Оля Виноградова - Ты будешь нашей мамой?

Эльфа, с которой он планировал разделить ложе… Трясущимися руками вытирает кровь. Размазывает по щеке сукровицу, слезы… Вытекший глаз… Второй, просто огромный на побледневшем личике… "Сэллариона… Протискивается сквозь сжимающую кольцо толпу. Что в руке? Что в ее руке?! Она хочет убить его! Прямо здесь… При всех! В то время как все рассматривают невинную жертву. Стерва! Подставила! Я сам убью ее!"

Вскрики. Ужас. В глазах придворных. В захвате трепыхается супруга, пытаясь оторвать скрюченные пальцы от своего горла. Пробиваются маги. Через живую преграду, упивающуюся скандальным зрелищем. Личный хран супруги в растерянности застыл за ее спиной.

— Отпусти… — полузадушенный шепот с трудом доходит до сознания. Прорастает нежно-зелеными ростками сквозь алую хмарь ожесточенной злобы.

— Ты пыталась убить меня! — рыкнул Алиэртавель, но чуть ослабил хватку. "Ахххх…" — дружно выдохнули сотворенные.

— Чем, мой супруг? Разве слабая женщина справится с мужчиной голыми руками? — горькая усмешка. Протянутые руки. Пустые. Он же видел… Кинжал с мерцающей полоской яда… — Ты попросту слишком много выпил, Правитель… — она произнесла. Устало. И обыденно.

— ЛОЖЬ! — взревел Аллиэртавель. — Ты, грязная шлюха, опозорившая расу. Предавшая доверие! Ты организовала заговор против меня, но я внимателен! Я следил! В темницу ее! — приказал эльф, швыряя женщину под ноги подоспевшим Хранителям Закона.

— Дурак… — лаконичное определение. — Создатель! Ты глупец, зависимый от привычки черни… Делай, что хочешь. Надоело… — она потерла синяки на горле. "Придется заказать шарфы…"

Правительницу вывели за двери и… отпустили. Извинились. За вынужденную меру. В связи с двусмысленным состоянием Алиэртавеля. Сэллариона понимающе кивнула и неспешно скрылась за углом, сразу же, подобрав юбки церемониального платья, перешла на бег. В зале торопливо нарисовала знак вызова Малаиэрсана. Дождалась ответа и облегченно рассмеялась в ладошку, услышав: "Позвольте, я вам сыграю, мой Правитель…"

Зала погрузилась в темноту. Смолк шум. Ступая невесомо, в центре не распавшегося круга из сотворенных занял место музыкант, заменив собою уведенную магами эльфу. Ни шепота. Ни придыханья. Вспыхнул яркий конус света. Зажег фигуру эльфа, замершего с флейтой возле губ…

Витая ниточка рассказов о былом. Лилась. Соединилась в троезвучье. Существующей реальности. Неблагозвучно. Слишком высоко и резко извлекались ноты. Цеплялась крючьями мелодия. За сердце. Рвалась стремительнее дальше. За ней, украденные, волочились кровоточащие куски. Переход в небесно-синие мечты полуденной Звезды. Дразнящие. Коснись рукой. Возьми благословенье, что жалует Создатель. Лишь тебе…

Огонь по жилам вместо крови. Ломка. Жар. На подлокотниках устроенные руки. Сжаты. В кулаки с белесыми костяшками. Удерживают готовое сорваться с место тело. Делать! Бежать! Душе неймется. Не сидится. Да! Да! Три миллиона раз "да"! Он знает. Теперь он понял…

— Хватит! — строгий голос. Грохот отодвинутого кресла. Внимание приковано к Правителю, вступившему в единственное светлое пятно. Смущенный музыкант нелепо нервно теребит лацканы жемчужно-серого каи.

— Вы… вы недовольны исполнением? — дрожащий в воздухе вопрос. Мерцает сизым ощутимым дымом.

