Mona Lisas Nemo - Золотые Небеса. Полёт Одной Птицы

— И нам ты не доверяешь? — спросил Лант.

Лина пристально посмотрела на него.

— Почему же, — заговорила она. — Я доверяла людям, вот только они вели себя непонятно. Наверно, он не доверял мне. Но я думаю, то просто тот человек оказался не слишком хорошим.

— Наверно так оно и было, — подал голос Мэроу, а потом поднялся собираясь подальше от костра.

Захваченные беседой Лант с Линой так того и не заметили, а Мэроу вскоре скрылся в темноте. Вокруг выли вахноры, кровожадные крупные хищники с короткими ушами и хвостами. Сев на камень, Мэроу протянул руку в темноту и пальцев его коснулась жёсткая шерсть. Он сперва вздрогнул, содрогнулся и зверь, точно внутри поднялся нестерпимый жар. Закрылись в темноте зелёные глаза и блеснули белые клыки.

"Я вас не трону", — говорил Мэроу не произнося ни слова.

Глаза зверя открылись и он с ему подобными остались сидеть на месте. Из пасти вахнора дохнула вонь, зверь переступил с лапы на лапу.

И тут одна стрела вонзилась ему в глотку, другая поразила ещё одного хищника. Воя и рыча оставшиеся трое кинулись прочь.

Неподалёку стояла Лина с луком наготове. Когда угроза миновала, она опустила лук. Однако и она, и Мэроу — оба молчали долгое время.

— Можешь не благодарить, — наконец, сказала Лина рассерженно и пошла прочь.

А он опустил руку вниз к жёсткой шерсти, пальцы коснулись липкой влаги. Вскоре зверь умер.

Дни бежали за днями. Неделя за неделей. Редко встречались на пути громыхающие по дорогам из одного поселения в другое гружённые товаром обозы, под охраной местных дюжих воинов. Редко попадались какие речушки, но если и попадались — приходилось часами дожидаться Лину, которая не успокаивалась, пока не отчищала себя чуть ли не до блеска. Потом она с мокрыми волосам поднесено шагала впереди и выводила напевы своего края.

Дни яркие и полные света сменялись бессолнечными и холодными. Весна то расцветала, то пряталась. То небо было кристальным и голубым. То на него набегали хмурые тени, грозя миру очередным ливнем. А то и сильнейшим ветром от которого деревья гнулись к земле.

По бревенчатым мостам они перебирались на другие берега. По широким долинам шли к Сумеречному лесу или Мэр-Мэра. По-прежнему пополняли запасы в деревнях и небольших городках. Дичь же постоянно приносила Лина, вечно уходившая на охоту. Она же и каким-то образом умудрялась с помощью палки, которую же сама и заострила, ловить рыбу.

Вечерами подбрасывали дрова в огонь, иногда говорили, иногда молчали, а наутро как всегда собирались. Март кончался, а пути было ещё на много недель.

С Лантом Лина нашла общий язык быстро и они даже в какой-то мере подружились, не говоря при том один другому ничего важного о себе. С Мэроу Лина держалась холодно, как и он с ней отстраненно. Но если у Мэроу это выходило естественно, то Лина порою казалось то ли рассерженной, то ли обиженной.

Однажды между ними вышла сора. Это случилась когда Лина попросила Мэроу что-то передать ей, а тот задумчивый как всегда и мрачный, не заметил того. Тогда илия рассердилась не на шутку и гневно сверкая глазами встала прямая как тростник и упёрла руки в боки, сверля Мэроу глазами.

— Если тебе так неприятно моё присутствие. Мог бы хоть помочь. Нам всем нужно в Брасьен и не моя вина, что мы встретились.

Подняв голову, излишне спокойно и даже вежливо Мэроу внимательно посмотрел на рассвирепевшую Лиину прежде чем ответил.

— Мне вовсе не неприятно твоё присутствие, — сказал он.

— Тогда и веди себя как взрослый.

Тут Мэроу усмехнулся.

— Учить меня взялась?

— Если никто этого за столько лет не сделал, так пусть это буду я! — Обиженно поджимая губы огрызнулась Лина, отчего была похожа не на гордую опасную илию, а на рассерженную девчонку, каких пруд пруди в любом поселении да городе.

Видно было — одно неосторожное слово и она вспыхнет, а потом думай как успокоить разбушевавшуюся илию. Потому Мэроу и заговорил тихо и спокойно, как с необузданным ребёнком, лишь бы не давать тому повода бушевать дальше.

"И как это он не огрызнулся в свою очередь?" — подумал Лант наблюдая за своим другом и Линой пока одна стояла, а второй сидел задравши голову.

— Так что ты хотела? — осведомился Мэроу равнодушно.

— Ты… — Лина ещё сильнее сжала губы и отвернулась со злостью взявшись стругать свою и без того острую палку для рыбной ловли.

— Может, будешь повежливее? — подойдя к Мэроу, бросил тому Лант через плечо.

Кивнув, к великому удивлению Ланта, Мэроу отправился к пруду. А Лант, оставшись с Лииной. Принялся с удовольствием помогать ей в её трудах, которых набралось намерено, после того как илия решила, что с палки станется и есть ещё чем заняться.

К концу четвёртого дня после памятной ссоры они вышли к покинутой деревне. Круглые покрытые соломой домики стояли выбеленные и одинокие, во дворе даже собаки не было, всё выглядело пустынным и наспех покинутым.

Уходившие побросали домашнюю утварь и оставили не заколоченными окна.

— Здесь были приплывшие с моря, — шумно втягивая воздух протянула Лина.

— Но деревню не разрушили, — Мэроу как и все осматривался по сторонам, вдумчиво присматриваясь к каждой мелочи. Он и опомниться не успел, как Ланта швырнуло в воздух и завертело там волчком, и кинуло на него. В следующий миг оба кубарем лежали на земле. Тут же подскочив Лант замер, напряжённо касаясь рукояти меча. Лина выхватила руки из-под плаща на которых уже блестели стальные когти. Однако врага негде не было видно.

— Выходите! — Крикнул Лант обращаясь в пустоту, но и пустота сумела ответить ему: долгим, протяжным вздохом, который тревогой и холодом пробрался в сердце.

Ещё один порыв и Лант упав на землю, проехался добрых тридцать шагов носом книзу, прежде чем сумел совладать с собой и снова подняться. Мэроу только успел выхватить кинжалы, как и его воздушным водоворотом отбросило далеко назад. То же самое произошло и с Линой. Она, ринувшись вперёд, стрелой понеслась к ближайшему дому, подпрыгнула точно и не имела веса в теле, но тут нечто с силой отшвырнуло её в сторону. Илия попыталась зацепиться за столб когтями, тело её рвануло, но она всё же смогла удержаться, вытерла струю крови побежавшую изо рта.

— Трусы! — воинственно крикнул Лант. С трудом он удержался на ногах и поток ветра отскочив от него снёс крышу с дома.

По земле разостлался чёрный дым. Но такого проявления магии Ланту никогда прежде не доводилось видеть. Из дыма выступили четыре человека, четыре мага в серых плащах и закрывающих лица капюшонах. В руках каждый держал деревянный меч. Мечи были длинными, с виду неудобными.