элиз и спросил: — Как вас зовут, дорогая?

— Анжелина. Анжелина А'дрэнт.

— Благородное имя, — проговорил лорд А'дэнне, отвешивая Элиз изящный поклон.

Это имя придумал для нее Гартенн. Многие менестрели брали себе аристократические имена; среди них нередко попадались люди благородного происхождения, хотя лишь немногие из них были женщинами. И потому давно вошло в обычай обращаться с музыкантом, назвавшим благородное имя, если и не как с аристократом, то с определенным уважением. Впрочем, лишь немногие умели держаться с настоящим достоинством — тогда они становились объектами многочисленных шуток. У Элиз, естественно, не возникло никаких проблем — она знала, как ведут себя благородные девицы.

— Вы очень любезны, милорд, — ответила Элиз, делая реверанс. — Ваш сын говорил, что вы славитесь благородством и умением принимать справедливые решения, теперь я вижу, что он вовсе не преувеличивал, что, к сожалению, иногда свойственно сыновьям.

— Вы правы, он не склонен к преувеличениям. — Лорд А'дэнне повернулся к солдатам, все еще крепко державшим Гартенна. — Отпустите его. Пожалуйста, прими мои извинения, добрый менестрель. — Он вновь обратился к Элиз: — Вы не уделите мне несколько минут? — И он жестом пригласил Элиз последовать за ним.

Элиз кивнула, сжала руку лорда Карла и, не обращая внимания на многочисленных солдат, решительно двинулась вслед за лордом А'дэнне, как и пристало женщине благородного происхождения.

Лорд А'дэнне распахнул дверь большого кабинета, вдоль стен которого высились книжные полки, и пропустил Элиз вперед. Он указал ей на удобное кресло, и Элиз села. Она все еще держала в руках сумку с наспех собранными вещами. Наверное, вид у нее был соответствующий — ведь она упала на крыше.

Лорд А'дэнне подошел к буфету, вытащил графин с вином и два бокала. Он налил ей и себе, протянул бокал Элиз и устроился в кресле напротив.

— Вы думаете, что сумеете сбежать от принца Иннесского и его советника? — спросил он без всяких предисловий. Несколько секунд она молчала.

— Что вы имеете в виду? — наконец спросила Элиз.

— Вам нет нужды продолжать этот спектакль. Я не намерен возвращать вас Уиллсам. Если вы выйдете замуж за принца Майкла, я буду вовлечен в войну, чего мне совсем не хочется. — Он сделал несколько глотков вина. — Но вам следует понимать: если станет известно, что я не задержал вас — или, еще того хуже, узнал и оказал помощь… Принц давно ищет возможность проверить свою армию в деле, а я не смогу собрать достаточно войск, чтобы оказать ему хоть какое-то сопротивление. Как видите, мне бы следовало вас выдать, однако я этого не сделаю. И готов пойти на риск. Верьте мне. Больше я вас ни о чем не прошу.

Элиз посмотрела ему в глаза.

— У вас замечательный сын, — спокойно проговорила она. — Быть может, мне бы следовало выйти за него замуж, и тогда не пришлось бы беспокоиться о других претендентах.

Лорд А'дэнне улыбнулся.

— Он и в самом деле человек незаурядный, и вы были бы прекрасной парой, но со временем мне пришлось бы заплатить за оскорбление принца Иннесского, к чему я не готов. Но конечно, вы шутите. Если же вы говорите серьезно, то я не могу вам отказать.

Элиз лишь пожала плечами, медленно потягивая вино.

— Ну а теперь, когда мы установили, что вы вовсе не дочь лорда Каррала, — кстати, как он себя чувствует?

— Хорошо, благодарю вас.

— Рад это слышать. Теперь, когда мы знаем, что вы совсем другая леди, как я могу вам помочь? Бесспорно, я у вас в долгу после тех неприятных минут, которые вам пришлось пережить в моем замке.

— Не знаю, чем вы могли бы нам помочь, но в любом случае спасибо. Могу я спросить у моего спутника, Гартенна? Он лучше меня разбирается в подобных вопросах.

— Конечно — Лорд смотрел на Элиз так, словно чего-то не понимал. — Как вы думаете, почему леди Элиз решила сбежать?

Элиз пожала плечами:

— Возможно, она не хочет быть племенной кобылой для принца Иннесского и его советника. Возможно, она понимает, что этот союз приведет к воине, а она считает, что войн было уже достаточно.

— Я считаю ее мудрой и мужественной женщиной. Если вы серьезно говорили о намерении выйти замуж за моего сына, я готов пойти на риск.

— Но тогда война, которой вы рассчитываете избежать, станет неминуемой. Боюсь, этот союз невозможен, хотя он мог бы оказаться счастливым. — Она поставила бокал на маленький столик. — Могу я поговорить со своим спутником?

Лорд А'дэнне кивнул, и Элиз встала, думая, что все действительно закончилось, как во сне или романе: мудрые благородные лорды, красивые сыновья и побег по крышам.

Но она была готова в любой момент проснуться.

Небо на востоке уже светлело, когда они отвязывали свою лодку. Им пришлось прервать любовное приключение Элффен, чего она так и не простила своим спутникам и теперь с ними не разговаривала. Вдоль берега полз серый туман, река походила на ртуть: инертная, вязкая и непроницаемая.

Карл проводил их до пристани.

— Мне больше никогда не приснится такой прекрасный сон, — сказал он.

— О, я думаю, у вас будет много более прекрасных снов, — ответила Элиз, стараясь сделать их расставание не таким серьезным.

— Если вы когда-нибудь окажетесь в наших местах, знайте, что мое окно всегда для вас открыто.

Элиз рассмеялась. Она посмотрела в сторону лодки и увидела, что Гартенн и Элффен наблюдают за ней. Они быстро отвернулись.

«Моя семья больше меня не защищает», — напомнила себе Элиз, встала на цыпочки и нежно поцеловала Карла. Еще несколько мгновений они держались за руки, а потом она решительно направилась к лодке, чувствуя, как краска заливает щеки.

Гартенн оттолкнулся от пристани и опустил весла в воду.

— Вам не следовало так улыбаться, — проворчал он, — нам грозит серьезная опасность. Если нас поймают… И платить по счетам будете не вы, леди Элиз.

Улыбка исчезла с лица Элиз.

«Ты не знаешь, Гартенн, — подумала она. — Ты не знаешь, какую цену придется уплатить мне».

ГЛАВА 30

Видение, которое возникло перед ними возле Глаза Уиннда, в тот день больше не появлялось, хотя они внимательно следили за рекой. Финнол постоянно возвращался к разговорам о призраке, не замечая того, что остальные не хотели о нем говорить. Даже Бэйори молчал, впрочем, юноша всегда предпочитал иметь дело со знакомыми понятиями, а не с обитающими под поверхностью воды существами.

Ночью они, как всегда, по очереди стояли на страже, но теперь Финнол и Бэйори высматривали во тьме не только всадников, которые могли их преследовать. Когда на следующее утро они вновь столкнули лодку в воду, Тэм подумал, что им всем не помешал бы отдых.