— Нет… — горячие объятия. — Спасибо! — порывисто. — Свет! — маги исполнили приказ.

— Вам всем… — Алиэртавель развел и схлопнул руки, — я докажу! Чего стою! Вы сожрете собственные языки на обед! Я отправляюсь на охоту. За Стихийником!

— Правитель?! — дотошный маг. "Излишне…"

— Что? Пойдешь со мной? — эльф схвачен за грудки. Приближен и небрежно стряхнут. — Червь… — Алиэртавель разглядел испуг в глазах невольного пленника. — Кто со мной? — он по очереди расстреливал приближенных взглядом из прищуренных глаз. И каждый отступал. — Храбрецы! А языками вы молоть горазды!

— Правитель, вы что, намерены выехать немедленно?! — и снова этот маг! — Одумайтесь!

— А когда? — эльф подошел к мужчине. — Ты смеешь возражать?! — неровно приподнятая бровь.

— Ннет… — маг юркнул за спасительные юбки.

— Так кто? — вопрос остался без ответа.

— Я подойду? — все расступились, открывая смельчака. Темноволосый альв. Расслабленно подпирающий колонну. Посланник. Неплохо… — И мой отряд, — он поклонился.

— В дорогу! — Аллиэртавель приблизился к линии полуобморочных сотворенных.

"Кто меня окружает… Те, кого ты сам возвысил… Вернусь с победой — вздерну всех!"

Аллиэртавель с садистским удовольствием растолкал приближенных в стороны. С размаху пнул массивные двери залы, приветливо распахнувшиеся в коридор. Главное, не слушать рвущееся вслед "сумасшедший" взамен напутствия и пожелания удачи…

"Неужели получилось?! Завистливый узурпатор власти низложен?! Растоптан?!" Сэллариона с недоверием уставилась на свое отражение. Так элементарно? Никто не заподозрил? Хотя, все настолько привыкли к выходкам супруга, что многие посчитают — завтра он вернется, переночевав в гостевом доме на окраине столицы, а они будут делать невинный вид. Слепых глухонемых.

Веселье. Выплеснулось звонким смехом. Летящим танцем. Под аккомпанемент сумбурных мыслей. Столкновений образов. Различной яркости. Важности и степени приоритета. Свободна! Одинока! Счастлива!

Такой нашел ее Кристейсен. Мужчина спешил отчитаться по проделанной работе, но опоздал — не требовалось. Женщина все знала, иначе бы не впала в розовое детство.

— Сэллариона! — он поймал пушинку, вихрем ленточного платья перемещающуюся по зале. Женщина задорно чмокнула любовника в нос и высвободилась:

— Тебе нравится белый цвет?

— Да… — немного опешил эльф.

— Отлично! — она увлекла его свой танец. — Его понадобится много…

— Ты о чем? — никак не разобраться беспомощному, преданному, словно пес, каро-ари.

— Пошить тебе церемониальную одежду. Ты — консорт! — женщина запрыгнула на эльфа. Так быстро, что он едва успел ее подхватить под бедра.

— Ты безумна… — прошептал Кристейсен. Удовлетворенно…

Малаиэрсан нагнал отряд альвов далеко за селиумом, под утро. Заботливо укутанный в два одеяла Правитель беспробудно спал. Пожелав ему сладких снов, эльф распорядился двигаться к побережью.

Острова морров. То же время.

Великая Мать сидела с низко опущенной головой на плоту, купая ноги в спокойном темном море. Длинные распущенные волосы облаком змеились по воде, привлекая снующих меж прядями мелких сверкающих рыбешек, приманенных моррами для освещения.

До островов осталось совсем чуть-чуть, как говорил провожатые. Или конвоиры… Чуточку быстрее бы, но тягловые рыбы не способны развивать большую скорость. Без привычной твердой почвы под босыми ногами дриаде было неуютно, а мертвые срубленные деревья привносили уныние и тоску по вечнозеленому лесу.