Сергей Солдатов - Клан Рысей

Утром, девушки проснулись в запертой каюте на фелуке, которая шла на всех парусах в открытое море.

Начальнику сыскного департамента городской стражи Весейска, донесли, что в портовом кабаке, появилась некая Нивея. Девица весьма красивая и, по всему видно — «С самой верхушки столичного дна$1 — как выразился полицейский наблюдатель, переговорив с ней в портовом трактире. Она появилась утром, пассажиром на шхуне. Капитан шхуны, которого, уже лет десять, все скупщики краденого в Весейске знали под воровской кличкой Шкипер, намекнул своим знакомым, что эта Нивея не прочь сдать камешки, если предложат хорошую цену и «удочерить» девочку, но совсем молоденькую, не старше четырнадцати лет. По манерам, из нее такая мамаша, что не дай Вседержатель оказаться ее дочкой, но законов она пока не нарушает и на рожон не лезет. Капитан шхуны уже свел ее со всеми, кого знал, но их предложения не воодушевили девицу.

Нивея не скупилась на серебро, развязывая языки, и через два дня вышла на некого Клопа. В разговоре с ним, она вскользь упомянула несколько фамилий жителей Столицы и привела такие примеры из их биографий, которые прояснили Клопу возможное ее место в иерархии столичной воровской гильдии. По всему выходило, что место это было, то ли выше, то ли равно месту его непосредственного начальника, в той же системе. Впечатленный разговором Клоп, не мог отказать, столь высокопоставленной, в воровском мире особе, во встрече с главой местного отделения гильдии, подручным которого Клоп состоял, вот уже третий год. Встретиться решили на шхуне, которая доставит Нивею в то место, где она сможет сама выбрать будущую «дочь», а по пути туда, глава местного отделения гильдии, мэтр Гетрус, со всей почтительностью переговорит с представительницей столичной гильдии.

Утром, в порту, Нивея подошла к большой рыбацкой шхуне, на которой, впрочем, совершенно не пахло рыбой. Ее, со всей учтивостью, провели в довольно богато убранную каюту с хорошо сервированным столом, заставленным закусками и напитками, пообещав тут же отчалить, как только появится Гетрус. Каюту заперли, но, учитывая род занятий людей на шхуне, это было вполне понятной мерой предосторожности, а через несколько минут, шхуна действительно отчалила и довольно бодро пошла в открытое море.

Примерно час никто не появлялся, вероятно, хозяева судна решили проверить, не увяжется ли вслед за ними какая-нибудь лодка или корабль. С палубы за гостьей все это время незаметно наблюдал через потайное окно человек, к которому, весьма почтительно относились все члены команды. Это был Гетрус, глава воровской гильдии города Весейска, чин, в воровском мире, не меньший чем бургомистр в Империи. Он смотрел на то, как его гостья закусывает, демонстрируя провинциалам, изысканный столичный стиль поведения за столом и никак не мог понять, что его в ней настораживает. Началась небольшая качка и Гетрусу пришлось взяться за поручень, а затем он внезапно побелел, до крови закусил губу и жестом подозвал Клопа.

— Ты кого привел? — прошипел Гетрус прямо в ухо, ничего не понимающему Клопу — Ты чем думал, когда говорил с ней?

— А что такое, босс? С ней вроде все нормально, она знает всю столичную верхушку и Шкипер ее представил мне по всей форме.

— Короче! Быстро собрал всю команду в кают–компании, всех до последнего юнги, если он тут есть — приказал Гетрус — пять минут на все тебе.

В кают–компании Гетрус, неожиданно для всех, заявил, что они влипли. Придется сдаться госпоже, и служить ей, верой и правдой, столько времени, сколько она пожелает. По некоторым признакам, о которых он, не желал бы сейчас говорить, ему понятно, что Нивея, представляет очень сильный столичный клан, ссорится с которым, у Гетруса, нет никакого желания. Команде шхуны, он тоже не советовал бы конфликтовать с госпожой.

— А кто знает, что она на нашей шхуне? — вдруг спросил капитан.

— Думаю что никто — ответил Клоп.

— Я следил за ней все время, после того как она пошла вчера в гостиницу и до ночи, потом меня сменил Попрыгунчик. Она всю ночь спала и из каюты не выходила, а утром сразу пошла в порт, даже завтракала тут на шхуне.

— Ну, так якорь на шею и в воду, никто не подумает на нас — а перед этим развлечемся со столичной дамочкой, да и вещички у нее что надо, а в кошельке денежки и камешки водятся — предложил капитан.

— Я еще раз повторяю, что категорически против любых попыток нападения на госпожу — вступил в разговор Гетрус — а тем, кто таких сложных слов не понимает, объясню проще — стремно это! Да так стремно, как у вас в жизни не бывало.

— На шхуне я хозяин — заключил капитан, вставая — краем глаза я успел увидеть, что у нее в сумочке. Такой куш нас всех до конца жизни обеспечит. Мы запрем вас тут, чтобы не мешали, а сами пойдем и свернем шею этой столичной цыпочке.

— Да она тебе специально показала зачем-то свою сумочку — начал было объяснять Гетрус, но капитан грубо прервал его.

— Ну и дура, что хвастается, нам же проще, что сама на себя наводку дает.

— Босс, я конечно с Вами, — начал разговор Клоп, когда моряки вышли — но не понимаю, на что Вы надеетесь. Их сейчас пятеро, они при оружии и боцман взял арбалет, он ее уложит через смотровое окно. Я знаю эту команду, ребята не слабые, с островными пиратами не раз бились и побеждали. В случае чего, они остальную команду с вахты позовут, а тех еще человек двадцать. А сейчас и ее утопят и нас, чтобы не болтали. Никто знает, что мы тут, а Вы так спокойны, не понимаю я Вас.

— Правильно, что ты остался со мной, не прогадаешь. Потерпи несколько минут и поймешь, что ничего с нами не случится именно потому, что мы не пошли против нее. Поверь, у этих дуралеев нет ни единого шанса в поединке с ней, а все свидетели, что я был категорически против нападения.

И действительно, не прошло и трех минут, как прибежал один из матросов, возбужденный, с выпученными глазами и скороговоркой пробормотал, что госпожа желает их видеть. Клоп с уважением, смешанным с удивлением, посмотрел на Гетруса и оба они пошли на встречу с Нивеей.

В каюте, потрясенный Клоп, увидел связанных по рукам и ногам, блестящей проволокой, капитана и двух матросов. Третий матрос, по приказу девушки, убежал на палубу, оказывать помощь раненому, своим же арбалетным болтом, боцману. Ни у кого из команды теперь и в мыслях не было ослушаться ее.

— Убедительно прошу Пресветлую поверить, что я был против этого нападения — кланяясь, с порога заявил Гетрус.

— Да я Вам верю — обворожительно улыбнулась Нивея — как Вы поняли кто я? Вы почти час времени следили за мной через потайное окно. Значит, я правильно рассчитала, что заметите, как я ловлю кнутом падающую рюмку.