Татьяна Минасян - Многоцветная магия

Но войдя вслед за Альбиной в небольшую светлую комнату, Тихомиров вздохнул с облегчением. Хозяин дома был жив, и даже аура у него оставалась совершенно обычной, без малейшего перекоса в расцветке, вот только очень тусклой, практически совсем "погасшей", как выглядят ауры людей, полностью, окончательно сломленных горем. Он сидел на полу рядом с разложенной тахтой, закрыв лицо руками. В комнате ощутимо пахло спиртным.

Шорохова подсела к Петру и принялась настойчиво его тормошить. Он отнял руки от лица и взглянул на нее полными боли глазами:

— Вы пришли за мной? От Алены?

— Нет, — тихо произнесла волшебница. — Нет, мы сами ищем Алену. Вы знаете, где она сейчас?

— Она ушла… — выдавил из себя сидящий на полу мужчина. — Ушла навсегда… Сказала, что мы ей не нужны, что мы — порочные эгоисты… Дети просто поссорились из-за компьютера, из-за того, кому первому играть! Они умоляли ее не уходить или взять их с собой!!!

Аскольд жестом подозвал к себе Лилит и зашептал ей в самое ухо:

— Узнай у детей, где здесь кухня и сварите ему кофе покрепче!

Лилит кивнула и выбежала в коридор. Через некоторое время она вместе с Ией и обоими сыновьями Петра вернулась в комнату и вручила хозяину дома большую дымящуюся кружку. Петр к тому времени уже сидел не на полу, а на тахте и, трезвея на глазах, срывающимся голосом рассказывал Альбине о последних неделях своей семейной жизни. Аскольд слушал его со скучающим видом: оживился он, только когда Медведев упомянул свое сотрудничество с человеком по имени Эраст Вечерковский. Но потом стало ясно, что где живет его компаньон, Петр не знает, так же, как не знает и о местонахождении своей жены, и о том, кто такие ее "единомышленники", и Тихомиров, с досадой махнув рукой, отвернулся к окну. Зато Шорохова продолжала мягко расспрашивать Медведева о каждой мелочи, случившейся в его жизни в последнее время — то ли пыталась найти какую-нибудь зацепку, которая могла бы помочь найти "несущих добро", то ли просто хотела дать этому человеку выговориться.

— Я ее любил… — кружка кофе мелко дрожала в руках Петра. — Скажите… Она хоть когда-нибудь вернется?..

Альбина осторожно дотронулась до его руки:

— Не буду вас обманывать. Боюсь, что нет — она не вернется. Но вы в этом не виноваты — она просто стала слишком, чересчур хорошей для жизни с вами…

Глава XIV

Позже Златову сказали, что он проспал больше двенадцати часов. Отдохнул он за это время неплохо: во всяком случае, голова у него больше не кружилась. Но само пробуждение на этот раз оказалось менее приятным — вместо Альбины рядом с его кроватью обнаружился читающий газету Симеон.

— Ну, наконец-то, — заворчал он в своей обычной манере, проверяя у Златова пульс. — Из-за него две такие милые девушки с ума сходят, а он столько времени дрыхнет. Вот я бы на твоем месте…

— Ты мне лучше на своем месте расскажи, что это за дрянь такая в вашем парке растет? — напустился на него Юрий. Ольховский в миг растерял всю свою самоуверенность и отвел глаза:

— Это такой опытный образец. Одно лекарственное растение…

— Так… — многообещающим тоном протянул Юрий. — А другие общины об этих ваших опытах с растениями что-нибудь знают?

— Ну… — с совершенно несчастным видом начал объяснять Симеон. — Разумеется, подземная община знает, что мы выращиваем новые разновидности… Мы же обязаны им сообщать…

— Но о том, что этот новый вид такой кровожадный, вы им сообщить забыли?

— Он не кровожадный! — запротестовал Ольховский. — Ладно, я тебе все расскажу. Эти кусты были созданы исключительно для защиты. Если их высадить, например, вокруг дома, через них никто не сможет к нему подобраться — они присосутся к человеку и усыпят его. Просто твой кустик немного перестарался…

Юрий запоздало передернулся. Похоже, эффект от встречи с этой "пиявкой" из растительного мира мог оказаться таким же, как от слишком большой дозы снотворного. Так что ему еще повезло, что Симеон быстро его нашел! Он поймал Ольховского за руку и попытался, правда, без особого успеха, ее пожать:

— Спасибо…

Симеон удовлетворенно улыбнулся:

— Не за что, я в первую очередь не за тебя, а за растение испугался. Ты же ему половину веток пообрывал!

"Жалко, что не все!" — благодарность, которую Златов только что испытывал к Симеону, улетучивалась с огромной скоростью. Но пока Юрий решил не развивать эту тему вслух: как поступить с нарушившей правила лесной общиной, он мог придумать и позже.

— А что ты там про девушек говорил? Кто это там за меня так сильно переживает? — молодой человек попробовал приподняться и с гордостью убедился, что может это сделать без особого усилия. — И где моя одежда?

— А разрешение у целителя спросить не хочешь? — притворно обиженным тоном отозвался Ольховский.

— Вот еще! Я отлично себя чувствую, — соврал Юрий. Лесной волшебник посмотрел на него с заметным уважением и махнул рукой.

— Ладно уж, уговорил, можешь встать, только постарайся пока не бегать и не прыгать, — он достал откуда-то смятые в комок рубашку и брюки своего пациента и положил их к нему на одеяло.

В теперь уже досконально знакомом Юрию кабинете Звениславы произошли некоторые изменения. Письменный стол был выдвинут на середину комнаты, и вокруг него собралась целая куча его хороших знакомых: Симеон, Альбина, Лилит и, к полной его неожиданности, Ия с Аскольдом, сидящие вплотную друг другу и, как показалось Златову, держащиеся под столом за руки. Лилит выглядела не то расстроенной, не то страшно злой — ее лицо раскраснелось, а черные глаза сверкали с трудом сдерживаемой яростью.

— Вижу, я проспал все самое интересное! — Юрий поспешил плюхнуться на свободный стул рядом с огненным волшебником — что бы он ни говорил Симеону, а прогулка из одной комнаты в другую отняла у него довольно много сил. — Ия, ты все-таки его нашла? Или…

— Ия меня нашла, а я помог ей оттуда сбежать, — лаконично объяснил Аскольд. — Сейчас вернется Звенислава, и мы все подробно расскажем.

— А где она, кстати? — заинтересовался Златов.

— Скоро будет, — пообещал ему Ольховский. — Ей нужно было увидеться с главой нашей общины.

Альбина и Лилит обменялись с Юрием обреченными взглядами. Теперь об их попытке обыска Звениславы узнает главный лесной маг Всеволод, а значит, и начальники их собственных общин. Впрочем, подумал Златов, девушки, пожалуй, еще смогут отмазаться от наказания, сославшись на то, что поверили его подозрениям и пошли у него на поводу. А вот ему самому вину сваливать не на кого. И ведь не поверит никто, что он действительно считал лесную предсказательницу виновной!